Двое лгут: Кто-то должен умереть (ЛП)

— Правда? Я свободна?
— Не уезжай из города, но да. — Стоун передал мне пластиковые пакеты. — Судмедэксперт сказал, что два трупа были убиты ножом в шею, идентично ранению твоего отца. Другую жертву задушили. Он квалифицирует все три смерти как убийства.
— Тела опознаны? — спросила я, надевая свой фитбит.
Стоун огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что никто не подслушивает, и ответил.
— Мы опознали Эрику Натчен и Эбби Фенн по их зубным картам. Нам еще нужно подтвердить ДНК, но это лишь формальность. Третья жертва пока не опознана.
— Кто из жертв был задушен?
— Эбби Фенн.
— Почему ее смерть отличается от других?
Стоун пожал плечами.
— Возможно, потому что убийца охотился за Эрикой, но ему пришлось забрать Эбби, поскольку они были вместе. Если Эбби на самом деле не цель, он мог убить ее быстро.
Я попыталась прикинуть, как можно задушить человека быстрее, чем ударить его ножом в шею, но решила, что не хочу думать о таких ужасных вещах.
— А что насчет третьей девушки? Вы сравнили ее зубную карту с картой Райны?
— Сравнили, но совпадений нет. Мы также провели сравнительный анализ ДНК, но…
Я вздохнула.
— У тебя такое лицо.
— Какое лицо?
— Лицо, на котором написано, «как мне не нравится то, к чему все идет».
Стоун потер покрытую щетиной челюсть.
— Да, подходит.
— Третья жертва… — подсказала я, подталкивая его к рассказу.
— Она была старше. Может быть, около тридцати.
— И? — снова спросила я, зная, что есть что-то еще.
Стоун хмуро посмотрел на пол, затем поднял на меня глаза.
— У нас есть твоя ДНК из дела твоего отца. А поскольку тело Райны так и не нашли, мы сравнили твою ДНК с ДНК третьей жертвы. Результаты совпали на двадцать один процент. Похоже, ты родственница жертвы.
— Как родственница?
— Точно не знаю. При таком результате это может быть бабушка, дедушка, тетя, сводная сестра, первый двоюродный брат или племянница.
Я все еще в недоумении спросила про возраст.
— Ты сказал, что жертве было около тридцати лет?
— Когда она умерла, да. Но она пробыла в озере где-то от пятнадцати до двадцати лет, то есть — будь она жива — ей было бы где-то около пятидесяти.
— Это не имеет никакого смысла.
— Поверь, я в курсе. Нам понадобится список твоих родственников, чтобы исключить людей.
— Это короткий список. Бернадетт — единственная живая родственница по материнской линии. А со стороны отца у меня только одна тетя. Но поскольку я видела ее лет десять назад, она не может быть той женщиной, которую нашли в озере.
Стоун отвел взгляд, выглядя виноватым.
— Что ты мне не договариваешь?
— Я не знаю, как тебе сказать…
— Просто выкладывай.
— Мы также сравнили твою ДНК с ДНК твоего отца.
Я вздрогнула от внезапно охватившего меня холода.
— Мне очень жаль, но Фрэнсис не был твоим биологическим отцом.
Мои колени ослабли, и я потеряла равновесие.
Стоун подхватил меня, удерживая в вертикальном положении, пока не усадил на стоящий рядом стул. Опустившись передо мной на колени, Стоун придержал меня, положив руку на плечо.
В моей голове пронеслись воспоминания об отце. Наши прогулки. Наши тайные разговоры.
— Тест ошибочный. Это неправда.
Стоун мягко сжал мое плечо.
— Мне очень жаль, Давина. Я попросил лабораторию провести повторный тест. Ты не состоишь в биологическом родстве с Фрэнсисом Рейвеном.
Я отшатнулась и встала. Обойдя Стоуна, подошла к столу, чтобы забрать пакет с купальником.
— Мне нужно идти. Ты ведь сказал, что я свободна?
— Да, ты свободна. Может, тебя подвезти? Я могу попросить одного из офицеров отвезти тебя к Бернадетт.
— Нет, — покачала я головой. — Я пойду пешком. Мне просто нужно побыть одной.
Стоун подошел к электронной панели, чтобы ввести код. Когда загорелся зеленый свет, он открыл дверь и придержал ее для меня. Полуденное солнце ослепило меня. Я подняла руку, чтобы закрыть глаза и сориентироваться. Я находился за участком.
Я пошла прочь, не оглядываясь на Стоуна. Не хотела, чтобы он видел, как я плачу.
  
