Ювелирная лавка госпожи Таниты (СИ)

– Ладно, шутки в сторону, рассказываю дальше. Во-первых, нам нужны простые украшения с низкой себестоимостью на каждый день. Милые колечки, кулоны, сережки, при взгляде на которые подружки будут тянуть завистливые ручонки и спрашивать: “Дорогая, где ты купила эту прелесть?” Они не должны быть роскошными, самое большее – один или два камня.
Что-то звякнуло об пол, и я наклонилась, чтобы поднять соскользнувшие со стола бусы. Ну кто кладет на самый край?
Варда положила перед собой маленькие сережки-гвоздики из серебра в виде лотосов. В центре нежно сияло по мелкому лунному камню.
– Это подойдет на каждый день?
– Крупноваты, – я покачала головой. – К тому же, это серебро. А разные медные серьги-листочки вполне.
Тимош зевнул и закатил глаза.
– Хватит разглядывать свои штучки, я скоро усну. Давай лучше про дело поговорим.
Я нахмурилась, вспоминая обо всем, что хотела рассказать. Надо было написать конспект, мыслей было столько, что только успевай хватать.
– Так как мы только начинаем, нужно поработать над тем, чтобы привлечь покупателей. Например, придумать систему скидок: за два купленных украшения или приведенную подружку – небольшой, но милый подарок. А еще, мои дорогие, нам надо подумать над оформлением лавки. У наших покупательниц должно создаваться ощущение, будто они попали в сказку. Мне нравятся природные мотивы: стены, обтянутые зеленой тканью, вазы с фактурными ветками, живые цветы, светильники и фигурные стенды.
Дети слушали, приоткрыв рты, а меня захватила и понесла волна вдохновения. Оно опьяняло, а от предстоящих планов чесались руки. Госпожа Санлис что-то говорила про магию, про печать Защитницы, но даже если мои украшения будут совсем простыми, немагическими, они должны произвести фурор!
Госпожа Санлис что-то говорила про магию, про печать Защитницы, но даже если мои украшения будут совсем простыми, немагическими, они должны произвести фурор.
Стать чем-то необычным, диковинным, тем, чем захочется обладать. Даже если не носить ежедневно, то держать в своей коллекции.
– Цветы для украшения лавки можно выращивать во дворе, – засияла глазами Варда. – У нас есть белые и розовые пионы, лилии, да целая куча всего! Только их не видно за сорной травой, а ведь когда-то к нам приходил человек, который ухаживал за садом, – девочка вздохнула и опустила голову. – Здорово, если наша лавка будет напоминать домик волшебницы. И если снова все станет, как раньше.
В ответ Тимош закатил глаза и качнулся на стуле.
– Все эти финтифлюшки, цветочки ваши, рюшечки не важны. Главное – это товар, – уверенно заявил он и чуть не грохнулся назад, но я вовремя успела придержать стул за спинку.
– Ты прав, – сказала серьезно. – Но гораздо привлекательней вещи будут выглядеть не сваленными в кучу, не разложенными на унылых голых витринах, а красиво и с фантазией оформленные. Это будет нашей визитной карточкой. Смотрите, еще у меня есть вот такие штуки, – я открыла шкатулку, в которой хранились омедненные веточки, листья и другие природные материалы.
Дети сунули любопытные носы, Тимош выудил кленовый листочек размером не больше спичечного коробка.
– Ого, ну ты даешь! Сама пилила? А прожилки как настоящие.
– Это и так настоящее, – я наблюдала, как лица детишек вытягиваются от удивления. И вкратце рассказала о методе превращения живой природы в металл. – Надо постараться сохранить их для самых необычных украшений. Ведь здесь я не смогу использовать эту технику.
– Ой! – Варда пискнула и подпрыгнула на месте, когда со стола снова что-то упало. На этот раз – надфиль. – Тимош, хватит махать лапами! Вечно у тебя все валится.
Мальчишка возмущенно засопел и скрестил руки на груди.
– Да не трогал я ничего, не надо врать.
Решив не дожидаться, пока детская ссора разгорится, я увлекла их показом прихваченных из дома самоцветов. Они были разложены по отсекам согласно виду и размеру камня. Очень удобно было хранить их в пластиковых органайзерах для всяких мелочей.
