Угроза мирового масштаба 3 (СИ)
Он даже почти ушел. Выгнувшись невероятным образом, он избежал попадания пуль в голову, и обошелся лишь одним ранением в плечо.
А в следующий момент его фигуру окутала черная завеса Дымного Доспеха. Тело противника обрело непробиваемую защиту, которую теперь нужно было убирать иначе.
Услышав мои выстрелы, кто-то рядом закричал тонким женским голосом. Крик подхватили остальные, и толпа в один момент заволновалась. Паника начала неумолимо нарастать, вопли становились громче.
— Кто-то стрелял! — заголосил кто-то.
Этого хватило, чтобы народ по всей площади отреагировал.
— Килгор Голове… — процедил я в гарнитуру связи, опуская маномат. — Противник прямо возле сцены, уже в боевой трансформации. Приступаю к уничтожению.
— Килгор, отставить! Группы уже выдвинулись к тебе!
— Голова, тут полно гражданских. Группа не успеет. Все умрут.
Голова слегка помедлил и наконец решился:
— Принято, Килгор, но не рискуй башкой! Просто задержи его, отвлеки! Группа скоро будет!
— Толпа в панике, надо объявить эвакуацию, — успел добавить я до того момента, когда время разговоров закончилось.
Троттлист полностью оделся в Дымный Доспех и выпрямился, тоже глядя на меня.
— Я предложу это тебе только один раз, — шипяще, будто разъярённая змея, произнес троттлист. — Уйди с моего пути и останешься жив.
— Тогда я не буду предлагать ни разу. — Я быстро шагнул вперед.
Троттлист дернулся, снова вскидывая руки, но опоздал. И опоздал он не только потому, что раненая рука плохо его слушалась, а еще и потому, что я уже был в Изнанке.
Я просто убрал левую руку от цевья и позволил ей упасть вниз, вспарывая пространство появившимся в ладони ножом. Стрелять в троттлиста, когда он в коконе своего доспеха, все равно было уже бесполезно, но мне это и не нужно было. Теперь уже — нет.
Даже наоборот — мне нужно было, чтобы он его активировал, и, будь у меня побольше времени, я бы даже поблагодарил его за это.
Ведь он своими руками развернул для меня кулечек с немалым количеством маны, которую я теперь могу поглотить. А через это — стать еще немного сильнее.
В конце концов, именно это и было одной из основных причин, по которым я согласился сотрудничать со службой безопасности лишь на своих условиях, которые, прямо скажем, кто-то менее сговорчивый назвал бы просто фантастическими.
Именно тот факт, что я смогу быть максимально близко к троттлистам и при помощи своих новоприобретенных способностей смогу поглощать вложенную в их доспехи ману (а ее там должно быть немало), и сыграл решающую роль. Одну из решающих. Наравне с возможностью обладать собственным маноматом.
А безопасность Ванессы так и вовсе стояла чуть выше того и другого.
Изнанка ожидаемо и знакомо встретила меня леденящим дыханием, и я, не задерживаясь, прошагал к троттлисту, затем зашёл ему за спину и снова вскрыл пространство, как долгожданное письмо с хорошими новостями. А потом даже раньше, чем троттлист успел осознать, что меня на месте уже нет, я убрал маномат и освободившейся рукой коснулся печати Вальтора.
Это было приятное ощущение, скажу честно. Всего лишь маленькая победа, но всё же.
Печать сломалась, выпуская всю заключенную в ней ману, но я, как и тогда с деревом, и чуть позже — с Ванессой, подхватил ее и заставил течь в мои пальцы.
Ох, какая она была холодная. Такое ощущение, что ее заморозили и долго хранили в таком виде, прежде чем она полилась по моим мановодам…
Буквально за одно мгновение вся заключенная в Доспехе мана оказалась внутри меня. Манохраны, резко охреневшие от такого напора, слегка раздулись, и я уже понимал — какой-то процент от того, насколько они увеличились, останется со мной навсегда.
Да, огромное количество маны все же рассеялось в пространстве, но и хрен с ней. Капля камень точит, а таких капель, как эта, у меня будет впереди еще очень и очень много. В любом случае, по сравнению с тем, насколько я увеличивал манохраны путем ежедневных тренировок, эта капля — уже лужа.