Глава 37
  
Я дошла по задней аллее до конца квартала и повернула на запад, к офису Оливии. Если ее там не окажется, то Брейдон будет в соседнем офисе.
Я не обращала внимания на окружающих, погрузившись в собственные мысли. Как получилось, что мой отец мне не родной? Какой в этом смысл?
В памяти всплыло воспоминание о разговоре с Бернадетт на прошлой неделе. По ее словам, женщины Куэйдов часто заводят детей не от своих мужей. Она сказала, что это как-то связано с экстрасенсорными способностями, но я перевела разговор на поиски Тауни.
Неужели все так и было? Моя мать изменила моему отцу? Знал ли мой отец, что я не его дочь?
Я помнила, что мои родители были близки. Помнила, каким опустошенным выглядел отец на похоронах мамы.
Выйдя из транса, я подняла голову. Я стояла на углу перекрестка, но уже прошла мимо офиса Оливии. Вернулась на полквартала назад. Уже открывая дверь, я осознала, что в оцепенении преодолела три перекрестка. Как меня не сбила машина?
Я покачала головой и потянула на себя стеклянную дверь. Переступив порог, я только через минуту поняла, что нахожусь в нужном офисе. Свежая краска на стенах и полу, обновленная потолочная плитка придали помещению совершенно иной вид. Справа от меня стояла тумба с коробкой пончиков. Слева от двери перпендикулярно к ней располагался стол администратора, украшенный вазой с живыми цветами.
Чуть дальше в комнате находился еще один стол, за которым стояла такая же тумба. За ними виднелась дымчато-серая ширма с черной рамой и акцентами на панелях.
Проходя через большую комнату, я разглядывала картины, мебель и офисное оборудование, недоумевая, как Оливия так быстро обставила помещение. Я вспомнила, что с момента моего последнего визита сюда прошел всего один день.
Услышав голоса в задней части офиса, я направилась по коридору.
— Нет, я хочу, чтобы он стоял по центру, — раздался голос Оливии в другой комнате. — Его нужно отодвинуть еще на четыре-пять дюймов.
— Я согласна, — одобрила миссис Полсон.
— Решайте, женщины, — взмолился Ноа.
Заглянув за угол, я невольно почувствовала себя лучше, услышав их веселый смех.
— Здесь? — поинтересовался Кемп, парень, которого Оливия наняла для обучения ее программе частного сыска.
— Отлично, — подтвердила миссис Полсон, а Оливия запрыгала на месте, хлопая в ладоши.
— Я принесу стулья, — проворчал Ноа, направляясь к двери. — Давина! — Он бросился вперед, подхватил меня на руки и закружил. — Почему ты не позвонила? Я бы тебя забрал.
— Я хотела прогуляться. Мне нужен был свежий воздух. — Я в шутку шлепнула его рукой по спине. — Опусти. У меня голова кружится.
Меня поставили на ноги, и я, обменявшись с ним ухмылкой, оглядела комнату.
— Это ваш обеденный стол? — строго спросила я Оливию.
Оливия чуть не сбила меня, кинувшись ко мне со всех ног.
— Это правда ты? На свободе? Это Брейдон вытащил тебя под залог?
— Обвинения сняты. Окружной прокурор хочет получить больше времени для подготовки дела, но меня попросили не покидать город. А теперь ответь на мой вопрос: это ваш обеденный стол?
Оливия отскочила на пару футов назад и с ухмылкой посмотрела на стол.
— Брейдон сказал, что я не могу ничего красть из его офиса. Про дом он не упоминал.
— Взаймы, — уточнила миссис Полсон, подмигнув Оливии, а затем подошла и обняла меня более нежно и быстро. — Мы только позаимствуем мебель, пока вы, девчонки, не заработаете достаточно денег, чтобы купить свою собственную.
— А шикарные столы? — спросила я, оглядываясь через плечо в сторону коридора. Я пошла обратно в главную комнату, зная, что друзья последуют за мной. — Шкафы для документов? Ширма?
Между ширмой и задней стеной стоял еще один стол с длинной тумбой за ним. На столе стоял ноутбук, а на тумбе — принтер.