Идеальный мир для Лекаря 7 (СИ)
Правда, и он меня трепал. Дуэль наша до смерти, потому позволил ему пустить мне кровь. Пара глубоких рассечений на руке, кровотечение из которых я остановил спустя несколько секунд, и также получил неприятный тычок в живот. Надо было видеть его удивленное лицо, когда он попытался запустить в меня сконцентрированное пламя, а вместо этого огонь вспыхнул на рукоятке его шпаги. Я просто не впустил в себя чужую энергию, перенаправив ее поток в другую сторону. А следом, воспользовавшись замешательством врага, вонзил свою шпагу ему в грудь, после чего тот упал на спину и закатил глаза.
— Врача! Медика! Лекаря! — завизжала его девушка, и бросилась к возлюбленному. Толпа тоже зашумела, но многие уставились на меня.
— Ну, лекарь уже тут, — ухмыльнулся я. — И как, помогло? А, точно, я же шарлатан, — махнул рукой, — совсем забыл…
— А почему я еще жив? — открыл один глаз поверженный противник. Шпага, что пронзила его грудь насквозь в районе сердца, всё так же торчала из раны.
— Надо знать, куда бить. Я, например, неплохо знаю анатомию. Сейчас у тебя есть время чтобы раскаяться, но если вытащишь шпагу, то сразу умрешь, — ткнул пальцем в шпагу, заставив ее болтаться из стороны в сторону. — А пока можешь выпить вина и распускать свои глупые слухи.
Затем поднялся и посмотрел на застывшую в ужасе девушку, его невесту.
— А ты, — провел рукой ей по щеке, убирая уродливые волдыри и сращивая рану. Но не полностью, так, чтобы там остался аккуратный шрам, как напоминание о сегодняшнем дне, — Впредь следи за своим языком.
Кивнул Вике, мол, нам пора уходить. Награду уже получил, в схватке поучаствовал, и мне есть над чем подумать, а это лучше делать в безлюдных местах. Так что взял девушку под локоть и спокойно направился в сторону выхода.
— Я требую проведения процедуры определения рангов! — воскликнул раненый в самое сердце идиот. — Он лжец и укрывает данные о своей силе!
— Ты не оценил моей доброты, щенок? — рыкнул на него, но парень всё никак не успокаивался.
— Я граф Ларионов!
— Ты пёс сутулый! — послышались удивленные возгласы. А что такого? Ведь, и правда, похож. Тем более, он и сам только что отзывался, так что тут всё честно. — И я не против экспертизы. Если всем от этого станет легче, разумеется, — осмотрел собравшихся. Они тоже не верят, что у меня седьмой ранг.
И что самое смешное, скрывать свою силу нельзя, это карается законом. А вот навязать дуэль тому, кто заведомо слабее тебя — так это пожалуйста, ничего страшного.
— Что тут происходит? — послышался сердитый голос и, повернувшись, увидел Александра. Он вошел в банкетный зал и с удивлением уставился на парня, лежащего на полу. С торчащей из груди шпагой, разумеется.
Затем медленно перевел взгляд на меня, но мне оставалось лишь пожать плечами. Ну, бывает, словно человека со шпагой в груди никогда не видели.
— Михаил, утолите, пожалуйста, мое праздное любопытство, — мы немного отошли и присели за один из столиков, что стояли ближе к стенам комнаты. — Вы всяко лучше знаете анатомию, и я хотел спросить, почему этот молодой человек не умер, хотя вы проткнули ему сердце?
— Не сердце, а перикард, — улыбнулся я. — Думаю, это исключительно удача.
Он мне явно не поверил, но вопросы задавать перестал. Мы немного пообщались на отвлеченные темы. Я рассказал ему, как происходило нападение иномирцев, не забыл упомянуть и своего ученика, что также старательно помогал мне с ранеными. А вот граф со шпагой в груди всё никак не унимался. Он не заметил, что я разговариваю с сыном Императора, и потому продолжал ворчать, мол, меня обязательно накажут, и я соврал насчет своего ранга. Не бывает такого, что седьмой побеждает шестого. Особенно, лекарь огневика.
— Ты ответишь, гад. Ты точно ответишь! — ехидно ухмылялся тот. — Знаешь ведь, что будет, когда выяснится правда?
— Конечно знаю, — усмехнулся я. — После того, как мои слова подтвердятся, я еще раз назову тебя сутулой собакой. Как и твою суженую.
— Да я тебя… — зашипел тот, а я еще громче рассмеялся.
— Ага, шпагу вытащи сперва, а потом поговорим.
