Плохие девочки, которые изменили мир
«Общество, состоявшее из восьмидесяти миллионов человек, так же было защищено от реальности и фактов теми же самыми средствами, тем же самообманом, ложью и глупостью, которые стали сутью его, Эйхмана, менталитета».
Современников возмутило то, что Арендт словно бы оправдывала Эйхмана, хотя на самом деле она не оправдывала одного, а приговаривала всех. Проблемой стала и ее оценка действий еврейских лидеров, ставших инструментами убийства в руках нацистов. Это выглядело обвинением в адрес жертв, хотя Арендт лишь приводила факты, но люди предпочли бы закрыть на эти факты глаза. На Аренд посыпались упреки в аморальности и даже прислуживании нацистам. Одна из критических статей против нее называлась «Порочность гениальности». Сионисты требовали, чтобы она не публиковала книгу. Никто не был готов к ее бесстрастным выкладкам. Своим холодным умом Арендт разрушала миф человечества о зле. В интервью она упрямо повторяла:
«Он [Эйхман] не был романтически чудовищный злодей. Когда мы думаем о великих злодействах, нам представляются масштабные личности. Это была ничтожная личность, банальная личность. И в конечном счете он был просто дурак».
Потребовалось время, чтобы откипели все страсти, и тогда стало ясно, какое важнейшее открытие сделала Ханна Арендт. Зло — банально и даже скучно, его творят мелкие люди, дорвавшиеся до богатства и власти, ради которых в топку могут быть брошены миллионы жизней. Зло творят их исполнительные подчиненные, принимающие установленный в обществе закон и порядок. Зло творит общество, позволяющее себя одурачить под эгидой того самого воинственного патриотизма, против которого боролась Берта фон Зутнер. Арендт писала:
«Во время войны самой убедительной ложью, которую проглотил весь немецкий народ, был лозунг: „Битва за судьбу немецкой нации“».
Арендт не только определяет болезнь по симптомам, но и дает нам рецепт: не быть дураком. Сопротивление злу начинается с критического мышления, которое необходимо в себе развивать, отделяя правду от лжи. Когда-то нам лгали о том, что женщины глупее и аморальнее мужчин. Но именно женщина, испытавшая на себе ужас и давление всемогущего бескомпромиссного зла, стала величайшим моральным философом XX века.
Из искры возгорится пламя. Роза Паркс
(4 февраля 1913 — 24 октября 2005)
1 декабря 1955 года женщина среднего возраста в скромной опрятной одежде и «интеллигентских» очках, респектабельная, искренне верующая, спокойная и доброжелательная, отказалась исполнить закон своей страны. На самом деле она всего лишь отказалась встать с места, но этого было достаточно для того, чтобы ее грубо выдворили из автобуса, в котором она ехала с работы домой. Затем она была арестована, предстала перед судом и подверглась значительному штрафу, который ей трудно было оплатить из скромных доходов. Суд также взвалил на нее издержки производства. Водитель, который ее выдворил и арестовал, не испытал ни малейшего раскаяния:
«Она нарушила закон города, так что я должен был делать? Этот проклятый автобус был полон, а она не хотела продвинуться назад. У меня были распоряжения. У меня были полномочия полицейского — у любого водителя в городе они были. Автобус был заполнен, и зашел белый человек. Она сидела на своем месте, и я велел ей продвинуться назад, а она отказалась».
Пройдет время, и закон, согласно которому эту женщину можно было арестовать, отменят. Пройдет еще время, и ее включат в Национальный зал славы женщин США и назовут среди тех женщин, кем американцы восхищаются сильнее всего. А в 2013 году первый темнокожий американский президент Барак Обама произнесет такие слова:
«Отказаться уступить место в сегрегированном автобусе — простейший из жестов, но ее изящество, достоинство и отказ мириться с несправедливостью стали той искрой, из которой разгорелось пламя движения в защиту гражданских прав, распространившегося по всей Америке».
