Она и ее кот

Поэтому я решила отныне представляться всем Мими.
* * *
Она была совершенно такая же, как кошка, которая была у меня в младших классах.
Малышка Мими. Белоснежная баловница. Когда я возвращалась из школы, она всегда ждала меня на декоративном окошке на втором этаже. Я раскладывала на столе лист бумаги и рисовала, а она ложилась сверху, если хотела, чтобы я с ней поиграла. Валяясь на непросохшей краске, она раскрашивала свою белоснежную шубку в разные цвета.
Пока мы обедали, она мявкала с посудной полки, пытаясь вмешаться в наш разговор, – это было так мило.
К слову, когда у нас была Мими, папа и мама еще жили вместе. Мы вместе завтракали, я рассказывала, что было в школе, а они меня слушали. Над смешным вместе со мной смеялись, а если случалось что-то неприятное, вместе сердились.
Постепенно мы стали есть в разное время и почти перестали разговаривать.
Сейчас папа и мама живут в разных местах, каждый со своим возлюбленным.
После окончания школы я решила уехать из дома и жить самостоятельно. И папа, и мама были против, но раз уж оба родителя живут, как им хочется, почему бы и мне не жить по-своему?
Дом, в котором я живу, старый и грязный, зато с меня не берут плату за жилье. Строго говоря, я живу в долг, до тех пор, пока не начну зарабатывать сама. Это потому, что домом владеет бабушка с маминой стороны. К тому же, когда я рисую, все сразу пачкается, так что бабушкин беспорядок мне на руку.
Сейчас я учусь в художественном колледже. Я начала туда ходить весной, когда заканчивала старшие классы, чтобы поступить в институт искусств, но не сдала экзамены и сейчас пропускаю год. Экзамены мне стали безразличны, и теперь я подумываю, а не пойти ли мне работать.
Многие, решая, куда поступить, первым делом выбирают институт искусств, потому что думают, что там не столько учатся, сколько рисуют, и там будет полегче, но из-за этого там ужасно высокий проходной балл. Чтобы сдать туда вступительные экзамены, нужны кое-какие навыки, и потому нужно готовиться заранее. А я слишком поздно об этом задумалась.
Готовиться к экзаменам неохота, а вот картинку наверняка смогу нарисовать – те, кто так считает, отбирают места у студентов вроде меня, у которых действительно есть способности.
Я знаю, что мои картины замечательные.
Но закончившие институт искусств преподаватели, художники-неудачники, никогда их толком не хвалят. Они только заставляют снова и снова выполнять скучные упражнения.
Даже белая кошка, так похожая на Мими, любуется моими картинами.
Почему они не понимают того, что понятно даже кошке?
Скажу честно: в моем окружении нет человека, который умел бы рисовать, как я.
Поскольку я родилась по-настоящему талантливой, я готова смириться с парочкой неудач.
Например, с тем, что у меня маленький рост, или что я неудачно покрасила волосы, или что я не сдала вступительные экзамены.
Мне кажется, счастлив ты или нет, зависит от того, как ты на это смотришь. То, что мои родители живут раздельно, то, что каждый изменял другому, – это несчастье, но зато у меня нет финансовых проблем, и я могу бесплатно жить одна.
То, что я не поступила в институт, – несчастье, но благодаря этому я нашла дело, которым хочу заниматься, так что я счастлива.
Я буду зарабатывать картинами.
Когда я вожу кистью по холсту, у меня в голове появляются и исчезают различные мысли, в это время я сосредотачиваюсь и перестаю видеть что-либо, кроме картины. Возможно, это благодаря тому, что у меня есть зритель в лице белой кошки. Сегодня кисть ходит легко.
Не могу сказать, что сделала это из чувства благодарности, но на ужин я открыла для нее банку тунца. Глядя, как самозабвенно она ест, я вспомнила Мими. Мими тоже любила тунца.
Я даже подумала, не взять ли ее себе.
В этом доме нет снобских запретов на домашних животных, но и непохоже, чтобы кто-то из жильцов держал дома зверушку. Здешние жильцы либо безработные, либо бедные, либо и то, и другое. В общем, не из тех, кто действительно может завести питомца.
 
