Могучая крепость (ЛП)

— Я признаю, что Долар расположен далеко от Черис и Таро, — сказал Казначей вслух. — С другой стороны, как говорит Аллайн, наши корабли разбросаны по всему Проходу… а у черисийцев нет ничего, что находилось бы достаточно близко, чтобы этому Проходу угрожать. Мы могли бы отправить их до самого залива Горат, не беспокоясь о том, что их перехватят. И Долар гораздо ближе к Чизхольму — и Корисанду, если уж на то пошло, — если плыть на запад.
— Конечно, это так. — Клинтан нетерпеливо махнул рукой. — И черисийцы, которые эвакуировали Остров Когтя, отправились прямо в Чизхольм, чтобы усилить корабли, которые у них уже были там. На самом деле, это ещё одна причина отправить наши корабли в Деснейр.
Дачарн озадаченно посмотрел на него, и он фыркнул.
— Им пришлось рассредоточить свои силы, чтобы прикрыть Чизхольм и Корисанд, Робейр. — Клинтан вернулся к своему тону взрослого, читающего нотации особенно медлительному ребёнку, но Дачарн слишком привык к этому, чтобы поддаться на провокацию. Если уж на то пошло, он даже не был уверен, что Клинтан всё ещё делает это нарочно. — По нашим лучшим оценкам, у Каменного Пика есть около двадцати или двадцати пяти галеонов, базирующихся в Бухте Тол, а у Острова Замка́ ещё тридцать пять или сорок, действующих в Бухте Каменной Банки. Итого шестьдесят пять. Остальные их галеоны рассредоточены, защищая Чизхольм и Корисанд. Поэтому я предлагаю, чтобы мы воспользовались этим рассредоточением, чтобы протащить наши корабли в Деснейр. К тому времени, как они смогут передислоцировать свои корабли на такие далёкие позиции, мы будем сосредоточены в заливе Матьяс, и они ничего не смогут с этим поделать.
Трайнейр выглядел задумчивым, и даже Дачарну пришлось признать, что в аргументах Клинтана была определённая логика. Тем не менее, больше всего в провале их первоначального нападения на Черис Дачарна впечатлило то, что отправка флотов в длительные походы с согласованным расписанием, которое не учитывало такие мелочи, как погода, казалось значительно более проблематичным делом, чем отправка армий в длительные марши.
— Ты говоришь о том, чтобы отправить от ста до двухсот двадцати наших галеонов мимо Таро в Деснейр, — сказал он затем. — По словам Аллайна, четверть из них были бы совершенно безоружны. Итак, допустим, наибольшее число, которое у нас есть доступных для отправки — сто двадцать. Это означает, что только девяносто из них на самом деле будут вооружены, и ни один из экипажей наших кораблей не будет обучен так же хорошо, как экипажи кораблей графа Тирска. Если шестидесяти или семидесяти черисийцам удастся перехватить их, я не знаю, насколько хорошо справятся наши девяносто, Жаспер. Мне нравится это говорить не больше, чем тебе нравится это слышать, — добавил он, когда лицо Клинтана напряглось, — но мы должны быть реалистами. И это тоже не их вина. У них просто не было времени на тренировки.
— В словах Робейра есть смысл, — рассудительным тоном сказал Трайнейр.
— Да-а-а, — медленно произнёс Мейгвайр. Все остальные посмотрели на него, и он поднял правую руку с вытянутым указательным пальцем. — Да, — повторил он, — но у нас есть семафор.
— И? — подсказал Дачарн, когда Капитан-Генерал снова сделал паузу.
— Во-первых, — сказал Мейгвайр, — у нас должно быть преимущество внезапности, когда мы действительно начнём перемещать корабли. Расстояние само по себе должно позаботиться об этом, но давайте предположим, что черисийские шпионы здесь, в Храмовых Землях, имеют доступ к коммерческим сообщениям, которые мы разрешаем передавать по семафору. Или, если уж на то пошло, просто у них есть сеть самонаводящихся виверн для передачи сообщений. Что угодно. Очевидно, что у них есть шпионы где-то в системе, верно?
Дачарн кивнул, невольно впечатлённый. Обдумывание всего было не тем, что обычно ассоциировалось у него с Аллайном Мейгвайром.
