Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
– В ванну, в ванну! – объявил я первым делом. – Вам порознь или одну?
– Одну, – буркнула Настена, будто и там решила прятаться за кавалера. Хотя выглядела покрепче его, а в движениях проступала недетская жесткость.
– Шмотье бросайте в таз. Всё пойдет в стирку, ясно? По всем вопросам к Инессе – тут она за хозяйку. А у меня, извините, дела.
Девочка осторожно выдохнула – по-моему, с облегчением. И что она вообразила, интересно? По крайней мере Инесса ее не пугала. И друг друга ползуны не стеснялись – слишком давно терлись рядом.
Приняв душ, я сразу подсел к пульту, чтобы просмотреть подводные записи. Как и ожидал, при свете в глубине не творилось странного, даже на злосчастную рыбину никто не польстился. Однако камеры среагировали на «крупные тела», а принадлежали те стайке аквалангистов, проследовавших вдоль берега над самыми скалами. Гребли они не очень умело, зато экипированы отменно: маскировочные гидрокостюмы, усиленные пластоброней; ребристые шлемы, наверняка снабженные рациями; на бедрах полумечи. А сверх того – подводные автоматы, пуляющие 12-сантиметровыми иглами на десятки метров.
Вот не знал, что в здешних водах завелись и такие звери! Кстати, направлялись они к моему бастиону – зачем?
– Дворецкий, – окликнул я, – доложись!
– В течение дня происшествий не зафиксировано, – немедленно забубнил он. – Посторонние на территории не замечены.
– А это, – кивнул я на экран, – твои кореша, что ли?
– О машинах, следующих по магистрали, тоже докладывать? – осведомился он словно бы с ехидцей. – Их видно с верхней камеры.
Я в самом деле установил на крыше электронный глаз, но сообщать Дворецкий должен лишь об авто, съезжающих на мое ответвление. А если попробуют взобраться сюда по скале, он тоже примет меры.
– У подножия никто не плескался?
– Я бы заметил, верно? – В его голосе снова почудилась ирония.
Черт, придется и под моей скалой ставить «глазки». И что вынюхивают ухари: не озерный ли сток? Конечно, там решетка, однако взломать ее…
– Эй, – произнес я вдруг, – а это что?
Почуяв движение, подводные камеры вновь включились, и на экране возникло нечто – огромное, длинное, перемещающееся неуклюжими рывками. На что оно походит, я не понял – во всяком случае не на ком спутанных нитей. Возникло оно сбоку, будто следовало за давно сгинувшими пловцами, а не выбралось из ближних пещер. И вряд ли тут сыщется подходящая по размерам.
– В каталоге не значится, – ответил Дворецкий, словно бы я спрашивал у него, и предложил: – Могу послать запрос в Океан.
– Сделай одолжение, – пробормотал я, спешно регулируя изображение. В инфрасвете очертания исполина проступили четче, но все равно его даже сравнить было не с чем. Он вообще не выглядел живым: какое-то сплетение шипастых стержней, натянутых канатов, пульсирующих мешков. Но на механизм смахивал еще меньше.
– Прикинь расстояние до подъемника и подели на его скорость, – велел я. – Сколько вышло?
– Двадцать три секунды.
Ого! А ведь кажется, чудище не спешит.
– Дай знать, когда время истечет.
Отсчитывая секунды, я помчался через темные комнаты, по пути заскочив за гранатометом. Если повезет, состоится такая охота!.. Варварство, конечно, но сия зверюга явно не из травоядов.
Обогнув бассейн, я подбежал к краю обрыва, нацелил вниз выключенный прожектор. И почти сразу Дворецкий объявил:
– Время!
Пронзительный луч ударил в воду, высветив ее до придонных валунов. До последнего мига я не верил в удачу, но расчет оказался идеален – чудище возникло подо мной, как на ладони. На секунду оно застыло, словно бы в ослеплении, а я уж подбрасывал к плечу гранатомет, наводя на цель. Оставалось спустить курок, но палец точно окаменел. Или я плохо ему скомандовал. Ну давай, охотничек! Что могло разладиться в тебе?
Пока я разбирался с собой, в воде и впрямь будто шарахнул взрыв, взметнув брызги к самому прожектору. Непроизвольно я отпрянул, и, возможно, это меня спасло, потому что в следующий миг снизу вырвалась струя пламени, в слепящем сиянии которого померк прожекторный луч, шибанула по прибору. И теперь взорвался уже он, разметав пылающие брызги.