Вика всё это время стояла рядом и мило улыбалась. Вижу, она довольна тем, как всё прошло. И сама смогла постоять за честь своего Рода, и многим другим показали, что с Булатовыми лучше не шутить.
Спустя минут пятнадцать появился лекарь. Оказалось, в соседнем зале тоже что-то не поделили два аристократа, и ему пришлось лечить сразу двоих. Потому бедолаге пришлось повозиться и потратить немало энергии.
— Ох, молодой человек, — воскликнул сгорбленный сухонький старичок. Тот самый императорский лекарь, один из лучших в стране. — Миллиметр в сторону, и вы были бы уже мертвы! — удивленно воскликнул он, аккуратно вытащив шпагу и сразу начав вливать в рану энергию жизни. — Я бы сказал, что тот, кто нанес эту рану, как минимум перворанговый мастер шпаги. Но откуда такому здесь взяться? Подобных мастеров на всю Империю всего двое.
В общем, списали всё на исключительную удачу, тогда как я просто стоял и улыбался. А пока проходило лечение, в зал пришла команда экспертов. Они сразу попросили меня присесть и начали раскладывать свое оборудование. Несколько артефактов и куча электроники, такую технику не обмануть. По крайней мере, они в этом уверены. Но на самом деле пришлось поднапрячься, ведь это оборудование куда более точное, чем то, которым меня мучили в Архангельске. Сразу видно, что столица. Впрочем, а чего я ждал от императорского дворца? Тут, в любом случае, будет всё самое лучшее.
Артефакт начал буквально вытягивать из меня энергию, но основную ее часть я придержал. Это артефакту не понравилось, потому он пустил обратный импульс, но он прошел сквозь меня, ведь вся энергия была надежна спрятана в периферических магических каналах. Простыми словами, минут десять мы с оборудованием спорили, и иногда даже дрались. Но в итоге приборы запищали, из одного из них выползла какая-то бумажка, и эксперты закивали с довольными лицами.
— Всё в порядке! Господин Булатов является лекарем шестого ранга, — выдал свой отчет главный из них, обратившись к Александру.
— Ха! Я же говорил! — подорвался граф. — Лжец, врун и бесстыдный обманщик! И что теперь скажешь, а? — ткнул он в меня пальцем. — Что ты не самозванец?
— Мне, и правда, есть, что тебе сказать, — тяжело вздохнул. — Во-первых ты — сутулый пёс, но это и так все знают, — он хотел что-то закричать, но я поднял палец и продолжил. — А во-вторых… Давай послушаем экспертов, мне кажется, они еще не договорили.
— И правда… — старший эксперт прилип к экрану, и некоторое время сверял данные с книжкой. — Здесь указано, что от четырех до семи дней назад вы перешли на новый ранг.
— Это же как раз был прорыв… — проговорил Александр, что также внимательно наблюдал за всем этим. — Когда Михаил вылечил четыре сотни раненых! — вместе с сыном Императора подошел также лекарь, старик, что спасал никчемную жизнь графа со шпагой. И он уже не разделял радости Александра.
— Слышал о таком… Во время повышения ранга идет мощнейший всплеск силы. Это и позволило вам исцелить столько людей, теперь всё стало ясно. А я голову ломал, как это вообще возможно? — грустно усмехнулся он. — Юноша, могу вас поздравить и посочувствовать. Вы же знали, что у вас был всплеск, да?
В ответ я утвердительно кивнул. Какой смысл отнекиваться, если всё складывается даже лучше, чем я планировал? Старик же подошел, снова тяжело вздохнул, и положил мне руку на плечо.
— Вы действительно заслужили свой орден! Империя может гордиться вами.
— А почему ты ему посочувствовал? — Александр не понял, чего имел в виду лекарь.
— Он мог этим всплеском усилить себя. Но Михаил пожертвовал такой возможностью и своим будущим, выбрав спасение людей, — старик посмотрел на меня. — У вас есть задатки настоящего лекаря. Учитесь, молодой человек, и когда-то вы сможете стать выдающимся человеком.
— Обещаю, когда стану сильнее, смогу вылечить ваши колени. Вычищу камни из почек и желчного пузыря, займусь начавшимся не так давно панкреатитом и уберу варикозное расширение вен, а также прочищу сосуды от бляшек… — старик уже в преклонном возрасте, и потому перечислял все его хронические болезни минут десять. Ничего критичного, но всё это давно отравляет жизнь старого лекаря. Да и держится он лишь за счет своего Дара. Весело было наблюдать за тем, как от удивления вытягивается его морщинистое лицо.