Ведьмина поляна-2
– Вы тоже.
Гости сели.
– Что вас интересует, княже? – спросил хозяин.
– Прежде всего состояние оборонных заказов, – густым басом проговорил Мстислав, крупноголовый, гладколицый, ясноглазый, спокойный. В чёрных его волосах серебрились ниточки седины.
– Всё идёт по плану, – сказал Хорос. – Защиты от плевков хладунов мы ещё не создали, уж больно их слюна кусачая, зато благодаря умелым действиям переходца Максима, женатого на дочери воеводы…
– Знаю.
– Мы научились обуздывать их.
– Перепрограммировать, – кивнул князь, выговорив сложное русское слово без запинки.
– Так точно.
– Кроме того, сотник Могута привёз любопытные артефакты, найденные на Клыке Дракона. Ультразвуковые и электромагнитные излучатели, огнестрелы-автоматы и металлические руки.
Хорос открыл ящик стола, вытащил браслет, блеснувший золотом, протянул гостю.
– Лептономёт. Максим называет его бластером.
Князь с любопытством повертел браслет в пальцах.
– Тяжёлый.
– Заряженный ещё тяжелее. – Хорос сунул руку в кольцо, и браслет плотно осел на запястье, высунув вилочку с крестиком прицела.
– Мы попытались заряжать его от электрических скатов, но не преуспели. Скоро заряд кончится, и они станут простыми железками. Могу продемонстрировать.
– Не надо. Он сложен в изготовлении?
– Нужна целая цепочка производств. Даже у конунга таких технологий нет. – Клим Алексеевич помолчал. – К счастью. Оружие очень масштабное, один выстрел превратит в облако пыли любой хладоносец.
– Впечатляет. К сожалению, войско конунга владеет и другими опасными видами оружия. Если оно получит другие артефакты, нам придётся туго.
– Потому-то мы и направили к Клыку Дракона экспедицию, – сказал Мстислав.
– Это надо было сделать раньше, – сказал Хорос.
Гости переглянулись.
– Посылали, – признался Мстислав. – Три раза. Ни один отряд не вернулся. Могуте повезло, что они наткнулись на Клык во время бегства с Еурода.
– Это правда, – сказал князь с сожалением. – Потеряли многих. Ты говорил о физических основах Роси, и судя по всему, нас ждут новые испытания.
– Метрика пространственной складки колеблется. Это влечёт за собой процессы распада континуума…
– Не грузи меня терминологией, – усмехнулся князь.
– Грядёт Большой Схлоп, и нам придётся думать о сохранении Роси. К тому же конунг мечтает найти мракобой, и если отыщет – весь этот мир лопнет, как мыльный пузырь. Мы разделим судьбу динозавров, живших на Земле в эпоху мезозоя. История никого не учит. Конунг мечтает завоевать Рось в надежде спастись на ней от Схлопа, но и наш тепуй не уцелеет.
– Ты сегодня слишком пессимистичен, высокодей. Уверен, мы найдём выход. Что такое мракобой?
– Инициатор геофизического распада. Его применили динозавры двести миллионов лет назад, потом атланты двенадцать тысяч лет назад. А нынче его ищет свора конунга.
– У наших предков тоже был мракобой, – хмуро пробурчал Мстислав.
– Был, но они им не воспользовались, зная последствия и надеясь на благоразумие противника. Но атланты поступили иначе. После удара мракобоем началось дробление мерности, совмещение пространственных объёмов с разными мерностями, и от континуума Земли откололись многие участки её коры.
– Тепуи.
– Тепуями они стали после Сброса, что и позволило выжить уцелевшим предкам.
– А что значит – началось совмещение пространств с разными измерениями?
– Это значит, что возникли пузыри разной мерности, которые и принялись пересекаться между собой. В нашей земной Вселенной развёрнуты три измерения: длина, ширина и высота, остальные свёрнуты в струны, а в пузырях развернулись, скажем, длина, ширина и четвёртое или пятое измерение либо длина, высота и дробная добавка.
– Как у нас?
