Угроза мирового масштаб 4 (СИ)
Мы спустились по лестнице и вышли через главный вход, через который пятнадцать минут назад входили внутрь. Перед входом уже никого не было, даже тело Дорна убрали, и только лужа крови на том месте, где он оставался, напоминала о его жертве.
Я поднял глаза выше и прикрыл их ладонью от яркого света, слепящего настолько, что разобрать, откуда он идет, было невозможно. Поставив пальцы козырьком, я наклонил голову, отсекая часть светового потока и наконец рассмотрел источник.
Это был прожектор, установленный на вертолете. На большом хищном черном вертолете, в который на вид могло уместиться человек двенадцать. У него были маленькие крылья, под ними виднелись подвесы с то ли ракетами, то ли бомбами, а в открытом боковом люке грозно торчал ствол установленного на станок крупнокалиберного пулемета.
Вот значит что так жутко стрекотало над головой и вот откуда были взрывы, когда прибыла «кавалерия».
Вряд ли вертолет один, а, значит, нападающим действительно не поздоровилось, когда на их головы сначала посыпались бомбы, а потом сели вертолеты, изрыгая из себя десант, упакованный и снаряженный не в пример лучше мечников.
Кстати, о мечах…
Я обернулся на Адама, у которого не было проблем со светом благодаря темным очкам, и махнул рукой:
— Нам туда.
Искать мечи, которые я хотел показать агенту, здесь, было бессмысленно. Даже если их не сожгло жуткое заклинание Дорна, превратившее все окружение в тонкий серый пепел, то в этом же самом пепле они и затерялись и ковыряться в нем не было ни малейшего желания. Особенно при условии того, что я прекрасно знал, где можно взять несколько неповрежденных образцов, лежащих прямо на самом видном месте.
Стрелок в вертолете, стоящий за пулеметом, сначала встрепенулся и даже потянулся к оружию, но потом разглядел Адама и расслабился. Мы прошли мимо вертолета, и двинулись вдоль круглой стены Академии, постепенно закладывая дугу.
— Много погибло? — спросил я, чтобы разбить напряженное молчание.
— Пока неизвестно, — из-за спины ответил Адам. — На данный момент — пять студентов и два преподавателя. И завхоз, Бармор.
— Что, они даже в его подвал проникли? — Я покосился на Адама через плечо. — Похоже, они планировали вообще Академию зачистить до последнего человека.
— Нет, они не проникли. Он был убит недалеко от кабинета директора, и, судя по камерам, это произошло в тот момент, когда Виктор вернулся обратно в Академию и противники подкараулили его возле дверей кабинета. Бармор тоже оказался там и смешал их планы, накинувшись на одного из врагов и буквально зубами вцепившись ему в шею. Он оттянул на себя внимание буквально на секунду, но Виктору, к счастью, этого хватило, чтобы сориентироваться и уничтожить нападающих. Но Бармора уже было не спасти, к сожалению.
Я вспомнил, что директор рассказывал о том, что в город он перенесся с помощью нашего портала и все встало на свои места.
То ли он рассказал Бармору о том, что вернется через свой кабинет, то ли тот сам догадался, но он сорвался и побежал туда, чтобы убедиться, что любимый директор вернется и вернется в целости. И так в итоге получилось, что за это он не испугался заплатить даже собственной жизнью.
— Потрясающая преданность, — печально отозвался я.
— Закономерная, — вздохнул за спиной Адам. — Ведь Виктор Тюудор почти двадцать лет назад буквально с улицы взял этого доходягу на последней стадии истощения и пристроил работать в Академию. И с тех пор Бармор был предан ему, как верный пес… И погиб тоже, как верный пес. Героически защищая своего… Не хозяина, конечно, но, скажем так «добродетеля». Достойно уважения, я считаю.
Я молчаливо согласился.
Мы прошли еще два вертолета и еще как минимум два темных силуэта машин угадывались вдалеке, в ночной тьме. Сколько же их тут всего? И сколько солдат они в себе привезли?
Это было на самом деле уже неважно, потому что мы пришли. Это был тот самый упавший переход, в котором начались мои злоключения.
— Пролезешь? — спросил я, сперва глядя на большие обломки, а потом — на строгие брюки Адама.
Тот усмехнулся, после чего поднял ногу чуть ли не в вертикальном шпагате, отчего штанина задралась, демонстрируя кипенно-белый носок. Поднял и аккуратно перешагнул через огромный обломок бетона, щерящийся острой арматурой.
