Три богатыря 3 (СИ)
Слева и справа на него лезли зомби, пытаясь повалить, сбить с ног, на крайний случай, повиснуть на богатыре, но стражники ловко цепляли их своими алебардами.
В какой-то момент бой превратился в натуральную свалку, где Муром, вцепившись в паукообразную химеру одной рукой, второй каким-то чудом умудрялся отмахиваться и от атак кадавра, и от нападок зомби.
Часть стражников побросали алебарды, потерявшие смысл после прорыва нежити и, вооружившись короткими клинками, принялись колоть зомби, стараясь поразить глаза или прикрытое костяным наростом горло.
То тут, то там падал кто-то из стражников, и только латные доспехи спасали воинов от обращения в нежить.
Не спали и маги, переключившись с химеры на зомби.
Тот, что постарше прожаривал самых резвых одержимых Молнией, а тот, что помладше, прикрывал стражников Воздушным щитом и отбрасывал нежить Воздушным кулаком.
И если тактически казалось, что люди одерживают верх, то стратегически положение живых было более, чем удручающе.
Позади река, посреди которой качается на волнах уплывший кораблик. Впереди две улицы и переулок, из которых безостановочно валят зомби.
Но, что самое тревожное, одними зомби дело не ограничилось. Пассаж Буковского, куда залетел огненный шар, полыхал так, что жар ощущали даже закованные в броню стражники.
Разумные оказались между огненным молотом и водяной наковальней, и это не считая льющегося на них яда нежити…
— Минус один! — победный вопль Добрыни, казалось, придал воинам силы и они пошли в атаку, не обращая внимание на стягивающуюся к пристани нежить.
— Ты его утопил? — крикнул Муром, у которого все никак не получалось стреножить чертову химеру.
— Он открыл костяной щиток, прямо как Ислав! — крикнул в ответ Добрыня. — Когда начала захлебываться!
— Значит, эти твари разумны! — прорычал Муром. — В воду эту тварь теперь не затащить.
— Тогда давай наоборот! — помедлив секунду, отозвался Добрыня. — Если ты понял, о чем я!
— Работаем, брат! — проревел Муром и, бросив попытки повалить химеру на бок, врезался ей в грудь своим плечом.
Кадавр колол его своими костяными лапами, пытался разрезать короткими, но чрезвычайно острыми жвалами, но Муром, положившись на свою броню, упрямо толкал химеру вперед.
Прямо в полыхающий пассаж Буковского.
Градагах!
Дободам!
По напряженному лицу Добрыни скользнула капля пота, и здания, расположенные рядом с пассажем, который уже вовсю полыхал, дрогнули и рассыпались словно песчаный замок.
Рассыпались, чтобы в следующий момент вырасти вновь.
Одна за другой вокруг полыхающего пассажа поднимались три каменные стены.
— Ещё две химеры! — молодой маг отшвырнул Воздушным кулаком зомби, который сорвал воину забрало и хотел впиться несчастному в лицо. — Справа!
И действительно, по набережной, со стороны доков к пристани мчались ещё два кадавра.
Один в виде паука, второй — в форме костяной гончей.
— Братцы! — повысил голос Добрыня. — Муром справится! Держитесь сами! Маги! Готовь Воздушные волны и кулаки!
— Есть! — донеслось со стороны стражи, и воины резко отпрянули назад, оставляя Мурома один на один с химерой и почти полусотней зомби.
— Держать строй! — проревел с левого фланга залитый чужой кровью сержант, подбирая с земли алебарду.
— Держать строй! — вторил ему рослый стражник с правого фланга, щедро раздавая подзатыльники своим товарищам. — Шевелись, дармоеды!
— Не получается! — с отчаянием крикнул старший маг, от Воздушного кулака которого, химеру лишь повело в сторону.
— Берите вдвоем паука! — тут же среагировал Добрыня, следя за стремительно приближающимися к пристани кадаврами. — Готовность… Три! Два! Бе-е-е-ей!!
Мостовая, по которой мчались кадарвры, вспучилась, отбрасывая химер к пассажу, и одновременно с этим, осыпая зомби градом булыжников.
— Щит на Мурома! — крикнул Добрыня, вкладывая последние силы в целую россыпь каменных шипов, которые заставили химер исчезнуть в пламени пассажа. — Илья, выходи!
— Нет! — прорычал Муром, исчезая вместе со своим кадавром в стене пламени. — Сдюжу!
