Асура. Перерождение в высокородного (СИ)

— Эм… — мужик смешался. — Спасибо?
— Ты получишь награду, — я отвернулся. — Работай. И не забывай создавать новые Лунные Зеркала.
Массовое производство линз — это лишь первый шаг моего плана. На очереди — создание специальных моноклей, которые будут разосланы Заклинателям высоких рангов на Земле. В моих планах наделить такими моноклями каждого Высшего, Гроссмейстера и Архимагистра планеты как минимум. Уже это позволит избежать трагедии планетарного масштаба, когда наступит Второй Катаклизм.
Следующий шаг — создать десятки Лунных Зеркал и установить эти зеркала в разных точках планеты. В будущем они могут сослужить не менее полезную службу, чем монокли из Кровавого Стекла.
— Хранитель, вы быстро! И вы довольны? — Рукия появилась передо мной, когда я вышел из зеркала в своём кабинете.
— Удалось создать первую линзу, — ответил я, садясь в кресло.
— Нашли подходящий материал? — приятно удивилась Рукия.
— Нет, нашли способ, как развести мою кровь, — я поморщился. — Где Борис? Надо обсудить с ним дальнейшее сотрудничество — создание моноклей и прочее.
— Сейчас… — Рукия исчезла в зеркале и появилась спустя несколько секунд. — Он у себя дома. Пойдёте к нему?
— Да. И пора его познакомить с великим Хранителем, — я усмехнулся. — Пусть тоже знает, что грозит миру.
Борис и раньше подозревал, что Виктор Старков работает на кого-то. Познакомившись с Рукией, он окончательно в этом убедился.
Вряд ли он поверил моим словам о будущем Втором Катаклизме, но Бичли, который продемонстрировал могущество как минимум двоих Высших, очень впечатлил Бориса. К сожалению, Зеркальный Пленник после этого навсегда исчез, оставив ещё одну камеру в Зеркальной Тюрьме пустой.
Борис обещал, что со всей серьёзностью отнесётся к своим обязанностям в нашем небольшом, но невероятно важном совместном деле по созданию специальных моноклей.
— Ваш ученик хочет связаться с вами, — сказала мне Рукия, когда я вернулся после встречи с Борисом. На улице уже вовсю светил единственный спутник, и я собирался лечь спать. Но решил перед этим побеседовать с принцем.
— Учитель, — Александр склонил голову, увидев мой образ в зеркале. — Ваше лекарство… Оно не помогло отцу. Ему стало ещё хуже.
Принц говорил сдержанно, не выдавая внутреннего волнения.
— Вина не в лекарстве, — я спокойно смотрел в глаза принцу. — А в твоей матери. Почему она спрятала лекарство, не отдала его?
— Не может… — Александр запнулся и нахмурился.
— Реши этот вопрос сам. Я буду следить.
Рукия разорвала связь и вылетела из зеркала.
— Как он поступит? Как думаете? — спросила она.
— Самому интересно, — покачал головой. — Следи за ним.
— Поняла!
Как оказалось, принц не стал долго ждать. Рукия разбудила меня ночью, когда я был погружён в глубокую дхиану, и сказала, что Александр пошёл к матери, выяснять отношения.
— Быстрее, он пока только в пути! — подгоняла меня Рукия. — Можем пропустить всё самое интересное!
— Ты же записываешь, — я зевнул, прикрыв рот ладонью.
— Но в живую-то интереснее смотреть! — по-детски возмутилась Рукия.
В кабинете, в зеркале, уже транслировалась картина с Императрицей. Как и в прошлый раз, она сидела перед зеркалом, но на этот раз расчёсывалась, с загадочной полуулыбкой на устах.
В дверь постучали.
— Войди, — негромко позвала Екатерина.
Александр открыл дверь. Выглядел он неважно — осунувшийся, мрачный донельзя. Принц прошёл в комнату и сел на кровать, оперевшись локтями о колени и скрестив пальцы.
— Ты же знаешь, что тебе опасно передвигаться в моём дворце, — с ноткой осуждения в голосе сказала Императрица.
— Ты не отдала лекарство отцу, — проигнорировал её слова принц. — Почему?
Императрица на мгновение замерла с гребешком в руках.
— Тебе Хранитель сказал?
— Да.
