Древо IV Игрок

Подполз на четвереньках и аккуратно избавил труп от оружия. Затем быстро отпрянул назад, выходя из пятна света. Поднялся на ноги, подал знак Гвидо следовать за собой и, пригнувшись, потрусил в сторону той части лагеря, где держали ребят. Тут не больше полусотни метров. Вокруг все спят. Часовые бдят лишь на том краю поляны, что подходит к сорняку, возле строящихся укреплений. Те, кстати, до сих пор не готовы – на днях маршал жаловался. Возле палаток друзей тоже дремлет на посту солдат с магическим факелом. А нет, их там двое.
Неважно. Ныряю в шурс и две секунды спустя вгоняю жало клевца одному куда-то под шлем, в район лба, и нож в глаз другому. Сработано тихо. Трупы медленно и почти беззвучно опускаются на землю. Я придерживаю палку со светляком. Решившие поменять сидячее положение на лежачее воины не будут замечены, пока кто-нибудь специально не глянет, а дёрнувшийся в ночи огонёк вполне может привлечь внимание. Лагерь велик – неспящие могут найтись.
Но пока пронесло. Начинаю с ближней палатки. Один в один моя – настолько маленькая, что втроём уже при всём желании не поместиться. Не то, что солдатские – под все десять метров в длину, куда их две дюжины набивается. Про шатры офицеров-силаров молчу. А у шишкарей, вроде маршала, или Зи, так вообще из двух комнат. Умеют в империи Юнай шить походные домики. Но эти отвлечённые мысли сейчас страх принёс. Не о том нужно думать.
– Так и понял, что ты.
Грая явно разбудила моя казалось бы тихая возня со стражниками.
– Всё потом. Набей чем-нибудь рот, чтобы даже мычать не смог. Буду тебе руку рубить.
– Э.., – застыл в непонимании успевший наполовину подняться дикий.
– Со мной Гвидо. Он новую отрастит. Браслет нужно снять.
– Кусья срань, – сквозь зубы ругнулся Грай, но тем не менее тут же принялся запихивать себе в рот край грубой тканевой подстилки, на которой он только что лежал.
Я в то же самое время вовсю пилил ножом верёвки на конечностях друга.
– Прижми к земле.
Грай уткнулся лицом в утоптанную на входе в палатку траву и отставил в сторону руку с браслетом. Господи! Лишь бы вышло с первого раза! Клевец вскинут в замахе. Вдох. Шурс. Выдох. Бью!
– Ыыы!
Кисть дикого отделилась от предплечья. Кровь льёт ручьём. Грай мычит и трясётся. Смотреть страшно и мерзко до жути.
– Гвидо!
Выскакиваю из палатки. Туда тут же ныряет лекарь. Зеленоватое свечение – и через миг шёпот Грая:
– Ферц не вытерпит. Нужно держать.
Джи, в отличие от дикого, спал сном младенца. Перед тем, как будить, я зажал ему рот. Отпустил, только после всех объяснений. Огневик принял свою судьбу мужественно, но от помощи Грая отказываться не стал, в связи с чем операцию по удалению браслета пришлось перенести за пределы палатки. Пока дикий прижимал Ферца к земле, затыкая рот кляпом, я второй раз сыграл в мясника.
Чёртов мир! Ко всему привыкаешь. Когда Гвидо, отрастив огневику новую кисть, стянул с окровавленной старой стальное кольцо и спрятал его в карман, я даже не поморщился.
Но стоило мне увидеть Толу, как вся решимость сразу куда-то исчезла. Пришлось передать клевец Граю, а самому помогать Ферцу держать сестру. Рубить руку девушке, которую – не буду себя обманывать – я люблю, выше моих сил. Не видя, как опустилось оружие, я почувствовал, как содрогнулась от удара земля и как дёрнулась Тола. Стон боли даже несмотря на зажатый рот прозвучал слишком громко. На этом наша удача закончилась!
– Тревога! – раздалось совсем близко.
Всё! Больше можно уже не таиться.
– Лечи! – крикнул я Гвидо и, вскакивая, проорал уже Ферцу:
– Жги!
Огневика не нужно было упрашивать. Поднявший тревогу юнаец мгновенно превратился в пылающий факел. Но этого Джи было мало. Он правильно истолковал моё "жги" и в ярости поливал пламенем всё вокруг. Солдатские палатки вспыхивали одна за одной. При дальности поражения своего огнемёта в сто с лишним метров, Ферц всего за несколько секунд успел превратить ближнюю к нам часть лагеря в ад. И это было только начало.