Впрочем, на художественные принадлежности нужны деньги. У меня и так никогда нет денег – могу ли я позволить себе завести кошку?
* * *
Ее звали Рэйна. Это она мне так сказала.
Я не встречала других людей, которые бы представлялись кошке.
От нее всегда шел странный запах. Запах алкоголя, запах краски, запах духов, запах заграничных специй, запах сигарет, которые она не курила, – всякое бывало.
Она очень непоследовательна, иногда кормит меня, а иногда – нет.
Не кормит она меня в основном тогда, когда погружена в рисование. Тут ничего не поделаешь, и в такие дни я заимствую еду у других жильцов дома или в других местах. За домом есть заброшенная клумба и кран для полива, там всегда можно попить чистой воды.
Она обычно дает мне то, что в этот день ест сама, попадаются вкусные штуки, а бывают и такие, которые второй раз есть не захочется. Когда она в хорошем настроении, она даже открывает для меня специальные кошачьи консервы.
Я беру у нее еду, но я не ее кошка.
– Извини, я не могу тебя держать у себя.
Так она сказала мне, когда мы впервые встретились.
– Кошки ведь умирают.
Я тоже так считаю. Кошки умирают.
Я белая, среди братьев и сестер я была самая маленькая, и слух у меня плохой. Поэтому я много раз попадала в опасные ситуации: то меня чуть не сбивала машина, то я поздно замечала приближавшихся ко мне котов.
– Но ведь умирать – это кошачья работа.
Сказав так, она засмеялась.
Наверное, Мими – это имя кошки, которую она потеряла. Значит, я – Мими Вторая.
Рэйна сказала про себя, что она очень непостоянная.
– Поэтому корм тебе буду давать когда захочу.
Она и правда делает то, что захочет. Как-то раз, когда я спала в тенечке на прохладном бетоне, она схватила меня за шкирку и вымыла в тазу.
– Так вот ты какая белоснежная! Красавица!
Я думала, что правда умру, но, услышав ее «красавица», сменила гнев на милость. Потому что мне понравилось, что она меня хвалит.
Она мне нравится.
Потому что Рэйна – очень сильная.
  
2
 
Огромная лужа, образовавшаяся после вечернего ливня, отражает голубое небо.
Я возвращалась домой из колледжа. Шла, размышляя о том, что приготовить на ужин, и тут меня сзади окликнул мальчик. Это Масато из моего класса, где нас готовят к экзамену по рисунку.
– Ты что-то хотел?
Я специально останавливаюсь, чтобы спросить.
– Мы тут с классом на летних каникулах собирались в бассейн… Если хочешь, давай тоже…
Он всегда говорит смущенно, что-то еле шепчет, какой-то вялый.
– Не пойду, – быстро отвечаю я и снова иду вперед.
– Эх, я так и думал, – с сожалением сказал Масато и пошел за мной позади, чуть наискосок от меня.
– Ну, это ладно.
Ладно?
– Я слышал, ты бросаешь курсы?
Я киваю:
– Буду работать.
Я еще не говорила даже родителям, но сама уже приняла решение.
– Ясно… – Вид у Масато глуповатый. – Для подготовки к экзаменам есть еще курсы дизайна, а не рисунка.
– Дело не в этом.
Я начинаю раздражаться.
– А в чем?
– Я хочу рисовать, но рисовать для того, чтобы сдать экзамены, глупо.
Я действительно так думаю.
– Есть такое. Мне тоже так кажется.
Масато легко согласился, и мое желание поругаться пропало.
– Но я уверена, что ты сдашь экзамены.
– Ух ты.
Он был так рад, что мне пришлось очень постараться, чтобы сохранить надутый вид.
– Это бассейн с проточной водой.
Оказывается, он еще не закончил.
– Забудь про меня, просто рисуй.
Я почему-то рассердилась.
– Наверное, не время неумехам развлекаться и веселиться?
– Учитель же говорил: важен опыт.
Масато не обиделся.
– Плескаться в воде – где же тут опыт?