Отбросив последние сомнения, я тоже полез внутрь и через пару минут поисков в бетонной пыли и неострых осколках стекла нашел торчащую из бетонных обломков рукоять. Подозвал к себе Адама и указал на нее:
— Это оно. Доставать не буду, а то вдруг все обрушится нахер, пусть этим понимающие люди занимаются.
— А оно того стоит? — поинтересовался Адам, склоняясь к мечу и чуть ли не обнюхивая рукоять.
— Еще как стоит, — кивнул я. — Это не просто тебе какой-то там меч, это меч, который без проблем противостоит магии. Прорезает щиты и позволяет блокировать направленные в мечника заклинания.
Адам замер, и его спина окаменела, будто его паралич разбил. Он так и стоял согнувшись над мечом, а потом медленно, словно через силу, повернул голову, посмотрел на меня и тихо произнес:
— Что-что ты сказал? Ну-ка повто… Хотя нет, лучше не повторяй.
Глава 11
Удивление и недоверие Адама сквозило в голосе так неприкрыто, что я сперва даже решил, что сказал что-то не то.
Или, может, он услышал что-то не то…
Поэтому пришлось повторить, убедившись предварительно, что правильно подбираю слова:
— Меч, который пробивает магические щиты. Да. Что-то не так?
— Откуда ты об этом знаешь? — резко спросил Адам.
Ну приехали.
Неужели он надеется, что я сейчас расскажу ему, что обломок такого же меча лежит у меня под подушкой, и я его как следует успел изучить, прежде чем сообщать такие сногсшибательные новости?
Тем более, что «у меня под подушкой» сейчас понятие такое же далекое, как и «в моем родном мире». Вполне может статься что и меч, и подушка, и даже вся кровать сейчас, как и многое другое, покоятся под грудами обломков. Или сгорели дотла.
— Видел, как такие мечом пробили щит Элима Дорна. — Я сделал неопределенный знак рукой.
— А ты что, и сам щит видел тоже? — недоверчиво спросил Адам, но тут же поправил сам себя: — А, ну да… Из головы вылетело. И что, прямо пробил?
— Не то чтобы пробил. — Я покрутил рукой. — А просто как будто никакого щита и не было. Прошел как сквозь пустоту.
— Этого только не хватало… — сквозь зубы злобно процедил Адам и выпрямился, так и не тронув меч.
— Что-то не так? — поинтересовался я. — Почему такая реакция?
— А ты не в курсе? — Адам горько усмехнулся. — Нет, правда не в курсе?
Я развел руками, показывая, что шуток шутить не намерен и в самом деле не понимаю, почему непрошибаемый агент службы безопасности так остро реагирует на обычный, в общем-то, артефакт.
— Это же троттлисты, — пояснил Адам, неопределенно обводя рукой все окружение. — Ну не буквально граждане Троттла, конечно, но те, кто на его стороне. Заговорщики, в том числе.
— Ага. — Я кивнул. — Это очевидно. И что из этого вытекает?
— Так меч же. — Адам посмотрел на меня таким взглядом, что я даже через его очки почувствовал, как агент удивлён. — Троттл. Ну?
— Извини. — Я развел руками. — Не в курсе.
— Не в курсе… он не в курсе, ну надо же… — странным голосом повторил Адам. — Чему только в школах нынче учат… Ладно, тогда слушай сюда. Про первую войну с Троттлом слыхал же?
— А что, была и вторая? — удивился я.
— Ну я же условно. — Адам поморщился. — Первой войной называлось то, что происходило полтора века назад. Понятное дело, что никакого мирного соглашения до сих пор не подписано, и официально мы все еще находимся в состоянии войны, но по крайней мере нет никаких активных боевых действий.
— Ага, продолжай. Пока все понятно.
— Было немало моментов, когда чаша весов склонялась то в одну сторону, то в другую, — продолжил Адам. — Наши маги тогда только пятьдесят лет как обладали магией и еще толком не научились с ней обращаться, но какие-то успехи все же были, и поэтому магия активно использовалась в бою и небезуспешно. Особенно актуальными были разнообразные щиты, которыми маги овладели одними из первых. Они укрывали наших бойцов не только от снарядов противника, но и от магических плетений, с которыми те обращались несколько лучше, нежели мы. Никто не мог понять, почему эта разница вообще существовала, но то, что она была — это факт. Троттлисты чуть лучше владели магией, но среди них было чуть меньше магов и поэтому какое-то время сохранялся паритет… А потом в одном из сражений принял участие совершенно новый участник — высокий, в черных доспехах, которые будто бы поглощали свет, оставляя от человека один лишь силуэт, с длинным двуручным мечом. Мечом, представляешь! Оружием, которое все уже давно позабыли и которое осталось только в музеях!