Ювелирная лавка госпожи Таниты (СИ)

Это что, я типа стала родственницей гномов? Веко задергалось, и я прижала его ладонью.
– Это… такая честь… спасибо… – я не знала, что сказать, и растерянно уставилась на Дарена. – Кровью? Что, серьезно?
– Простите, господин Тейназ. Моя невеста плохо знает обычаи горного края. Позвольте, я объясню…
И Дарен сказал, что теперь у меня будут новые документы. Это большая честь, когда Глава принимает тебя в общину, ее удостоилось совсем мало людей. Но я тоже не хухры-мухры, подкинула горному народу ценный рецептик. И да, по бумагам теперь я буду считаться гномкой. Вот Тимош с Вардой посмеются!
– А ничего, что у меня уже есть другие документы? – спросила я шепотом.
Дарен пожал плечами.
– Да гномам, как ты говоришь, пофигу. А вот грамоты, выписанные в Олмезе, принимают по всему королевству. Теперь я женюсь не на Таните Зорвир, а на тебе, – и, обхватив мою талию, прижал меня к груди.
Уже не боясь, я подала руку господину Тейназу и слегка поморщилась, когда острый стержень проколол безымянный палец.
– Как звать тебя, человеческая женщина?
– Татьяна… – я проглотила ком, застрявший в горле. В носу предательски защипало – как давно я не называла родное имя. – Белова.
Гном вывел аккуратные буквы с завитушками и подул на пергамент, полюбовался своей работой.
– Готово, Белая Танья, – произнес мое имя на свой, гномий манер. – Ты всегда желанный гость в нашем доме.
А потом мы отправились гулять по пешеходным тропам, и Дарен потащил встречать закат на каменный карниз. Глядя на раскинувшееся внизу великолепие, я поняла, что настала пора вручить подарок. Достала из внутреннего кармана алый бархатный мешочек и протянула Дарену.
– Что это? – он приподнял брови и округлил глаза. – Подарок для меня?
И стал похож на ребенка, который застукал под елкой Деда Мороза. Потом потянул завязки…
На ладонь легла золотая подвеска в виде раскинувшего крылья дракона. Я подчеркнула изгибы и бороздки, делающие фигуру ящера объемной, у господина Домича попросила толстый кожаный шнур кофейного цвета. Все это как нельзя лучше подходило Дарену. И, видя, как зажглись его глаза, я приподнялась на носочках и поцеловала в колючую щеку.
– Все-таки освоила золото. А мне не сказала… – мягко попенял он и щелкнул застежкой шнура. Один дракон гордо лег на грудь другому дракону, и в этот момент я заметила первые снежинки.
Пока еще редкие, они касались лица и тут же таяли. Порхали над нашими головами, как белоснежные пушистые мотыльки. Стало так радостно, спокойно, словно я, действительно, была на своем месте. И моя судьба была определена задолго до того, как Варда и Тимош загадали себе тетушку.
– А хочешь, немного пошалим? – Дарен наклонился к моему лицу, мигом превратившись в хитрющего кота.
– Ты о чем?
Мало ли, что задумал мой женишок. Иногда не поймешь всерьез он говорит или шутит.
– Вряд ли у меня будет миллион возможностей обращаться драконом, но сейчас-то я дома. Можно улететь далеко-далеко в горы, где вообще нет никого, никто нас не увидит.
– Так, стой… ты что это, летать удумал? – я подозрительно сощурилась и положила ладони ему на грудь.
– Конечно. По-моему, это чудесная идея, – сказал он вполне серьезно. – Ты со мной?
С детства во мне сидел страх высоты и, стоило представить, как я взмываю в небо на драконьей спине, как внутри все сжалось. Теперь я была готова бежать отсюда, сверкая пятками!
– Не-не-не, я другие полеты предпочитаю. Может, домой тихонько пойдем, а? Твоя мама пироги с мясом собиралась печь, а папа – достать из погреба бочку вина… И вообще, помнишь, ты проиграл спор по поводу Леорга. Ты говорил, что он послушает отца, а я – что нет. Так вот, мое желание – не летать! – протараторила я на одном дыхании.
Настойчивые руки пробрались под ткань теплого пальто, шеи коснулись горячие губы:
– Ладно, трусишка. Полет пока откладывается, но когда-нибудь ты согласишься. За дракона, как-никак, замуж выходишь.
  
