Двое лгут: Кто-то должен умереть (ЛП)

Стоп… В мозгу что-то щелкнуло. Три. Ровно столько плавало в озере, когда я туда упала.
Я вспомнила видение, посетившее меня при падении в канал. Три фигуры плыли рядом со мной, протягивая ко мне руки. Они чего-то хотели, но я не понимала, что именно.
Ощущения оказались почти такими же, как и в тот раз, когда Оливия разбила машину на озере Эдгар, только тогда, при встрече с их образами, они выглядели обеспокоенными за меня. Как будто пытались помочь. Но вчера мне показалось, что они намного реальнее — настолько, как могут быть реальны призрачные фигуры, плавающие в воде.
Я застыла на месте, пораженная собственной догадкой. Почувствовав, как краска капает на кроссовки, я уставилась вперед, не видя ничего, пока мои мысли неслись вскачь. Плавающие призраки. Вода. Они были в воде.
— Айзек! Айзек, я знаю, где тела! — Я бросилась в переднюю комнату, швырнула кисть с краской на газету на полу и, перебежав через комнату, схватила ключи с карточного столика. — Девушки в озере! Они были в озере все это время!
Я поняла, что все прекратили работу. Они провожали меня взглядами, когда я выбегала из офиса. И Оливия, и Айзек последовали за мной. Как только я ступила на тротуар, мой желудок забурлил, угрожая выплеснуть утренний кофе.
— Что значит, девушки в озере? — спросил Айзек, прижав руку к моей спине.
— Думаю, они на дне озера. Я не уверена, в каком именно. Это может быть озеро Эдгар, но скорее всего, Найтшейд. На самом деле, я все-таки думаю, это Верхнее озеро Найтшейд.
— Ты уверена? — переспросил Айзек.
— Нет, но у меня было видение о них, когда я упала в озеро вчера. Оно совпало с тем, которое случилось, когда Оливия разбила свою машину в озере Эдгар. Они были под водой. Мне кажется, именно там он их и оставил. В озере.
— В этих краях много озер, — заметил Айзек. — Мы не можем обыскать их все.
— Я не думаю, что нам придется это делать. Наверное, если я прикоснусь к воде, то смогу их почувствовать.
— Но ты же ненавидишь воду, — проворчала Оливия.
— Но почему? — спросила я Оливию. — Почему я ненавижу воду? Не помню, чтобы я ненавидела ее, когда была маленькой. Папа постоянно водил меня плавать. Мне это нравилось. И только когда я стала подростком, то начала бояться озер.
— Ты имеешь в виду… — начала Оливия.
— Да. Что, если мой страх перед водой появился после того, как наш субъект начал выбрасывать туда тела? Что если часть меня всегда знала, что они там?
— О, святые угодники, — воскликнула Оливия, перекинув свою руку через мою и потащив к джипу Остина. — Мы поедем к Остину. Возьмем его понтон. Так будет быстрее. Начнем с Верхнего Найтшейд и пойдем вниз.
— Я тоже еду, — решил Айзек. — Но давай пока не будем рассказывать об этом Стоуну.
— Договорились, — кивнула я, когда мы втроем забрались в джип Остина.
  
Глава 27
 
С Оливией за рулем дорога до дома Остина не заняла много времени. Мы нашли ключи от лодки в тайнике под приборной панелью, и Айзек завел понтон и повел его по каналу в сторону Верхнего озера Найтшейд. Несмотря на вольную трактовку Оливией всего, что можно одолжить у Остина, я отправила ему сообщение.
В ответ он только спросил, все ли со мной в порядке. Я не знала, как ответить. Сомневалась, что все происходящее нормально. Понятия не имела, как буду себя чувствовать, если все получится, а мы найдем тела. Потом я осознала, что одно из этих тел, скорее всего, принадлежит моей сестре.
Я решила ответить просто: «Айзек с нами». Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы Остин не волновался.
Когда Айзек вышел из длинного канала на Верхнее озеро Найтшейд, я взглянула на воду. На озере находились несколько рыбацких лодок и один катер для катания на лыжах. Я перебралась в заднюю часть понтона, когда Айзек заглушил двигатель.
Перегнувшись через перила высотой по пояс, я заметила ступеньки платформы на другой стороне. При мысли о прикосновении к воде у меня свело живот. Я не хотела их видеть. Я не хотела чувствовать их эмоции.
 
