Три богатыря 3 (СИ)
Но тыквы, мед, зерно, да и вообще любая сельхоз продукция с Малых Вых сработали лучше любых рекомендаций.
Как бы местные элиты — ох и меткое же словечко подобрал Алеша Ростович! — ни изгалялись, но армейцы всеми правдами и неправдами пытались раздобыть припасы из Малых Вых.
Мало того, что удобная упаковка облегчала транспортировку и хранение, так каждый продукт ещё и давал свои усиления!
Тыквы давали весомый бонус к Силе и Телосложению, зерно незначительный бонус к Телосложению, а мед и вовсе удивлял!
Ведь помимо стандартных бонусов к Силе и скорости бега разные сорта меда давали небольшой плюс к Телосложению, Силе, Ловкости и Интеллекту.
Мед, понятное дело, шел в пайки офицерам, ну а зерно с тыквой — солдатам.
И как бы местные поставщики, которые по совпадению являлись сибурскими хлебными монополистами, ни гнули свою линию, армия голосовала золотом.
И сейчас, после того, как богатыри открыли ему глаза на произошедшее, и в особенности на его начальника Пабло Чичикано Айван отчётливо понял:
От него действительно хотели избавиться.
И Айван, ещё недавно гордившийся своим назначением в ревизоры, решил поставить на богатырей.
В глубине души Айван рассчитывал, что его возьмут в клан или помогут с триумфом вернуться в Сибурск.
Но даже сам факт того, что они спасли его от жуткой смерти, говорил об одном — на этих ребят можно положиться.
Ну а когда Илья Муром сказал, что они идут наказывать Гориса, Айван принял окончательное решение.
И все те полчаса, которые они добирались до таверны, не сомкнул рта, выкладывая действительно ценную, инсайдерскую, информацию.
Собственно, все оказалось так, как и предположил Алеша, и богатыри на удивление спокойно приняли его исповедь об армейских контрактах и царящей в городе хлебной монополии.
Лишь Муром пару раз переспрашивал имена ключевых чиновников и торгашей, участвующих в распиле городского бюджета.
Айван рассказал и про пятничные обеды его босса с пятеркой влиятельнейших семей Сибурска, и про выявленный им подлог накладных.
И даже про грызню с канцелярией мэрии и Гильдией магов.
И про хлебных магнатов, которых поддерживали банкиры.
И про армейцев и магов, которые твердо отстаивали свои позиции.
И даже про промышленников, которые пытались усидеть на двух стульях — как говорится, и нашим, и вашим.
По сути, за эти полчаса Айван наговорил на пожизненные рудники.
Но ему было плевать.
Он впервые в жизни почувствовал, что находится в безопасности. И впервые в жизни допустил мысль, что богатыри могут оказаться элите Сибурска не по зубам.
Но окончательно уверился в новой картине мира Айван уже около таверны.
В тот момент, когда они вышли к «Тихому месту», у него затряслись колени, а сам он непроизвольно замедлил ход.
На душе зародился противный липкий страх, и ревизор только в этот момент понял, что обратного пути не будет.
И когда страх уже готов был захлестнуть его с головой, внезапно снизошло умиротворение и спокойствие.
А все благодаря уверенному приказу Ильи Мурома:
— Работаем, братья!
Глава 14
— Муром, идешь с Айваном через центральный, — принялся командовать Алеша, получив от друга карт-бланш. — Добрыня, следуешь за ними, страхуешь тылы. Мы с Топтыгиным перекроем черный ход.
— Думаешь, он побежит? — уточнил Добрыня, навешивая на друзей защитные благословения.
— Уверен, — усмехнулся Алеша. — Причем, как только увидит Айвана в компании двух здоровяков. Только за ним не бегите. А то напоретесь на какой-нибудь сюрприз.
— Я прикрою, — нахмурился Добрыня.
— Конечно прикроешь, — не стал спорить Алеша, — но смысл рисковать понапрасну? Шуганите его и просто обойдите таверну сбоку. Там и встретимся.
Так и получилось.
Горис, как обычно, сидел в дальнем углу, откуда открывался великолепный вид на таверну, и сразу же заметил появление списанного уже ревизора.
