Война (СИ)
Я с чувством долга и необходимости двинулся в сторону двери в заведение. Похоже, расследование сейчас затянется. Но чего не сделаешь ради победы.
Глава 4
Как я и предполагал, излитие души активно происходило в объятиях гурий. Они мне много чего поведали, но главное — прямо перед вторжением на базу прибыло приличное количество людей, многие из которых вели себя весьма подозрительно — интересовались устройством базы, командованием, в том числе мной, вооружением, причем ненавязчиво, то выказывая удивление, то недоверие, в общем осторожно вынюхивали. Из чего я сделал вывод, что алориане полностью в курсе наших дел, но по каким-то известным лишь им причинам не захватили наш Оазис. Все это означало, что вкупе со Скоулом, мне предстоит допросить довольно много народа. Пожалуй, имеет смысл взять кого-то в помощь, но кого? Цитрос слишком прямолинеен, Драк тоже больше по части кого-то пришить. Жаль, нет Дьюи, вот бы кто мне помог, он сыщик от Бога, но связь с ним утеряна так же, как и с остальными обитателями Селесты.
Придется, видимо, самому. Мне, конечно, не нравилась роль следователя службы собственной безопасности, но когда меня пытается зарезать ящер мне не нравится значительно больше, так что я смирился за неимением альтернатив.
Я решил не действовать жёстко, всё-таки свои люди, а совместить приятное с полезным. Поэтому ожидающие меня в очереди бойцы были приятно удивлены, когда допрос переместился в бар, который по этому случаю я зарезервировал. Известный факт — что у трезвого на уме, у пьяного на языке, поэтому я дал андроидам-барменам команду смешать всем по паре-тройке коктейлей с крепким алкоголем и небольшим количеством веществ из «аптечки» Ашшара, расслабляющих психику, но строго учитывать пропорции и ментальный профиль каждого. Мне не нужны были бревна или те, кто выпьет недостаточно. Также андроиды должны были присматривать, чтобы все выпили «лекарство» и доложить об отказниках — их будем допрашивать с особым пристрастием.
Как ни странно, допрос, точнее даже беседа, прошли легко. Я задавал стандартные вопросы типа: когда прибыли, кем работаете и так далее, хотя у меня и так были все эти данные, а во время ответа аккуратно залезал в мысли субъекта. Ни у кого я не обнаружил ничего подозрительного, в том числе и у «отказников» — они не могли пить по медицинским соображениям, но оказались вполне нормальными работниками с мыслями о семьях и будущем. Ничего подозрительного. В результате я сделал вывод, что копать надо дальше — выборка из новобранцев оказалась неверной.
Поскольку я потратил довольно много времени и сил, да и сам поднабрался псионических снадобий, мне нужен был перерыв. Я раздумывал, что делать.
Тут Заяц очень кстати прислал мне список с анализом и сопоставлением данных из борделя и от андроидов. Было несколько любопытных совпадений. Двое вели себя подозрительно что в баре, что в борделе, но при этом здесь не присутствовали. Это были уже старые работники базы, техник по обслуживанию помещений Кобс и начальник отдела логистики Анданте. Поскольку действовали они, судя по всему, сообща — нейросеть выдала частоту их встреч выше средней по базе, хотя они не работали вместе, я решил допросить и их. Памятуя про долбоящера, сделать это я хотел тихо, создав видимость, что мы напали на след. Поэтому я дал приказ команде увести двух первых попавшихся мне на глаза людей в карцер, и взять паузу, чтобы все улеглось. Не хватало ещё, чтобы занервничавший техник сломал нам базу, а логист что-нибудь запутал в системе.
Отпустив всех, я отправился к «заключённым», по дороге отдав приказ доставить им в камеру все, что попросят, и по одной работнице из нашего заведения утех, после чего зашёл в камеры наших ложных предателей и объяснил ситуацию, что они участвуют в большой игре, вносят неоценимый вклад, который обязательно зачтется и все в том же духе (я припомнил, как это делалось у нас, когда требовались добровольцы). В результате все остались довольны. Они — на полном довольствии и с гетерами, а я — с запасом времени для выслеживания настоящих шпионов.