Я уже собиралась перелезть через перила, когда Оливия остановила меня и развернула за плечи к себе лицом.
— Знаю, тебе страшно, — заявила она, накидывая на меня спасательный жилет и затягивая ремни. — Но мы рядом. И не позволим, чтобы с тобой что-то случилось.
— Чертовски верно, — подтвердил Айзек, поднимая конец нейлоновой веревки. — Мы тебя держим. — Он продел нейлоновую веревку через один из грудных ремней спасательного жилета.
Я положила телефон в стоящий рядом подстаканник.
— Я могу это сделать. Я справлюсь.
— Верю в тебя, — только и сказала Оливия.
Я вдохнула, потом выдохнула. Мне было страшно. Я не хотела быть собой сейчас. Я мечтала оказаться кем-то другим, кем угодно.
— Готова? — спросил Айзек.
Я кивнула, повернувшись к перилам. Айзек взял меня за руку, поддерживая, и я перебралась через них, ступив на платформу. Вода перелилась через край, намочив мои кроссовки и носки. Я уставилась на воду, обеими руками держась за перила.
— Еще не поздно передумать, — заметил Айзек, почувствовав мою нерешительность. — Это не твоя работа — искать их тела. Мы можем придумать что-нибудь другое.
Я не могла оставить их там, внизу. И если моя теория верна, то прикосновения к воде хватит, чтобы их обнаружить. Проблема заключалась в том, что я должна впустить их в свою голову. Раскрыться перед ними.
Я продолжала смотреть на воду, и тут меня пробрала дрожь. Я не знала, от чего это происходит: от холодной воды, омывающей мои ноги, или от страха, пронизывающего меня насквозь.
Сделав еще один глубокий вдох, я присела на корточки, держась одной рукой за поручень позади себя. Другую руку я протянула к воде, держась немного выше поверхности. Медленно выдохнув, я погрузила пальцы в воду и закрыла глаза.
Появились французские двери, но вид с другой стороны поразил меня. Темная коричневато-зеленая вода колыхалась, толкая вздувшиеся тела Эрики и Эбби взад-вперед и ударяя их о стекло. Каждый раз, касаясь двери, их тела глухо стукались, и этот звук эхом отражался от стен моей комнаты.
Я испуганно отступила назад. Боялась, что утону. Испугалась, что девочки утащат меня.
— Ты справишься, Давина, — услышала я голос Оливии.
Я была почти уверена, что она ошибалась, что у меня никогда не хватит духу.
Я еще несколько секунд смотрела на тела, пытаясь набраться смелости и войти в видение. Еще можно было передумать. Я могла сказать Оливии и Айзеку, что это не сработало. Мы могли бы найти другой способ проверить озера.
Рука Эрики плавала в воде, упираясь в стекло, как будто ее туда специально приставили. Ее кожа набухла и прогнила.
Я не могла оставить их здесь. Они заслуживали достойного погребения. Их семьи заслуживали ответов.
Надеясь, что Айзек и Оливия спасут меня в случае необходимости, я шагнула вперед.
Дрожащей рукой я нащупала холодное серебро на ручке. Сделав еще один глубокий вдох, я на нее надавила.
Вода рванулась вперед, сбивая меня с ног и швыряя по комнате. Когда меня перестало крутить, я попыталась оглядеться, чтобы сориентироваться, но вода была слишком темной, почти черной. Я била ногами и гребла руками, плывя вслепую, пока не коснулась чего-то рукой. Я осмотрелась, пытаясь определить, что передо мной. Комод. Это был мой комод.
Я изменила курс, сместившись вправо и поплыв изо всех сил. Нащупав дверную коробку, протиснулась через двери.
Вдруг вода затихла и стала светлее, когда сверху хлынул солнечный свет. Я оглянулась и заметила Эрику и Эбби, плывущих в полудюжине метров впереди. Поплыла к ним, но по мере приближения их тела смещались дальше по озеру. Я последовала за ними, но они продолжали удаляться все дальше и дальше.
К тому времени, когда их тела остановились, мои легкие горели. Я смотрела, как они медленно опускаются вниз. Из ниоткуда появились цепи и веревки, обмотанные вокруг тел, утяжеляя их. Я наблюдала, как они оседают в глубокие заросли сорняков и грязи на дне озера.