— Хорошо. В таком случае мы открыто посылаем приказ нашим эскадрам на всём протяжении Пролива Син-у. Если уж на то пошло, давайте отправим его им один из шифров, которые, как мы почти уверены, черисийцы могли скомпрометировать в Дельфираке или Корисанде. Мы прикажем им встретиться в Ангелберге, но скажем, что это уловка. Они сконцентрируются там, чтобы помочь любым черисийским шпионам предположить, что мы собираемся отправить их в Деснейр, но они должны будут подготовиться к отплытию в Долар. Даже если сообщение не будет скомпрометировано где-то по цепочке семафоров, вы знаете, что по крайней мере кто-нибудь из их экипажей будут болтать о предстоящем походе в Долар всякий раз, когда у них будет возможность сойти на берег в Ангелберге. Так что любые черисийские шпионы услышат об этом пункте назначения, а что касается подготовки к путешествию, на самом деле не имеет значения, куда они направляются — в Долар или Деснейр.
 
Его глаза начали блестеть по мере того, как рос его энтузиазм.
— Итак, наша легенда прикрытия будет заключаться в том, что они готовятся к тому, чтобы отправить их на запад. Любые шпионы, которые заметят их в Бухте Чантри, почти наверняка узнают об их приказах отправиться в Долар, и мы не сообщим об этом даже нашим адмиралам, пока все они не будут готовы к отплытию. В этот момент мы используем семафор, чтобы отправить им фактические приказы о том, куда им следует плыть. Конечно, это должно обеспечить нам стратегическую внезапность. На самом деле, если черисийцы пронюхают об их первоначальных приказах, они могут даже изменить своё собственное развёртывание, чтобы защитить Чизхольм и Корисанд!
— Затем, как только наши корабли двинутся на восток, а не на запад, мы используем семафор, чтобы приказать деснерийцам отправиться им навстречу. Мы сможем приказать Деснейру отплыть быстрее, чем черисийцы смогут приказать своим эскадрам сосредоточиться. Так что, в идеале, Остров Замка́ всё ещё будет стоять на якоре в Бухте Каменной Банки, в то время как Каменный Пик с его двадцати пятью кораблями окажется зажатым между семьюдесятью с лишним Деснерийскими галеонами, идущими с юга, и ста или ста двадцатью галеонами из Харчонга и Храмовых Земель, идущими с севера.
— Это очень хорошая идея, Аллайн, — поздравил Клинтан. — И в этом есть ещё один аспект. Мы можем следить за обеими силами, пока они остаются в прибрежных водах, поэтому, если одна из них наткнётся на препятствие, или если выяснится, что черисийцам каким-то образом удалось сконцентрироваться против одной из них, мы можем приказать другой развернуться и избежать боя.
Мейгвайр просиял, явно купаясь в непривычном свете одобрения Великого Инквизитора. Даже Трайнейр кивнул, сначала медленно, но потом более решительно.
Дачарн, с другой стороны, по-прежнему испытывал глубокие сомнения. Идеи Мейгвайра и Клинтана о координации двух отдельных флотов звучали хорошо в теории, но он не мог до конца убедить себя, что это гладко сработает на практике. С другой стороны, Мейгвайр действительно был прав насчёт достижения внезапности. Если никто, кроме самой «Группы Четырёх», не будет знать, куда на самом деле направятся корабли северной группы, никто не сможет передать эту информацию Черис. И на самом деле, как только корабли действительно начнут движение, не будет иметь особого значения, как быстро информация дойдёт до Черис, потому что черисийские боевые корабли, находящиеся так далеко, как Чизхольм или Корисанд, были бы настолько далеко от нужной позиции, что с тем же успехом могли бы находиться на дне моря. Они никак не могли бы добраться до Залива Таро или Моря Правосудия до того, как Церковные флоты либо объединятся друг с другом, либо развернутся и по отдельности вернутся в свои первоначальные порты.
Он посмотрел на остальных трёх своих коллег и понял, что, какие бы сомнения он ни испытывал, все они были «за». В таком случае, он не сможет предотвратить это, что бы он ни делал. Как бы он не пытался. Он довольствовался тем, что высказывал свои собственные опасения — опасения достаточно мягкие, чтобы он мог отмахнуться от них позже с улыбкой из-за собственной робости, если они окажутся необоснованными, но достаточно чёткие, чтобы позиционировать его, если всё обернётся плохо, и напомнить им всем, что он предостерегал их от чрезмерной самоуверенности.