– Где держат нашего друга?! – перекрикивая вопли боли и ужаса сгорающих заживо воинов, обратился я к лекарю.
 
– Он у ствола, с офицерами. Нам в обратную сторону. Нужно выбираться из лагеря, пока они не пришли в себя.
– Русские своих не бросают!
– Какой свой?! Он отрёкся от вас!
– Джексон – трус. Он скажет всё, что от него захотят услышать. И он нам нужен.
– Но там Гражат! И остальные! Со всеми разом даже тебе не справиться.
– Я тоже не один! Веди давай!
– Ты не понимаешь! Его возвы…
Свист ветра заглушил слова итальянца. Воздушная волна тряхнула нас с лекарем и сбила с ног Ферца с Толой, которая успела присоединиться к брату со своим огнемётом.
– Некогда спорить! За мной!
Я уже отыскал воздушника магическим зрением, и его ресурс с маной стремительно несутся по наброшенному мной шлангу к обоим Джи. Выхваченный из руки объятого пламенем солдата клевец крушит кости черепа вражеского мага, а я на шурсе уже лечу дальше. Направление – на ствол хаджа. Темнота мне лишь помогает – по светящимся шарикам маны и стержням ресурса я издали замечаю силаров. Юнайцы даже не успевают шарахнуть атакующим заклинанием. Ферц с Толой так быстро расходуют топливо, поливая огнём всё вокруг, что у меня постоянно есть куда скидывать высосанную из врагов силу.
Периферическим зрением подмечаю, что друзья бегут следом за мной. Грай занят главным – прикрывает Гвидо. Джи чуть позади – продолжают превращать лагерь юнайцев в огненный ад. На мгновение обдаёт стыдом мысль: "Простые солдаты не виноваты. За что мы их так?". Но тут же на смену ей приходит другая – злая и чёткая: "Мы на войне. Людей вокруг нет. Только враги. И не важно, при магии они, или без.".
Водник, манник, взраститель, две женщины-лекарши. Без жалости и сомнений я опустошал и убивал всех, кто попадался мне на пути. Солдатами тоже не брезговал. В каждой руке привычно лежат по клевцу. Из шурса не выхожу. Мечусь влево-вправо, чтобы друзья не отстали. До ствола уже всего ничего.
То и дело с той стороны, не щадя своих, преграждающих заклинаниям путь, прилетают, то молнии, то огненные шары, то ледяные, то воздушные копья. Вражеские силары бьют тупо на свет и звук, вслепую. Пока мимо, но рано или поздно какой-нибудь удачливый гад попадёт. Лишь бы только не в Гвидо. Без лекаря мы уже бы несли потери. Дважды арбалетные болты находили путь, то к плечу, то к спине Ферца. Недобитый обгоревший солдат достал Толу алебардой в бедро. Сам итальянец тоже получил несерьёзную рану. Но Грай вовремя прикрыл, а Гвидо не менее вовремя, а главное: быстро излечил, что себя, что Джи.
Ага! Вот и маршал нашёлся! Пущенная вперёд струя Толы на излёте растекается пламенем по проявившемуся таким образом силовому куполу. А может это их второй громобой-пятёрка. Неважно! До защитного поля всего сотня метров. Кто бы его не создал, сейчас высосу и убью, как и всех остальных. Сейчас я самый настоящий демон. Пожиратель! И я пожираю!
Наплевав на риск, отрываюсь от друзей и за пару секунд долетаю до купола. Всё же маршал. И не только он. Тут и Джарег, и оба скоростника, и физик, что снимал мой браслет, и пара летунов. Больше дюжины силаров различного дара. Даже менталист есть. Но не Хаман. Зи мёртв, и поэтому вы все сейчас отправитесь его догонять. Кроме Джексона, прячущегося за спину Гражата. Ублюдки решили прикрыться не только защитным полем, но и заложником. И пусть. Перережут глотку, так мы оживим.
Не раздумывая, я вцепился невидимым шлангом в маршала. Высосу главного, потом в камень, чтобы скоростники не добрались, пока буду их обнулять – и вперёд на сбор урожая. Боитесь, ублюдки?! Очень правильно. Это вам не пытать беззащитных пленников. Это вам не отрезать пальцы. Это вам не запугивать связанных по рукам и ногам. Сейчас Пожиратель будет вас истреблять, кусьи твари!
Незримые трубы, накачивающие топливом оставшихся позади друзей, на месте – мана и ресурс маршала мчатся к ним. В пятёрке запасов прилично, но на четверых мы их выжжем легко. Шар и столбик в груди мэла Жо уменьшаются на глазах. Сейчас, сейчас, сейчас…