Огнедышащая любовь. Наследие (СИ)
Мы переглянулись, я с набитым ртом пожала плечами. Умяли завтрак и двинулись к выходу. Впервые в голове появилась мысль прогулять, но я спешно ее прогнала. Нельзя подставлять родителей. С тоской оглядела кипу книг, что так и валялась у входа. Проследив за моим взглядом, Арман буркнул:
– Та забей ты на это, идем.
Подал руку, и я вложила свою ладонь, последовав за Арманом. Череда скучных лекций до обеда прошла довольно быстро. А вот последняя пара была у моей «любимой» миссис Ридван. Обычно я садилась на первый ряд, в этот раз прошла в самый конец аудитории и ляпнулась хмуро рядом с Арманом, что удивленно поднял на меня взгляд.
– Достала, – прошептала нервно.
Тот хмыкнул, но лишь заправил мне волосы за уши, заставив улыбнуться.
Пришла профессор, и началась лекция. Вообще не получалось сконцентрироваться на читаемом тексте, в голове витало много разных мыслей: думала о родителях, об этом портале, об Армане и о прошедшей ночи.
– Ламбертсон, я с кем разговариваю? – вернул в реальность голос миссис Ридван. – Ты что там, спишь?
Удивленно подняла голову и поняла, что на меня все уставились и рядом с нами стоит профессор. Бросила вопросительный взгляд на Армана, но тот, похоже, как и я, ни черта не слушал и понятия не имел, что происходит.
– Извините, – буркнула растерянно. – Нет, не сплю.
– Да что ты? – насмешливо переспросила Ридван, опершись ладонью на стол, глядя мне в глаза. – Я задала тебе вопрос три раза. Мы все с нетерпением ждем ответа.
Закусила губу и опустила взгляд.
– Я не знаю, – ответила безразлично.
Не буду же я просить повторить вопрос, а я без понятия, о чем вообще речь.
– Когда с тобой разговаривает профессор, для начала нужно подняться, – прошипела мегера, отчего я тут же вскочила и с психом сложила руки.
– Я не услышала вопроса, – пробурчала, закатив глаза. – Если вам хочется, ставьте мне два, вам все равно не угодишь, хоть я весь учебник перескажу!
– Какое хамство! – вскинула руки профессор, а вся аудитория наполнилась бормотанием.
Арман прикрыл губы, чтобы сдержать смешок.
– И чего ты молчишь? Ты думаешь, я буду терпеть такое отношение в стенах моей академии?
Внутри словно что-то щелкнуло, подняла глаза, поймав взгляд Ридван. Ее академии?
– Непутевая глупая девчонка, что только и может огрызаться!
– Миссис Ридван, сейчас однозначно последует фраза «Да вы знаете кто мои роди...».
Договорить сидевшей напротив девушке, что подала голос, не дал Арман, небрежно махнув рукой и послав легкий язык огня.
– Элизабет, – выдавил хрипло, отчего мой взгляд зажегся фиолетовым.
– Неважно, кто мои родители, – прохрипела я тихо, пытаясь сдержать эмоции в себе. – Какое право вы имеете так меня унижать? Одно мое движение пальцем – и вас тут не будет несколько месяцев! Вас когда-нибудь обжигал огонь? Хотите узнать, каково это?!
Арман присвистнул, когда я подняла ладонь, вокруг которой появилось фиолетовое пламя. Глаза профессора округлились, сверкнув янтарем. Да надоело уже быть пай-девочкой! Шум вокруг усилился.
– Ты мне еще смеешь угрожать? – шикнула нервно миссис Ридван, при этом сделав шаг назад.
– Вы же смеете меня оскорблять при всех! – Я опустила руки и развеяла огонь, ляпнулась назад на стул.
– Бессовестная высокомерная ведьма, которая...
Этого не было в планах, но от последующих колких фраз с рук сорвалось-таки фиолетовое пламя и окатило потоком профессора. Визг оглушил всех в кабинете, а следом закричали и остальные, рванув в разные стороны. Я в панике послала волну энергии в попытке затушить, но огонь уже и так успел хорошо обжечь Ридван, зацепить пару столов. Зал наполнился дымом, сработала сигнализация, поднялась суета...
***
Спустя полчаса, когда удалось все затушить, отправить Ридван и еще несколько пострадавших в больницу, я сидела на столе директора и хмуро болтала ногами, думая о том, что отец будет в бешенстве. Я в прямом смысле слова поджарила профессора. А мне очень не хотелось разочаровывать родителей, я знаю, как сильно они меня любят и стараются для меня. При появлении Армана в своей жизни я наконец поняла, о чем говорила мама, и вся злость, которая у меня подсознательно на них была, давно рассеялась, заменившись благодарностью.
