Ювелирная лавка госпожи Таниты (СИ)
– Да? И что же? – я ткнула руку в бок. Что же задумал этот хитрец?
– Чтобы я в очередной раз произнес, что у меня в отношении этой женщины серьезные планы. Так что пусть сплетники болтают, только это им и остается. А драконы никогда не расстаются со своими сокровищами.
Сказал как отрезал.
***
Ночь всегда была моим любимым временем суток. Сколько бы я себе ни обещала не впахивать ночами, сегодня опять потянуло. Прежде всего я любовно рассортировала Дареновские самоцветы по видам и размерам, прикидывая, куда какой можно приспособить. А после уселась за магическую подвеску для купца.
В голове уже вырисовался план, но на миг кольнуло беспокойное: “А если не получится? Может, не стоит оригинальничать?”
Но я быстро отшвырнула предательскую мыслишку. Такого кулона, как я задумала, точно ни у кого не будет.
Понадобится два медных круга для объема, и чтобы спрятать внутри механизм. Сменив пилку в лобзике, я принялась за работу. На верстак по очереди ложились заготовки: серебряный корабль и волны, малюсенькие латунные звезды, круглые пластины, которые станут основой.
Корабль вышел на редкость удачным – почти как настоящий, с надутыми от ветра парусами. Вот пусть ходит в дальние страны, как миленький. Не ломается и не тонет.
Духи мастерской слетелись разноцветной стайкой и следили за процессом. А я чувствовала, как горят кончики пальцев. Спать не хотелось совсем, пожалуй, к утру смогу закончить работу!
Сложила все заготовки между собой, примерила камешки – круглый голубой кианит идеально сочетался с будущим артефактом. Подвешу изделие на медную цепь с особым плотным плетением и вставлю красивые бусины бирюзы.
Что ж, пришла пора начать пайку.
Драконье пламя в баллоне зашипело и вырвалось наружу. Лизнуло металл, расплавляя припой и соединяя части в единое целое.
Шел пятый час утра…
Мой организм протестовал, глаза закрывались, в кожу рук въелась грязь вперемешку с патиной и окалиной, но я упорно продолжала натирать подвеску войлочной тряпицей. В голове было на удивление легко, словно я сбросила лишний груз. Металл и камень приняли в себя часть моего дара, отпечатались в словах.
Я решила, что негоже оставлять оборотную сторону голой и босой, выгравировала на ней молитву Заступнице и добавила мелкий сине-голубой прозрачный кианит для красоты и усиления свойств артефакта. Слова молитвы я подсмотрела в одной из книг, она специально предназначалась для путешественников.
Синий кабошон мигнул таинственным магическим светом, как бы говоря, что дело сделано.
***
Прошло чуть больше суток после визита господина Грута, а он уже опять входил в мою маленькую мастерскую. Он был немало удивлен, не ожидал, что я справлюсь с работой так быстро. Старик оценщик просто не знает, что иногда во мне просыпается дух безумного ювелира.
– Ну-с, показывайте, госпожа Танита. Я просто сгораю от нетерпения, – он потер ладони с предвкушением.
Гордость – вот что я чувствовала сейчас. Порой казалось, что мои изделия не дотягивают до воображаемой планки, но не в этом случае. Я открыла перед оценщиком шкатулку, внимательно наблюдая за выражением его лица.
– Это же… это… – глаза его распахнулись, на губах заиграла улыбка. – Это чудесно, госпожа Танита.
– Спасибо за высокую оценку, господин Грут, – мне было приятно, и даже сонливость после ночи труда не могла испортить настроение.
Старик повертел изделие в пальцах, осмотрел со всех сторон.
Увесистый кулон сочетал в себе три металла, я придала поверхности текстуру и покрыла ее патиной, создав игру света и тени. Фон был темным, как ночь, в волнах виднелись сине-зеленые отблески.
– Я чувствую высокую концентрацию магии в этой вещице. Ой… а это что такое?
Его палец случайно зацепил механизм, и корабль сдвинулся с места, взмывая выше над волнами.
– А это маленький секрет. Позвольте показать, – я склонилась над плечом господина Грута и взяла подвеску в руки.