– В мире Роси к трём пространственным добавился хвостик дробной мерности в одиннадцать сотых, что и приводит к эффектам, о которых я говорил. Но сочетаний может быть огромное количество, большинство из которых нам недоступно по причине отсутствия органов чувств или соответствующей аппаратуры.
– Как вы измерили цифру хвостика? Почему она равна именно одиннадцати сотым?
Хорос смущённо поёжился.
– Вообще-то число хвостика предложил я. Наши разведчики добыли на Еуроде кое-какие приборы, всёсхваты, и они подтверждают мои предположения. Несмотря на то что доказательств всё равно недостаточно. Хотелось бы привезти недостающее с большой земли – из России, но пока что нам не удалось.
– Что тебе нужно? Компьютеры? Они не будут у нас работать.
– Хотя бы иммерсивные датчики – с приборами изучать природу всё-таки проще.
– Лучше занимайтесь развитием человека, чтобы мы сами стали приборами и видели природу во всех её проявлениях. Но ты не ответил на вопрос.
– Я математик, а для математика число три и одиннадцать сотых близко к священному числу «пи», которое выражает отношение длины окружности круга к её диаметру. Возможно, такое совпадение не случайно. Хотя на самом деле даже с помощью еуродских приборов определить их дробное количество невозможно. Оно может быть равно и трём с половиной, и чуть меньше, и чуть больше.
Князь крепко потёр шею ладонью.
– С удовольствием послушал бы тебя ещё, если бы не торопился. Но один вопрос всё же задам – давно интересуюсь. Почему переходы… э-э, порталы связывают Рось именно с Россией?
– Не только с Россией, но вообще с Землёй. Они должны быть и на других тепуях. Ответ прост: мы так и остались спутаны на квантовом уровне червоточинами-струнами измерений, поэтому и переходят к нам земляне, а не инопланетные существа.
– Кажется, понял. И долго эта спутанность продержится?
– Пока эффузия континуума не приведёт к новому Схлопу.
– Эффузия… м-да. Плохо! Я думал, удастся заблокировать переход.
– Заблокировать можно, используя тех же хладунов или собранием «большого глюка», но вряд ли нам удастся отыскать все порталы, какие-то наверняка сохранятся в укромных местах, под землёй или на болоте. Да и на Еуроде они есть. Другое дело – использовать мракобой.
Собравшийся встать князь сел на место.
– Не понял. Как это – использовать мракобой? Оружие, разрушившее Атлантиду и Гиперборею?
– Его можно настроить, скажем так, на другую частоту, и оно снимет взаимозависимость миров. Переходы станут невозможны.
– Да, но уцелеет ли при этом Рось?
Хорос виновато развёл руками.
– Смотря как настроить мракобой.
Князь поднялся.
– Надеюсь, наши посланцы успеют опередить халдеев конунга и не дадут ему воспользоваться мракобоем. Прощевай, Алексеич, ускорь работу над защитой. Через семь-восемь дён заеду к тебе, погутарим подробнее.
– Разрешите проводить, княже? – Хорос вышел из-за стола.
– Не надо церемоний, увидимся.
Все трое пожали Климу Алексеевичу руку, и он остался один, задумчиво глядя им вслед.
На душе стало тревожно.
Весь день прошёл в такой же тревожной суете, словно и в самом деле вот-вот должна была случиться какая-то беда. А ночью произошёл очередной Выдох Мрака, какие в последние месяцы случались всё чаще. Содрогнулось небо, содрогнулась Рось, содрогнулся весь остров, и закачалась на невидимых волна Великотопь, вызывая вопль страха у всех её обитателей…
Глава 4
Ночь прошла спокойно.
Великотопь постепенно успокоилась после странного явления, названного росичами Выдохом Мрака, тримаран остался на месте до утра, и наступила тишина. Условная, конечно. Так как обитатели гигантского болота продолжали жить по своим законам, и ночь для них мало чем отличалась от дня.
Малята рыпнулся было оставить каюту Максиму и сестре, но та заявила, что будет ночевать с Марфой, и молодые пограничники остались вдвоём.
– Ты знаешь, что такое Выдох Мрака? – спросил Максим, начиная одеваться. Спал он в своих российских трусах, оставив себе родное бельё, хотя и спальные мужские панталоны росичей имели примерно те же формы.