— Интересно, — губы Императрицы тронула улыбка. — Да, я не отдала лекарство. Твоему отцу нельзя выздоравливать.
— Почему? — ещё сильнее нахмурился Александр.
— Он тебя не примет, — грустно ответила Екатерина. — Он желает сделать наследником Алексея. Ты ему не нужен.
 
Александр промолчал, сжав скрещенные пальцы до побеления.
— Он передал Алексею контроль над Императорской Канцелярией, — продолжила Императрица. — Алексея поддерживает Церковь и большинство Старших родов. Пока Император недееспособен, у меня развязаны руки. Но как только он очнётся…
— Поэтому ты подговорила Белоозёрскую напасть на академию? Хотела взять в заложники отпрысков из Старших родов?
— Не совсем, но близко, — уклончиво отозвалась Императрица. — Если бы Милена справилась, я бы сумела настроить большинство Старших родов против Алексея. Но увы, увы…
— И что ты собираешься делать? — Александр уже не выглядел таким недовольным. Скорее, он задумался над словами матери.
— Я работаю, сынок, — вздохнула Императрица. — И знаешь, мне бы очень помогла демонстрация твоих способностей. Если ты покажешь все свои силы и правда о трипл-элементе станет достоянием общественности…
— Нет, не стоит раскрывать, — покачал головой Александр. — Это опасно.
— Но как же без риска, сын?
— Опасность ближе, чем тебе кажется.
Я приподнял брови. Александр не рассказал матери о нападении Ричарда?
— Ты о Виндзоре? — Императрица обернулась на сына. — О Ричарде, который рядом с Сергеем?
— Да, — отозвался Александр. — Почему не предупредила о нём?
— Он что-то сделал? — Императрица развернулась и вперилась взглядом в принца. — Что он сделал?
— Ничего, — покачал головой Александр. — Но не думаешь, что он первый попытается меня убить, когда правда о трипл-элементе всплывёт?
— Я могу убрать его, — Императрица вернулась к зеркалу. — Это будет сложно, но возможно.
— Дело не только в Ричарде, — вздохнул Александр. — Если ты так желаешь продемонстрировать мои способности — может, сделать это тайно? Только тем людям, которым надо это донести?
— Это будет нелегко, — поморщилась Императрица. — Но если попросить помощи у твоего Хранителя…
Несколько минут Александр и его мать спокойно обсуждали дела, совершенно позабыв о больном Императоре.
— Какие они… холодные, — передёрнула плечами Рукия. — Там лежит их отец и муж, а они спокойно рассуждают о дате его смерти.
Я не ответил, молча наблюдая за сценой. В ней я не видел ничего необычного — всё в рамках людской логики. Тот, кто родился правителем, не сможет жить слугой. Он либо погибнет, либо достигнет цели — невзирая на все жертвы. Либо сломается.
— Что будете с ними делать? — спросила Рукия, с любопытством глядя на меня, когда принц ушёл.
— Пока ничего, — я поднялся. — Спать пойду.
— Не будете убивать Императрицу?
— Зачем? — хмыкнул я. — Она желает сделать Александра Императором. Я желаю того же. Пусть работает.
— А как же Оливия?
— Предлагаешь делать так, как говорит эта женщина? — я удивлённо посмотрел на Рукию.
— Нет, конечно, — смутилась феечка. — Но она хочет отомстить…
— Я помогу Оливии. Не дам умереть. Но пока убивать Императрицу я не намерен.
— Поняла! — Рукия активно закивала. — Хороших снов вам!
— И расскажи ей про Второй Катаклизм. Пусть готовится к будущей катастрофе.
* * *
Следующие пять дней проходили в однообразном темпе. Утром я шёл на те пары, которые считал полезными. Затем тренировался либо решал дела, связанные с заводом и убийствами новых духовных зверей. А ночи проводил с Маргаритой.
Иногда испытывал лёгкое неудобство — когда получал знаки внимания от Ани, Карины или других родовитых девушек, которые нравились мне. Изредка встречался в академии с Наталией — когда в моей жизни появилась Маргарита, я честно рассказал ей об этом, зная о её мыслях насчёт семьи. Как и думал, Наталия постепенно отстранилась от меня, и в последнее время мы с ней виделись только случайно либо на парах.
— Виктор, привет, — ко мне подошла Виктория.