Внутри крылся несложный механизм, однако, он отнял у меня больше всего времени. Позади корабля я вырезала в металле продолговатую щель, сам корабль припаяла к стержню, который приводил в движение спрятанный сбоку подвески маленький рычажок.
Второй был скрыт с другой стороны, и он заставлял двигаться волны.
Показалось, что налетел ветер, разметав волосы и окатив водяной пылью, в мастерской запахло солью. Господин Грут пребывал в легком замешательстве, а я не знала, что ему сказать.
– Заказчик будет доволен. Очень-очень доволен. Помяните мое слово, он еще сверху золота накинет, – оценщик с улыбкой погрозил пальцем. Любовно погладил подвеску и положил ее в шкатулку.
У него с собой оказался экземпляр договора, который мы тут же и заполнили. Я передавала господину Груту свое украшение, а он обязался передать плату, полученную от заказчика.
Я искренне надеялась, что подвеска-артефакт не только понравится новому хозяину, но и защитит его от невзгод. Когда господин Грут покинул лавку, в дверь поскреблись довольные двойняшки. Зуб даю, что подслушивали!
– Дело движется, скоро о тебе будет знать еще больше людей! – ликовал Тимош.
– Это все хорошо, но скоро к нам должны нагрянуть посетители, – спустила нас с небес на землю Варда. – Я красиво разложу товар!
И девочка, схватив шкатулку с новинками, бросилась в лавку.
– Теть Тань, а можно взять рогатку? – вдруг поинтересовался Тимош.
– Зачем? – не поняла я.
– Как зачем? Дядя Дарен говорил, что вечером мы будем охотиться на лебедей…
Я всплеснула руками. Ох уж этот драконище! Чему он детей учит?
Но что делать, придется перевоспитывать. Осталось дожить до вечера, и мы с ним снова встретимся.
Глава 50
Торговля прошла бойко, словно посетители караулили всю неделю, чтобы в субботу налететь и раскупить обновки за какие-то несколько часов. Получила я и пару заказов на эксклюзивные украшения – женский браслет с серебром, медью и каплями алых гранатов – на удачу и страсть. И охранное кольцо для молоденькой небогатой девушки.
С чувством глубокого удовлетворения вечером я закрыла лавку, накормила голодную хвостатую орду и вместе с двойняшками отправилась на прогулку.
На окраине города раскинулся широкий парк, плавно переходящий в лес. На площади высилась карусель с разноцветными лошадками и слонами, торговцы заманивали к себе в палатки полакомиться леденцами и пирогами. На душе становилось спокойней, когда я смотрела на мирно гуляющие семьи с детьми. Варда и Тимош держали меня за обе руки. Интересно, о чем они думали? Двойняшки говорили, что помнят, как когда-то они ходили здесь с отцом.
Мы прошли мимо палаток по тихой дорожке, мощеной алым кирпичом, и спустились к озеру. Игриво поблескивала зеркальная гладь, на причале караулили лодочники, один из них помахал рукой и предложил:
– Госпожа прекрасная! Прокатиться не желаете? Или лодочку в аренду взять? Если на сутки, то скидка тридцать процентов.
– Желает, но не с тобой, дружище! – послышался зычный голос Дарена.
Он спешил к нам, сложив ладонь козырьком у лба. Солнце ползло к западу, лучи вспарывали воду – озеро бликовало, заставляя щуриться при взгляде на него. Налетел ветер, растрепав ворот белой рубашки и каштановую шевелюру дракона. Пахнуло влагой и камышом.
– Смотрите, лягушка! – запищала Варда, тыкая пальцем в сторону берега. – Тимош, скорее лови и целуй! Чего стоишь, балда?!
– Сейчас я ее поймаю и тебе за шиворот засуну! – пригрозил мальчик сестре.
Это я виновата, рассказала сказку про царевну-лягушку, и Варда теперь регулярно дразнила Тимоша, а тот злился и пыхтел, как маленький ежик.
Дарен совершенно бессовестно обвил рукой мою талию и притянул к себе. Жадно вдохнул воздух у моего виска.
– Прости, задержался.
– В следующий раз включу таймер и буду брать проценты за простой, – сказала я строго, но сердиться и мысли не было.
Дракон шутку оценил, потому что губы его расплылись в широкой довольной ухмылке.