— Муром, нет! — Добрыня в бессильной злости сжал кулаки. — Куда ты⁈
— Вперед! — сориентировался сержант стражников. — Тесним нежить в огонь!
— И раз! — поддержал его рослый воин, судя по всему заместитель или помощник. — И раз!
— И раз! — с каждым выкриком, стража шагала вперед, слитным ударом алебард откидывая нежить назад. — И раз!
Маги же, убедившись, что стражники справляются сами, принялись осыпать полыхающий пассаж Воздушными копьями, не давая химерам вырваться наружу.
— Стой ты куда! — крикнул старший маг Добрыне, который, подхватив валяющийся на пристани тяжелый посох бросился на помощь стражникам. — А демоны с тобой! Трени! Огонь стихает! Приведи мастера Фунда в чувство!
— Сделаю, мастер Крап! — отозвался молодой магик и, не переставая формировать Воздушные кулаки, кинулся к валяющемуся без сознания волшебнику.
Стража теснила зомби в огонь…
Муром, рыча от боли, орудовал своим плугом, не давая химерам выбраться из огня…
Добрыня яростно крушил черепа зомби, которые разлетались словно глиняные кувшины, даже несмотря на защитные костяные наросты…
Мастер Крап хлебал одно зелье манны за другим и практически вслепую бил Воздушными копьями, отбрасывая паникующих химер в самое пекло пассажа.
Мастер Крап чувствовал, что ещё немного и он выжжет свой источник, но не мог остановиться — он поймал слияние со стихией, и Воздух слушался его с полуслова, подсказывая где будет предпринята очередная попытка прорыва…
А молодой маг Трени, не забывая посылать Воздушные кулаки в подозрительные места полыхающего пассажа, пытался привести в чувство мастера Фунда.
И все бы ничего, но огонь, сожрав все, что можно было в пассаже Буковского, начинал… утихать.
И молодой маг Трени решился на отчаянный шаг.
— Простите, мастер Фунд, — прошептал магик и, положив руку на грудь пожилому уже огневику, выпустил ослабленный Воздушный кулак.
Мастера Фунда выгнуло дугой, он страшно захрипел, и Фунди вдарил ещё одним Воздушным кулаком.
— Убью… — прошептал пожилой маг, открывая глаза.
— Мастер Фунд, это они! — Трени, отчаянно труся, и не в силах оторвать взгляда от огня, полыхающего в глазах мага, показал на затухающий пассаж.
— Они? — недоверчиво прищурился маг.
— Огонь гаснет, — Трени почувствовал, что сейчас самый лучший момент, чтобы перевести внимание огневика со свой персоны на нежить. — Там три химеры, они пытаются вырваться!
— Огонь… — маг перевел взгляд на затухающий пассаж, — будет… — в следующий момент он оказался на ногах и вскинул руки, —… гореть!
Фигура мастера Фунда окуталась пламенем, а пассаж вспыхнул словно спичка.
— Жги! — радостно крикнул Трени, испытывая нешуточное облегчение от того, что ему удалось и привести огневика в чувство и выполнить просьбу мастера Крапа.
— Жги! — прохрипел мастер Крап, падая на одно колено и посылая в стену огня последнее Воздушное копье.
— Жги! — по строю стражников прокатился яростный крик.
И только один Добрыня горестно закричал:
— Муро-ом!!!
Кранк!
Звук лопнувшей костяной скорлупы был слышен даже на пристани.
Кранк! Кранк!
— Да! — заревела стража, с новыми силами круша зараженных и загоняя зомби в огонь. — Да!!!
— Не-е-ет! — прорычал Добрыня и, окутавшись щитами, бросился в пекло.
— Хватит! — выдохнул мастер Крап, с трудом удерживаясь в сознании. — Фунд, хватит! Трени, останови его иначе он выжжет себе источник!
— Простите мастер Фунд, — прошептал Трени и шагнув за спину полыхающему огнем магу, прикоснулся к его голове. — Воздушный кулак!
Огневик, получив магическую плюху, дернулся и тут же обмяк, повалившись в объятья Трени.
— Он меня убьет, — прошептал молодой воздушник, бережно укладывая мастера на пристань.
— Лучше быть сожженным в пепел, чем обратиться в такое, — мастер Фунд уселся прямо на землю и дрожащими руками потянулся за восстанавливающими зельями.