Асура. Перерождение в высокородного (СИ)

— Пойдём, нас сейчас в дом проведут, — настойчиво сказала она. — Наши уже впереди, идём. В первой группе будем.
Я вытащил из кармана осколок зеркала и по старой привычке посмотрел в него, встретившись с синими глазами нового тела. Поморщился. Давно я не видел своё отражение, заглядывая в зеркало. Но пора привыкать, что сейчас я — слабая креветка и мне нужно время для усиления.
— Ты идёшь?
— Да, — я убрал осколок и последовал за Катей.
По пути осматривал мощёные дорожки, крепкие деревянные домики, деревья во дворах. Похоже на деревню из моего родного мира, но люди тут более активные, крикливые и подвижные. Я ощущаю богатую духовную энергию — артефакты, маги, духовные воины. В этом мире обычный народ ближе к магии, если сравнивать с моей родиной. В мире Трёх Солнц владеющие магией никогда бы не стали жить в подобной глуши, они все стремились к центрам силы, к крупным городам.
Мне не хотелось признаваться даже себе, но я с трудом принимал тот факт, что моя жизнь навсегда изменилась. Я никогда не смогу вернуться в мир Трёх Солнц, ведь его больше нет. И что самое страшное — Землю ждёт подобная участь. Не просто так Демоны вызывают во мне гнев, именно с них всё и началось. Этот мир уже встал на дорогу невозврата, что ведёт в забвение.
— Не тормози! — Катя свернула с дороги к двухэтажному дому. — Наши все туда зашли, давай быстрее.
Во дворе нас встретила пышногрудая тётка.
— Быстрее, быстрее в дом, — запричитала она. — Заходите, ну. Парень, ты в комнате со своими будешь.
Мы зашли в дом, и тётка сразу же поспешила на второй этаж, скрипя половицами. Там она чуть ли не силой затолкала меня в одну из комнат и с хлопком закрыла дверь.
Я, морщась, поправил рукав.
— Как тебя зовут? — раздался незнакомый голос.
Я мельком осмотрелся. Небольшая комната с тремя одноместными кроватями, две из которых заняты. На одной сидит парень, который и задал мне вопрос, — худой, с зачёсанными назад волосами, раздетый до штанов, со связкой медальонов на шее. А на второй лежит кудрявый юноша и невидящим взглядом смотрит в потолок.
— Виктор, — коротко ответил я. Стянул с себя плотную куртку и повесил на крючок.
— Я Феликс Огнецвет. А вон тот, который лежит, Борька Вечеров. А у тебя как фамилия?
— Старков, — я вынул осколок, взглянул в него. Скривился, сунул обратно.
— Ты из тех самых Старковых? — напрягся Феликс.
— Ага… — рассеянно ответил я, оглядываясь. — Где тут зеркало?
— В ванной зеркало есть, — ответил Феликс, пристально разглядывая меня. — У тебя кровь запеклась на виске.
Я вошёл в ванную, где обнаружил над комодом с непонятными баночками довольно большое зеркало, рядом с деревянным рукомойником. Из памяти Виктора я знал, что в крупных городах давно проведён водопровод и имеются нормальные умывальники и туалеты. Но мы в деревне, куда не дошёл прогресс. Ещё одно различие с миром Трёх Солнц — на Земле магия и технология тесно переплелись, образуя промышленную артефакторику. У меня на родине такого не было, там в основе цивилизации лежала магия.
Я прикрыл дверь, задвинул щеколду и встал у зеркала. На меня смотрело молодое лицо подростка — тёмные слегка вьющиеся волосы, густые нахмуренные брови, тонкий и правильный нос. Однако меня не интересовала новая внешность, гораздо важнее было другое. В мире Трёх Солнц я был одним из девяти сильнейших магов, которых называли Хранителями. И я был Хранителем Зеркал. Но работает ли моя магия в этом мире?
Я смочил указательный палец в рукомойнике и провёл по виску, марая подушечку в крови. А затем, вкладывая в палец духовную энергию, медленно вывел в углу зеркала Первый Знак, который имел значение «вид сверху». Самый простой Знак — овал с чёрточкой над ним.
Меня охватила лёгкая усталость, моё отражение пошло рябью, и я с громаднейшим облегчением наблюдал, как смазливое лицо Виктора Старкова сменяется другой картиной. Зеркало показывало мне деревню, в которой я находился, — с высоты птичьего полёта.