Ударной волной меня швырнуло в бассейн, и только это уберегло от ожогов. Благоразумно переждав в глубине, пока над поверхностью отбушуют багряные всполохи, я вынырнул, отплевываясь, – уже в кромешной тьме. Действительно, мне сегодня везет. Как утопленнику.
От злополучного прожектора остался обгорелый остов, а замечательные линзы стекли по опоре, застыв в безобразную блямбу, еще испускавшую розовое свечение. Внизу было тихо, но теперь мне и вовсе расхотелось долбать туда из гранатомета. Пожалуй, с охотой я погорячился: добыча-то не по моим зубам. Тут требуется ракетная установка, не меньше, и еще надо успеть садануть первым. Но как интересно жить стало, а? Что ни ночь, новые радости!
У входа в дом меня поджидал Хан со своим наездником. Обзор отсюда открывался отличный, и поглазеть им было на что: не каждый день хозяин валяет такого дурака. То есть валяют как раз хозяина, а уж кто тут дурак…
– А если б я пошел ко дну, – спросил я, стряхивая с себя воду, – ты сиганул бы в бассейн вместе с малявкой? Или его бы поберег?
Впрочем, у Хана хватило бы ума стряхнуть с себя котяру, а уж потом заняться моим спасением. Он всегда отличался рационализмом.
Сопровождаемый личным зверинцем, я вернулся в кабинет, снова подсел к экрану. К счастью, наскальная камера не пострадала и в лучшем виде продемонстрировала, как раздраженная светом громадина плюнула в меня струёй плазмы, а затем продолжила путь, видимо, вполне удовлетворенная. С чем и поздравляю всех нас – уж это ни в какие ворота!
Качая головой, отправился в гостиную проведать ползунов. Недавний взрыв не потревожил их – ну мало ли что бухает рядом с домом? Впрочем, и отсюда разносились бухи да грохотанье: усевшись за пульт, Леха гонял в одну из старейших стрелялок моей коллекции, для которой еще хватало обычного экрана и мышки с клавиатурой. Настена, свернувшись в клубок на диване и натянув одеяло по самый нос, сонно следила за ним из-под мохнатых ресниц. Напряжение наконец оставило девочку – может, впервые за много дней. Наверняка и лекарствами ее накачали. А уж кто убедил гостью, что я не опасен, гадать не берусь.
А завтра опять в норы? – представил я, содрогнувшись. Экое свинство!.. И кто тут главная свинья?
– Хочу показать кое-что, – сказал я, вставляя диск в щелку визора. – Конечно, не дай вам бог!
Изображение, понятно, скакало, но крыску можно было рассмотреть во всех деталях, довольно страшненьких.
И как топорщила игольчатую щетину, увеличась едва не вдвое, и как скалила пасть, выставив на обозрение ряды треугольных зубьев, и как бросилась на меня, угодив под отчаянный удар.
– Значит, не выдумали их? – обмирая, спросил Леха.
– Как видишь, – подтвердил я. – Придется вам менять привычки либо снаряжение. А лучше и вовсе убраться наверх.
Будто для них там приберегли место! Если «дети – наше будущее», как бы и остальным вскоре не пришлось зарываться под землю.
– Кстати, что вас напугало сегодня?
– И не так уж мы испугались, – возразил Леха, покосясь на подружку. – То есть неприятно, конечно…
– Лучше быть умным, чем храбрым, – изрек я. – Что за субчики – разглядели?
– Один вроде большой, – наморща лоб, сказал малец. – Вот другие…
– Ну?
– Да не понял я. Они гнались за нами, где взрослому не пролезть, но такие быстрые, сильные – ух! И все тишком, не перекликаясь. Хотя большой вроде направлял их.
– Молча?
В растерянности Леха пожал плечами: дескать, сам удивляюсь.
– Еще что-нибудь? – спросил я. – Не смущайся, гони любую лабуду!
– Да всё вроде бы…
– Н-да… Ладно, развлекайтесь тут. Если что – я в кабинете.
Вернувшись к экрану, я снова принялся любоваться чудищем, прокручивая кадр за кадром. Затем, поддавшись импульсу, вызвал по прямому проводу Аскольда. Как и предполагалось, он еще не спал. Хотя был очень занят, судя по обвивающим его торс смуглым ножкам. Я насчитал их три, и смотрелись они недурно. Хотя походили друг на друга, будто принадлежали одной. Знакомый вариант, да и ножки известные.