Темнокожая американка Роза Паркс — та искра, из которой разгорелось пламя, — с раннего детства столкнулась с расизмом. Она жила на Юге, где дискриминация была особенной сильной. Она еще помнила времена, когда ее дедушка, бывший в прошлом рабом, хранил ружье, чтобы защищаться от нападения ку-клукс-клана. Розу и ее младшего брата Сильвестра часто травили другие дети. У Розы был боевитый характер, и однажды она замахнулась камнем на обидчика. Позже она признавалась, что именно желание защитить маленького брата привело ее в гражданский активизм.
В юности она училась в колледже для темнокожих и хотела стать учительницей. Но ей пришлось бросить учебу, чтобы ухаживать за больными бабушкой и матерью. В девятнадцать лет она вышла замуж за Реймонда Паркса. Парикмахер по профессии, Реймонд был активистом Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения (NAACP). Роза нашла «своего» человека, с которым прожила почти всю жизнь и вместе боролась за гражданские права людей, считавшихся в стране вторым сортом.
При поддержке мужа в 1933 году Роза закончила университет, что было немалым достижением, — лишь у 7 % темнокожих было высшее образование. Но шансов получить престижную работу у нее не было. Она успела побывать домработницей, санитаркой, а затем овладела профессией швеи и долго зарабатывала на жизнь шитьем.
Роза активно включилась в волонтерскую деятельность NAACP. Организация фиксировала случаи дискриминации, собирала деньги на помощь несправедливо осужденным, находила для них адвокатов. Роза столкнулась с бесчисленными эпизодами насилия и издевательств над цветными. Особенно страдали женщины, часто становившиеся жертвами групповых изнасилований — их совершали практически безнаказанно. Цветные женщины боялись заявлять в полицию, но в 1944 году одна из жертв, замужняя 24-летняя Рейси Тейлор, не стала молчать. Начальник Розы Паркс в отделении NAACP в городке Монтгомери был сексистом, считавшим, что «место женщины на кухне». Относился он к Розе презрительно, да и в целом в рядах NAACP о ней говорили как о «слишком доброй» и даже «робкой». Достаточно взглянуть на фотографии этой обаятельной женщины с широкой улыбкой, чтобы убедиться: она не была яростной «черной пантерой». Но это не помешало ей иметь стальной стержень в характере. Роза Паркс организовала кампанию «Комитет по равному правосудию для миссис Рейси Тейлор». Газета Chicago Defender назвала ее «самой сильной кампанией за равное правосудие за последнее десятилетие». Успеха добиться не удалось: насильники оболгали Тейлор, обвинив ее в проституции, а власти попытались еще и обвинить Розу и ее соратников в намеренной провокации. Заниматься правозащитной деятельностью в репрессивном государстве было практически невозможно, поэтому Роза сделала что смогла: помогла Рейси Тейлор переехать — насильники угрожали убить ее.
В последующие годы активизм стал для Розы образом жизни. Она ездила по стране, регистрируя случаи насилия над темнокожими, и писала об этом заметки для местных газет. Она выслушивала пострадавших с неизменным сочувствием, став для них кем-то вроде психолога. Среди цветного населения в ходу была фраза: «Роза поговорит с тобой». Иногда у нее опускались руки, потому что никакого прогресса не происходило. В стране царил расизм, сохранялась сегрегация, убийцы и насильники, совершившие преступления против темнокожих, продолжали оставаться безнаказанными. Что могла этому противопоставить она? Только чувство собственного достоинства и попытки избегать сегрегации хотя бы в мелочах: например, Роза никогда не пила на улицах из фонтанчиков «для цветных». И продолжение своей активности, какой бы бесплодной она ни казалась, в надежде, что однажды в обществе скопится достаточная энергия для взрыва.
Именно это и произошло 1 декабря 1955 года, когда около шести часов вечера Роза Паркс ехала в автобусе, куда вошел белый мужчина, и водитель потребовал, чтобы чернокожие уступили ему место. Этого требовал закон — аморальный, ксенофобский, унижающий человеческое достоинство закон, ничем не отличавшийся от «расовых» законов Третьего рейха, почему-то продолжавший существовать в стране, воевавшей против фашизма.