Только что я увеличил возможности своих магических сил, и оно стоило того.
Когда последний шлейф черного дыма слетел с ошарашенного троттлиста, я шагнул назад, поднял правую ногу и от души двинул ему под колено. Его нога подломилась, троттлист, болезненно охнув, стал на две головы ниже, и я, не теряя времени и даже не поставив ногу на землю, ударил снова — коленом в голову, занося ногу сбоку.
Издав непонятный звук, троттлист рухнул на бок, держась за голову и уже не помышляя ни о какой магии или вообще о сопротивлении. Я быстро оглянулся по сторонам, заприметил спешащую ко мне группу безопасников и незаметно поменял нож в руке на маномат.
И сразу нацелил оружие на троттлиста:
— Лежать! Не шевелиться!
Тот и не думал шевелиться, только держался за голову и издавал какие-то жалкие звуки. Это была удача — взять врага живым, допросить его и, возможно, узнать некоторые секреты Вальтора…
Внезапно где-то вдалеке раздались выстрелы маномата!
— Хруст Голове! — злобно выплюнул Лютес в эфир. — У меня тут троттлист, в полном доспехе! Юго-восток площади, прямо возле батутов!
— Гонщик Голове! Аналогично, противник в броне!
— Роза чисто! Стоп, отбой, не чисто!
Снова щелкнуло несколько выстрелов, и толпа не выдержала.
Дружно заревев, люди пришли в движение и одной мощной волной колыхнулись в сторону выходов, снеся к чертям решетчатые заборчики и чуть не затоптав поверженного троттлиста.
— Вашу мать! — ругнулся я, задрал ствол вверх и несколько раз пальнул. Толпа вокруг меня резко поредела, но это ненадолго. — Пакуйте его!
Это уже группе безопасников, которые наконец приблизились вплотную, с наручниками и черным пакетом в руках.
— Килгор Голове, я иду на помощь к остальным! — сообщил я, убедившись, что безопасники справятся. — Вышлите группы на помощь Гонщику! Хруста и Розу беру на себя!
Убрав маномат, чтобы не мешался, я ринулся вперёд, протискиваясь между людьми, но толпа все равно несла меня совсем не туда, куда мне было нужно.
Тогда я резко свел руки, переплетая пальцы и развел снова, растягивая между ними нити цветной маны, которые сплелись в заклинание Злого Лика. Еще одно безобидное плетение, которое обычно использовали для того, чтобы над кем-то подшутить, причем подшутить немножко злобно, примерно как повесить на спину бумажку с надписью «Пни меня».
Злой Лик заставлял всех окружающих людей испытывать неприязнь к заколдованному человеку и инстинктивно шарахаться от него, держать дистанцию. Короче говоря, как раз то, что мне сейчас нужно.
Как только плетение рассеялось в воздухе, люди вокруг моментально постарались оказаться подальше от меня, потеснив своих соседей.
— Куда прешь⁈
— Ты мне ногу отдавил!
— Поосторожнее можно⁈
Градус общего напряжения медленно пополз вверх, зато вокруг меня сразу образовался метр свободного пространства в каждую сторону, и я ускорил шаг, почти перейдя на бег.
Кольцо пустоты двигалось вместе со мной — люди не успевали осознать, что именно заставляет их сделать шаг в сторону даже при условии, что там просто некуда поставить ногу. Потом, если они об этом задумаются, то у них будет богатая почва для обширных размышлений.
Но для этого сначала нужно, чтобы это «потом» наступило. Чтобы сейчас они выжили. Троттлисты вряд ли успокоятся на этом.
Снова хлопнуло несколько выстрелов, и в наушнике раздался неуверенный голос Лютеса:
— У меня раненый гражданский! Это Хруст! Троттлистская тварь укрылась за аттракционом и оттуда швыряется какой-то хренью!
— Отвлеки его, Хруст! — скомандовал Голова. — Группа три, вы где там⁈
— Тридцать секунд! — ответил командир третьей группы по-военному кратко.
— Роза, Гонщик, статус? — переключился Голова.
— Меня зажали в углу, не могу ничего сделать! — ответил Нокс. — Могу только не давать троттлисту переключиться на мирных.
— У меня всё, — спокойно ответила Ванесса. — Мой минус.