Асура. Перерождение в высокородного (СИ)
— Включи звук, — попросил я, свесив ноги с кровати.
— Ой, простите, — Рукия щёлкнула пальцами, и из зеркала донёсся едва слышный, приглушённый голос Дарьи:
—…инициацию. Смерть директора не должна помешать нашему предназначению. Наоборот, мы должны сдвинуть дату инициации…
Я молча смотрел в зеркало, внимательная слушая разговор трёх людей. Виктор Старков не знал, как именно проходит инициация. И это касается не только его — никто из студентов первого курса не представляет, как она проходит.
Из разговора Дарьи и двух стариков я понял, в чём причина секретности.
— Интересно, — я усмехнулся. — Очень интересно. Мне следует подготовиться.
— Вы позволите им сделать с собой подобное? — встревожилась Рукия.
— Да.
— Хранитель, у вас глаза от предвкушения мерцают, — Рукия прищурилась. — Вы что-то поняли?
— Я наконец понял, как именно развиваются Заклинатели.
— Всё дело в микромагелах, да? — предположила Рукия.
— Именно, — подтвердил я. — Во время инициация часть микромагел взрывается и высвобождает духовную энергию, которая меняет тело человека. Раньше я не был уверен, но после этого разговора мои сомнения развеялись. В этом мире люди пошли по пути развития тела, а не души. После каждой инициации их организм претерпевает трансформацию на генетическом уровне, и чем выше ранг Заклинателя, тем сильнее он отличается от обычного человека.
— Похоже на эффект крови Асуры, — заметила Рукия. — Тело людей тоже меняется, когда Асура добровольно отдаёт ему кровь.
Я медленно кивнул, раздумывая над новой информацией и сравнивая инициацию Заклинателя с инициацией мага мира Трёх Солнц. Там разумные получали силу через Второй Мир. Или, как его называют в древних легендах, — Виртуальный Мир, который оставила после себя цивилизация Древних, прародителей народа Асур.
Второй Мир определял касту разумного и его будущее. Например, меня он определил в касту Воинов и назвал Владыкой Зеркал. Второй Мир открыл для меня мою душу и дал начальные знания о работе с ней. Я смог создать свой Первый Знак и стать полноценным магом.
Маги в мире Трёх Солнц получали силу через душу. На Земле же душа никак не связана с местной магией. Во всяком случае, в памяти Виктора я не нашёл упоминаний об этом.
— Я тут подумала, — подала голос Рукия. — Получается, Заклинатели уже не совсем люди?
— На первых рангах они мало отличаются от людей. А вот какой-нибудь Гроссмейстер настолько отличается от неодарённого, что его можно назвать другой ступенью эволюции, — сказав это, я осёкся. Невольно в голову пришла ассоциация — Заклинатель высших рангов отличается от обычного человека так же сильно, как и Асура отличается от человека. Но почему эти изменения не передаются потомкам?
— Поняла, — Рукия задумчиво склонила голову.
— Я ещё посплю. Что делать, ты знаешь.
— Да, — Рукия с готовностью кивнула, и зеркало сменило картинку на пустующую комнату.
Я лёг, закрыл глаза. В голове крутилось множество мыслей о моём будущем. Информация о Заклинателях взбудоражила меня. Существует шанс. Маленький, но шанс, что я смогу дорисовать Восьмой Знак. Смогу закончить его, и… навестить мою родину?
Я проснулся, когда за окном забрезжил рассвет.
— Нашла что-нибудь интересное? — потянувшись, спросил у феечки.
В зеркале сейчас отображалась небольшая комната и компания из пяти подростков, которая азартно играла в карты.
— Нашла Андрея Старкова, — в углу зеркала появилась Рукия. — Это брат Виктора Старкова.
— Знаю, — я начал одеваться.
— Он чем-то очень недоволен, но без конкретики. Слежу за ним, может, что-то выведаю.
— Продолжай в том же духе, — я обновил Знаки, стараясь не смотреть в горящие от радости глаза Рукии.
— Хорошо!
Как только Лейла услышала, что я ушёл в ванную, она начала готовить завтрак.
— Ты уже поела? — спросил я, садясь за обеденный стол.
— Да, — смутилась Лейла. Она стояла неподалёку, ожидая моих команд.
— Как твоё здоровье? — я макнул тёплый мякиш в жёлтый глаз яичницы.