– Мы будем делать украшения только для женщин? – протянул Тимош капризно. – А для мужчин что? Я не хочу вырезать котиков и цветочки. Мне нужно что-то более мужественное.
 
Я призадумалась. А ведь он прав! Неплохо будет и посетителей-мужчин заманить в нашу лавочку. Думай, голова, думай. Что их может заинтересовать?
И вдруг меня озарило. Я победно взглянула на мальчишку и усмехнулась.
– Мужское, говоришь? Как тебе кольчужное плетение?
Двойняшки застыли с открытыми ртами и молча переглянулись. Наконец, мальчишка выдавил:
– Чего? Причем здесь это? Никто не носит кольчуги уже давным-давно, и мы ювелирная лавка, а не оружейная.
– Отец никогда их не плел, – согласно кивнула Варда, а я улыбнулась с предвкушением и постучала пальцами по столу.
– Вы не поняли, мои маленькие друзья. Я сейчас говорю не о самих кольчугах, а об украшениях, которые можно сделать из колец. Это браслеты и цепи. Представляете, сколько всего можно придумать? И ты, Тимош, можешь взять это на себя. Я знаю много видов плетений, о которых в этом мире, возможно, даже не слышали!
У меня в жизни было несколько месяцев, когда я плотно подсела на плетение. Пилила сотни мелких колечек, смотрела видеоуроки и изучала форумы, делала приспособления из деревяшек и гвоздей для удобства работы.
Игорь тогда лишь снисходительно хмыкал, но когда я показала ему браслет из проволоки в технике викингов, уронил на пол челюсть и потом долго не мог ее найти.
Больше всего мне нравился контраст материалов в браслетах: грубость меди и нежность с хрупкостью лунных камней, кианитов и агатов. Или загадочное серебро с необработанными природными самоцветами. Настоящее раздолье для фантазии.
Но такие работы отнимали много времени, поэтому делала я их нечасто.
– Погодите, сейчас кое-что покажу, – я сделала загадочный взгляд и нырнула в сумку. Хорошо, что расстаралась перед ярмаркой, теперь какой-никакой запас есть.
– Ну что там? – нетерпеливо поинтересовалась Варда, пытаясь заглянуть через плечо.
Это украшение было упаковано в плоскую картонную коробочку. Затаив дыхание, дети ждали, пока я явлю миру ее содержимое.
Им понравится. Обязательно!
– Та-дам! – я открыла крышку и достала медный браслет.
Классическое европейское плетение, ширина полотна около четырех сантиметров и в центре овальный дендроагат. Эти камни были для меня воплощением зимы – черные включения рисовали на молочной белизне самые затейливые узоры. Чаще всего – силуэты деревьев, погруженных в долгую зимнюю спячку, неведомых зверей и развалины старых замков.
Я их копила, как ненормальная. Любили их и мои заказчицы.
Варда с Тимошем долго разглядывали, потом заметили на внутренней стороне силуэт волчьей головы и полумесяц.
– Я придумал, как его можно назвать! “Рыцарь волчьего ордена”! – выпалил Тимош, не давая сестре вырвать у него из рук украшение. Даже приложил к запястью, чтобы оценить, как будет смотреться.
– Звучит слишком грубо, – возразила девочка. – Лучше “Одинокий волчок, заблудившийся в метели”.
– Фуууу, – Тимош скривился. – Твое название слишком сопливое.
Дети продолжили спорить, но без злости, не пытаясь больно уколоть и поддеть друг друга. Такие несерьезные перепалки, кажется, доставляли им удовольствие и давали поупражняться в остроумии.
Я не заметила, как начала улыбаться.
В родном мире у меня не было людей, с которыми можно часами обсуждать любимое дело, делиться идеями, а порой так хотелось. Здесь же у меня появились благодарные слушатели и соратники. Их детская непосредственность, искреннее удивление и энтузиазм наполняли сердце теплом. Уже не казалось, что это чужие дети, которые не имеют ко мне никакого отношения. И что это ярмо, навязанное высшими силами.
– Жаль, что не выйдет использовать ту технику с листьями, про которую ты говорила. Такого точно ни у кого нет! Все наши завистники лопнули бы от зависти, – Варда сложила руки под подбородком и посмотрела на меня глазами ангелочка.