Эпилог
 
Как оказалось, дракон в хозяйстве – штука полезная. Если надо быстро сгонять туда-сюда, он как нельзя кстати. Я недолго сопротивлялась полетам, соблазн подняться в небо оказался слишком велик. Пьянящее чувство свободы, которое подарил мне Дарен, ни с чем не сравнить. 
 
Когда это случилось, я быстро забыла о страхе. Даже мертвую петлю и штопор простила своему наглому мужу. Хорошо, что свекр подарил оставшееся от предка седло, без него я бы ни за что не подпустила к дракону Тимоша и Варду.
– Жду не дождусь, когда приедут бабушка Эльза и дедушка Торен, – в мастерскую заглянула Варда. Тихонько подошла, села рядом, взяла меня под локоть и положила голову на плечо. – Посмотришь эскизы?
– Конечно, милая, – я забрала у нее стопку кремовой бумаги.
Моя девочка вытянулась и стала настоящей красавицей. Как быстро летит время! Целых шесть лет прошло с тех пор, как я попала в этот мир, и теперь моим несносным, но таким любимым двойняшкам идет шестнадцатый год. Они успели закончить школу, и Варду приняли в Академию Изящных Искусств. Профессора очень высоко оценили ее картины и эскизы ювелирных изделий, хором сказали, что девочку ждет большое будущее.
– Вот это я прямо сейчас хочу сделать, – я ткнула пальцем в изящный кулон с цветочным орнаментом.
– Уверена? А может, с твоей любимой лисичкой? – засомневалась Варда. Она была моей помощницей, а фантазия какая! В нашем мире девочка могла бы стать успешным дизайнером.
За эти годы семейное дело выросло и даже обзавелось филиалом в столице. Я могла бы делать дорогущие украшения только для самых богатых людей Энвейра и жить припеваючи, но никогда не позволяла себе забыть о своем предназначении. Меня сюда отправили, как защитницу, и исключений я не делала. У меня всегда можно было найти вещи для самого разного кармана: и простые медные колечки с кулонами, и артефакты из драгоценных металлов. 
Я горела своим делом даже сильнее, чем годы назад. С каждой покоренной вершиной аппетит все разрастался, я старалась довести до идеала не только работу руками, но и свою магию. С опытом училась избегать ошибок, а артефакты работали все точнее.
Внезапно за дверью мастерской послышался шум, и пришлось отложить эскизы. Сначала, виляя хвостом, протиснулся раскабаневший за годы Пушок, а следом за ним и мой муж. 
– Милая, что мне делать с этим драконовым мальчишкой? – он пытался укачать нашего полуторагодовалого малыша. – Сандр, пора спать!
– Неть, – решительно заявил сын и сунул в рот большой палец. Синие глаза лукаво поблескивали, темные волосы торчали пружинками. Никто бы не подумал, что этот сладкий малыш тиранит всю семью. Ну просто настоящий дракон!
– Я сказал спать, – пытался настоять на своем усталый и растрепанный отец.
– Неть, – малыш был непреклонен.
Я поднялась и забрала у Дарена извивающегося Сандра, тот сразу потяжелел и сонно захлопал глазками. 
– Сам просил сына, теперь не жалуйся, – сказала я со смехом.
Надо отдать Дарену должное – отцом он оказался прекрасным. Его слушались все, кроме своевольного младшего, тот только меня признавал своим авторитетом. Бабушка Эльза и дедушка Торен души во внуках не чаяли, старались навещать нас почаще и помогать. На подхвате была и наша бессменная домоправительница-гномка, и тетушка Свэнья регулярно заглядывала. Так что мы не жаловались. 
Варда с Тимошем с нетерпением ждали рождения сначала сестры, потом брата. Вот так наше дружное семейство потихоньку разрослось. 
Пожалуй, стоит вспомнить и про Леорга. Папаша Беренгер какое-то время дулся и потрясал кулаками, но после рождения первой внучки смягчился и позвал сына и невестку обратно, а Леорга снова вписал в завещание. Мы с ними иногда встречались, господин Олберт все пытался выцыганить у меня секрет последней техники Малкольма, но безуспешно. 
Кстати, Клавиц все так и сидит в тюрьме, его туда перевели из лечебницы для душевнобольных, когда тот немного пришел в себя. Стражам порядка удалось найти его друзей, у которых тот прятал деньги и документы, а мне отдали золотые ксолы, которые Клавиц заработал на продаже украшений ювелира. Я положила их на счет Тимоша и Варды. Потом дети сами решат, как ими распорядиться.