— Х-хорошо, — девочка смешалась. — Сегодня сердце не болит даже.
Я кивнул и продолжил. Глаза Лейлы вдруг расширились, она выпалила:
— Это вы мне помогли?
— Я не Священник, — усмехнулся. — Так что не придумывай.
Всю оставшуюся трапезу мы молчали. Я ел, а Лейла подозрительно смотрела на меня. Эта девочка обладает неплохой интуицией. Я бы даже сказал — хорошей. Или всё гораздо проще, и она проснулась после того, как я покинул её спальню.
Позавтракав, я неспешно оделся в форму академии. Не забыл нацепить и звёздочки. Когда уже собирался идти на пару — пришла Зита со своими слугами. Мне принесли зеркала и личные вещи Виктора Старкова, о которых я даже не вспоминал. Они остались в разрушенном энербусе, и их доставили в академию только сейчас.
— Вам достаточно зеркал? — Зита смотрела на меня строго, но в её глазах я видел смешинки.
— На первое время хватит, — степенно кивнул я, наблюдая, как слуги вносят три ростовых, шесть в полроста и одиннадцать маленьких зеркал.
— Скажите, куда их установить, — предложила Зита.
— Просто оставьте у стены, я сам, — махнул рукой. — А вот мои вещи отнесите вон в ту спальню.
Личных вещей у Старкова было немало — два чемодана, кожаная сумка и небольшая барсетка, где хранились деньги и ценности. Кстати, в этой барсетке ещё и артефакт связи лежит, по которому Виктор должен был связаться с родом по прибытии в академию. Надо будет подумать, что с этим делать.
— Вы выходите? — спросила Зита, когда слуги ушли.
— Да. Через пару минут, — я задумчиво оглядел стопку маленьких зеркал.
— Я вас подожду. Сходим вниз, привяжем ваш личный ключ к вашей духовной энергии.
Кивнув, я прикрыл дверь, подхватил одно маленькое зеркало и ушёл в свой кабинет. Там я разбил зеркало на равные осколки и приклеил к коже.
— Удачи вам, — Лейла провожала меня до выхода. — И с первым днём учёбы!
До самого духовного лифта мы с Зитой шли молча. А когда створки закрылись, дворецкий неожиданно сказала:
— Мне тут баба Люба, моя коллега, жаловалась. Заселили студента в дом на Серебряной Роще. Он там всего сутки пробыл, но умудрился изгваздать ванное зеркало в красной помаде. И не оттирается ведь! Ругалась Люба страшно, говорит, что за ленивые студенты пошли, совсем перестали убирать за собой. Надеюсь, она не про вас? Я же вас из Серебряной Рощи и забрала.
— Не про меня, — сухо ответил я, чувствуя, как нагреваются уши. Чтоб меня Сура пнул, как давно я так смущался? Сколько лет назад это было в последний раз?
Обычно я слежу за тем, чтобы на зеркалах не оставалось следов. Но в этот раз забыл… И эта женщина сравнила мою кровь с помадой! Баба Люба. Я запомню это имя.
В кабинете Зиты мы привязали ключ к моей духовной энергии, после чего она позвала парнишку-служку и приказал ему проводить меня до аудитории, чтоб не опоздал.
— В какой кабинет вам нужно? — учтиво спросил слуга, когда мы вышли из Лунной Башни.
Я вынул из кармана сложенный листок расписания и развернул его. Нашёл глазами первую пару.
— Кабинет сто один.
Рядом с номером аудитории значилась надпись: « Вводная лекция». Нижняя строчка повторяла первую, значит, пара сдвоенная. В аудиторию я пришёл не первым, тут уже сидели студенты, каждый — за индивидуальной партой. Всего четыре ряда, по пять парт в каждой.
В основном все лица были мне знакомы, я вчера их в зеркале видел — Феликс Теплов, Карина — девушка с широкими бёдрами, тот мускулистый парень с серьгой, рыжий пухлый парень и бровастый. Бориса Вечерова я заметил не сразу, он сидел в углу, мрачный, как тень. И если он родственник директора, то его настроение оправдано.
— Старков, — Феликс, завидев меня, махнул рукой. — Давай к нам.
Я проигнорировал его, сел за первую парту среднего ряда, рядом с Кариной. Та надменно подняла бровь. Она сегодня во всё белое одета, как и вчера. Но на этот раз в её ушах сияли сапфиры, а не диаманты.