И то, что я увидел, настораживало. На юго-западе от деревни находился лесок, который мы пересекли. Из этого леса сотнями выбегали Демоны, полукругом окружая деревню. Заклинатели стояли на стенах и периодически пускали смертоносные лучи в тех, кто подбирался слишком близко. Но я видел, что этого недостаточно. Слишком мало магов для такой орды Демонов. И ведь они не кончаются.
 
Я протянул руку и коснулся зеркала указательным пальцем. В месте касания пошли волны, как круги от брошенного в озеро камня. Я медленно провёл пальцем вверх, сдвигая картинку. Теперь мне больше открылся лес, и я увидел то, что искал, — дорогу, где началось нападение на нас. К указательному пальцу я добавил большой и развёл их в стороны, приближая картинку в нужном месте.
Нашёл.
Рядом со сломанным вагончиком стоял человек в чёрном балахоне, с накинутым на голову капюшоном. Мимо него, к лесу, бежали десятки Демонов. Но самого человека не трогали.
— Пастырь Демонов, — пробормотал я, благодаря памяти Виктора подобрав нужное определение. У нас таких называли Погонщиками Тварей. Для меня было очевидно, что Демонов кто-то направляет, ведь они в большинстве не обладают разумом, лишь инстинктами.
Вновь вернул картинке прежний масштаб и проверил деревню. Дела плохи. Демоны уже открыто бежали к стенам, и слишком редкие из них падали замертво. Некоторые из Демонов уже поднимались по стенам, цепляясь за деревянную поверхность когтистыми лапами.
Надо что-то делать.
Я стёр Первый Знак, и зеркало вновь обрело прежний вид. Так, теперь мне предстоит что-то гораздо более рискованное.
Я вдохнул и выдохнул. Снова замарал палец в крови и в углу зеркала начал наносить Пятый Знак, который имеет значение «Зеркальная Тюрьма». С каждой новой чёрточкой тело всё больше слабело. Из носа пошла кровь. Всего в Пятом Знаке пять символов, не считая овала, но я нарисовал лишь четыре, не завершая Знак. Но даже на это у меня ушли почти все силы — я тяжело дышал, пот лился ручьём, а кровь шла теперь не только из носа, но и из ушей. Чтобы устоять на месте, пришлось упереться руками в комод.
Отражение вновь пошло рябью, но на этот раз оно стало полностью серебристым.
— Рукия, — тихо прошептал я, с трудом стоя на ногах. — Ты слышишь меня?
Серебристая поверхность не изменилась. Неужели не получилось?..
На зеркале появилась точка, которая разрослась до изображения серебряноволосой малышки с серебристыми крыльями.
— Рукия, — с облегчением выдохнул я.
— Хранитель, — раздался тихий голос от зеркала. И язык, на котором говорила феечка, принадлежал этому миру. — Вы сделали это. Вы…
У Рукии заблестели глаза, по лицу потекли слёзы.
— Я уже думала, что исчезну. Но вы смогли. Я так рада.
— Всё хорошо, — я бледно улыбнулся. — Рукия, мне нужно открыть Зеркальную Тюрьму.
— Тюрьму? — Рукия вытерла крошечными кулачками слёзы. — Мы сейчас находимся в другом мире. Ваше Зазеркалье сильно пострадало при переходе, как и Тюрьма. Все пленники, не прошедшие Зеркальную Трансформацию, потеряны навсегда.
— А моя кровь? — меня охватило беспокойство.
— Ваша кровь, которая внутри Зеркальных Пленников, не пострадала, — поспешно сказала Рукия. — Но достать её… проблематично.
Я выдохнул. Кровь Асуры уцелела, это отлично.
— Я хочу воспользоваться Тюрьмой, Рукия, — посмотрел ей в глаза. — Это важно.
— Вы даже не спросили, как я это путешествие пережила, — пробормотала она, пряча взгляд. — А я очень испугалась! И думала, что умру. И за вас переживала, Хранитель. А когда вы переместились в новое тело, меня тоже это коснулось! Я ощутила, что теперь знаю язык этого мира. А вы даже не удивились. Вы знали, да? Но я же всего лишь Страж вашего Зазеркалья, разве нет?
— Рукия, — я устало выдохнул. — Поговорим про это позже, хорошо? Скажи, ты сможешь открыть Тюрьму?
Феечка, выслушав меня, встряхнула крошечной головкой. Она словно преобразилась — её лицо стало увереннее, спокойнее.