Цитрос был уже в курсе моего плана и в целом одобрил его. Мы установили негласную слежку за подозреваемыми и полный контроль их входящих и исходящих коммуникаций.
Шпионская история съела прилично времени, и наш первый этап — разведка, запаздывал, хотя Цитрос все же немного продвинулся, подготовив предварительные списки экипажей. Их отбором и утверждением я и занялся.
Экипажи были, прямо скажем, не самые лучшие. Наш основной состав остался кто где после начала вторжения и был недоступен. Поиск по экипажам кораблей, застрявших на базе, тоже особых результатов не дал — это были гражданские пилоты без навыков скрытной разведки. К тому же связь глушилась, и координация группы истребителей-разведчиков была невозможна. Поэтому я решил, что мы с Марком полетим на корабле протеан, взяв с собой нескольких техников. Мы выбрали для начала наш сектор. Было бы странно изучать обстановку в отдаленных районах, не зная, что творится у нас под носом. Первым делом было необходимо ликвидировать глушилки и шпионы. Остальным кораблям следовало сосредоточиться в астероидных полях и ждать сигнала, который поступит после уничтожения глушилок — они должны были вылететь и приступить к непосредственной разведке, соблюдая по возможности радиомолчание. Объяснив команде задачу, мы дружно отправились готовить корабли к вылету, прихватив с собой и потенциального предателя техника — заодно и проверим, начнет ли он совершать какие-то действия, чтобы передать информацию, и какие именно. Техник не был псионом, как правило у людей такого склада ума более экстравагантные и творческие профессии, поэтому я не опасался, что он выйдет на связь прямо из ангаров, и мы успеем его остановить в случае чего. Я даже подумывал взять его с собой в разведку, но вспомнил, что таких в разведку не берут.
В ангаре все пошло штатно. Корабли не нуждались в ремонте, и были в полной готовности, поэтому мы загрузили вооружение и запас продуктов на неделю. Я проследил, чтобы техник слышал и видел как можно больше, а мой робокот, как всегда под маскировкой, следовал за ним и все фиксировал. И надо же, он зафиксировал, как техник поставил на один из кабелей, ответственных за питание корабельного искина, небольшой заряд. Так он не просто шпион, а ещё и диверсант. Но мне надо было знать, каким образом у них осуществляется связь — ведь все глушилось противником, никакой сигнал, тем более маломощный, не смог бы проникнуть сквозь эту пелену.
Мы ушли, оставив техников заканчивать подготовку. Как показали камеры, наш «друг» что-то скопировал со своего персонального планшета на крохотного робота-паучка, который тут же по стене взобрался в вентиляцию и пропал там. Но не бесследно — за ним шмыгнул кот. Он довел его до того момента, как паучок добрался до такого же крохотного дрона, готового вылететь в любой момент. Объекты такого размера были плохо видны нашей оборонительной системе. Вот как они общаются. Следить за дроном не было никакого смысла — полетные координаты должны быть забиты в его системе, так что я отдал коту приказ словить дрона, что он и сделал — на то он и кот, чтобы ловить все, что движется.
Пожалуй, надо пригласить техника на разговор. Я сразу отдал коту приказ тащить дрона в мастерскую, где техники выудят из него координаты точки передачи информации. Скорее всего, там он должен был встретиться с кораблем-разведчиком алориан. Ну, что же, как ни хитры алориане, а мы ещё хитрее. Пожалуй, стоит отпустить дрон после изучения с какой-нибудь информацией в духе «В Багдаде все спокойно». Хотя нет, мои воспоминания о Багдаде несколько отличались от детской сказки, так что придумаем что-нибудь другое.
Все, пора пообщаться с этим арахнофилом. Охрана приволокла его в подвал административного здания, где у нас были расположены карцеры — не все себя хорошо ведут, пришлось спроектировать на базе и такое.
— Будем пытать, или сам расскажешь? — плотоядно обратился я к технику, — давно я не совершал своих любимых военных преступлений, — добавил я и достал штык-нож, положив его на стол перед закованным в кандалы страдальцем.