А уж когда сопровождающий его здоровяк вскинул свой меч и заревел:
— Это ты Ваньку обидел⁈
Горис мгновенно понял — пора делать ноги.
Да, он лучший наемный убийца Сибурска, да, его услугами не гнушаются пользоваться и кланы, и верхушка магистрата, но рисковать и вступать в прямой бой?
Увольте!
Лучше сделать ноги и позже разобраться и с мальчишкой, который умудрился сбежать из застенок его самого щедрого заказчика, и с этим воином.
Про мага Горис и вовсе молчал — он ещё даже в таверну не зашел, но от него веяло такой мощью, что наемный убийца и думать не стал.
Двойной выстрел из «Скорпиона» — миниатюрного арбалета, за который пришлось отвалить целую гору золота, и Горис мчится к неприметной арке.
Вариант отхода продуман давненько — через кухню на задний двор, а оттуда по знакомой лесной тропинке до ближайшей делянки.
Благо таких местечек у Гориса как вокруг Сибурска, так и в городе было свыше нескольких дюжин.
Да и не привыкать ему уходить — будь то имперская стража, устраивающая облаву, или хитроумный заказчик, решивший вернуть свое золото.
Первых обвести вокруг пальца мог и ребенок, а вот вторые раз за разом теряли свои глупые головы.
Ведь Горис, в отличие от алчных купцов, не хранил в тайниках груды золота, предпочитая вкладывать его в самый надежный актив — в себя.
Горис мчался через кухню, предвкушая ближайшую ночь.
Он дождется, когда они встанут на привал, и отрежет головы этому ушлепку Айвану и его дружкам.
А потом продаст их вещички одному своему знакомцу.
И вообще, если повезет, получится обменять весь будущий хабар на вожделенные сапоги из кожи мантикоры!
Ну а потом он заглянет в гости к некроманту и стребует с него двойную оплату!
Горис выскочил на задний двор, швырнул за спину дымовой мешочек со смертельным дурманом и бросился в лес.
Эх, рутина! Сколько уж раз он уходил от всевозможных мстителей, ищеек и стражи, подчищая за собой хвосты!
Скукота…
Вот только на этот раз что-то пошло не так.
Стоило ему ступить на крохотный задний двор таверны, как левую ногу пронзила острая боль.
Проковыляв по инерции несколько шагов, Горис нелепо взмахнул руками и рухнул на землю.
И тут же плечо резануло болью.
Горис зарычал, рванулся было вперед, но не тут-то было.
Какой-то умелый лучник пришпилил его к земле, словно бабочку!
— Анула море, — прошипел наемный убийца, выхватывая из-за пазухи свиток, который дал ему некромант.
Благо, левая рука все ещё работала.
— Тарку морис, даро…
Договорить ключ активации убийца не успел.
Сначала он почувствовал, как дрожит земля, а затем что-то оглушительно заревело у него над ухом.
Точнее не что-то, а кто-то.
На здоровую, пока что, руку, сжимающую свиток, наступила мохнатая лапа, а из распахнутой пасти, замершей в нескольких сантиметрах от его лица, донёсся леденящий душу рев.
И хоть Горис считал, что у него нет души, но поделать ничего не мог — его парализовало, словно от укуса императорской гадюки.
А ещё, кажется, он только что сходил под себя.
— И это все? — послышался чей-то насмешливый голос, и следом хлопнула тетива.
Данг!
Данг!
Данг!
Каждый выстрел отзывался болью и, что самое главное, обидой.
Горис не мог пошевелиться — над ним нависал здоровенный медведь, а тело и вовсе не слушалось — но профессиональный убийца понимал, что происходит.
Неизвестный лучник продолжал пришпиливать его к земле.
По пять стрел в каждую ногу, по три в руки…
И самое ужасное, что мохнатый монстр, по ошибке зовущийся медведем, помогал лучнику!
Он целенаправленно придавливал те части тела, которые стрелок фиксировал.
И с каждым выстрелом шансы на благоприятный исход таяли, как медяки в руках пьянчуги.
А уж когда одна за другой, четыре стрелы вонзились ему в брюхо, Горис понял — его никто не собирается оставлять в живых.