– Пап, прости, – выдавила испуганно, когда хлопнули двери и отец навис надо мной с янтарным взглядом.
– Ты обалдела, что ли? – возмутился и встряхнул меня за плечи.
Обдал пол кабинета огнем, заставив растерянно моргнуть.
– Какого черта ты молчишь о происходящем? Ты самый неадекватно безобидный ребенок в этом мире! Эли, Пенелопе повезло, что ее шандарахнула ты. Я бы… – выдохнул и стряхнул слезы, что потекли по моим щекам. – Ты что, ждешь, что я тебя ругать буду? Я знаю, что произошло! Кто еще тебе усложняет жизнь?
– Пап, – прошептала совсем тихо, глядя в янтарные глаза.
– И-ме-на. – Сделал шаг назад и помахал руками, пытаясь развеять пламя.
– Не нужно...
– Что не нужно?! – взорвался яростно. – Мне что, по-твоему, просто закрыть глаза, что о мою дочь ноги вытирают? Впервые соглашусь с Мэл: ты можешь дать здесь отпор любому! И делай это, Элизабет, если этого требует ситуация!
– Но я же убить кого-то могу.
Папа моргнул и со вздохом провел ладонью по лицу.
– Мама права. – Отвернулся и сложил руки. – Знаешь, малышка, меня тоже довольно долго сдерживал страх кому-то навредить. Но в итоге терпение лопнуло. Не нужно ущемлять себя из-за других. Если боишься разобраться сама, скажи нам!
– Но это же… – возмутилась.
Но отец раздраженно перебил:
– Что?
– Неправильно так! – фыркнула нервно, опустив взгляд. – Вот ты ее уволишь, да?
– Да я ее убить готов!
– Но, пап, пожалуйста, не нужно. Ей и так досталось. Я этого не хотела. И не говори ничего маме.
– А вот это даже не обсуждается! В отличие от нас с тобой, она вначале бьет, а потом думает. Не верю, что говорю это, но, как показывает опыт, чаще так и надо.
Не успела ответить, в кабинет ворвался с воплем Арман:
– Вы же ее не исключите, правда?
Папа махнул рукой, потоком огня закрыв двери:
– Еще раз ты влетишь в кабинет директора без стука – вылетишь в окно. Ты был в курсе?
– Я пытался до нее достучаться! Хотел сам вам рассказать, но Эли упрямая.
– Кого тут надо прибить? – также влетела мама.
– Господи, да вас стучаться кто-то учил?! – Папа ляпнул ладонью о лоб.
***
Я все еще ощущала себя виноватой, поэтому замкнулась в себе. Аннэт отпустили, но Арман идти к ней не захотел. Вытаскивал меня в клуб, который снова открылся, но я отказывалась. Думала, дракон все же пойдет сам, но тот сказал, что раз я сижу дома, то и он будет. Я снова погрузилась в учебу и закопалась в учебники.
Лежала на кровати и листала конспект. Двери распахнулись, и рядом ляпнулся Арман.
– Эли, ну сколько можно? Ты когда уже из своей депрессии вылезешь? – поинтересовался отчаянно и выхватил мою тетрадку.
– Нет у меня никакой депрессии, – буркнула нервно и села, обхватив коленки.
– Да ты даже со мной толком не разговариваешь, это напрягает!
– В каком смысле? – Закатила глаза. – А сейчас мы, по-твоему, что делаем?
– Ну я же не об этом. Пойдем в клуб?
Помотала головой.
– Хорошо, прогуляемся? Может, полетаем? Твой отец говорил, что можно отправиться к океану.
– Не хочу. Кажется, тебя предупреждали, что я скучный ботан, который не любит выходить из дома.
– Чего? – С хохотом завалил меня на кровать и навис сверху. – Это ты-то скучный ботан? Не-е-ет, моя девушка наваляла магу из района Изгнанных, пробралась в Реестр Магии и залезла в документы! Поймала убийцу Наоми.
Невольно улыбнулась, а он наклонился и поцеловал меня. Мужские руки мягко сжали бедра, вызвав дрожь по телу. Но по дому раздался яростный вопль мамы:
– Что? Илларион!
Арман отстранился, а я испуганно подскочила. Мы переглянулись и ринулись к кухне. Папа пытался затушить занавески, а мама собирала магией разбитую посуду.