Срезанная ветвь (СИ)
— Мы имеем место с каким-то очень мощным сенсом, — вздохнул Артур Николаевич. — Настолько мощным, что смог пробить барьер навыка телепортации, провернуть телепортацию несколько раз за сутки. Возможно, он находится в другой точке света. Я изучил данные о вас — вы же понимаете, что в посольстве накоплено досье…
— Зеленогорье. Мой дед. Вы нашли аналогичное дело
Посол кивнул. Мои спутники дождались меня, пока мне выдали все вещи, включая перелопаченные сумки из отеля. Не было только заключения и листка. Про последний — было жалко, что он потерян. Благо, я догадался снять копию у Пахомова, и теперь был шанс, что это поможет получить какие-то данные.
Пробежал сообщения, среди прочего увидел короткое: «В особняке. Пунщиков». Чилингаров усадил меня в одну машину с собой.
— Эльдар Матвеевич, позвольте пару слов… — начал он, когда мы отъехали. — Я в курсе задачи, которую вы ведёте со своим отцом… На самом деле, это он до меня дозвонился.
Тут Чилингаров потёр воротник свитера. Я кивнул — у меня с самого начала не было сомнений по поводу принадлежности к Обществу. И ранг его был, судя по всему, даже выше, чем у Давыдова — не ниже Академика.
Но про пришельцев из параллельного мира, похоже, он не знал.
— Как вы думаете, упомянутая Ольга — на кого работает? Я не могу представить, сколько кейтов могло быть потрачено на всё это. Мне очень важно знать, что это и откуда, и надолго ли здесь? И может ли она быть причастна к исчезновению той… девочки?
— Может быть, — вздохнул я. — Но, возможно, и нет. Вам знакома теория множественности миров?
— Для нас, по крайней мере, для меня — это практически аксиома. Хотите сказать, что похититель…
— Да. Похитительница, скорее всего, не из этого мира.
Чилингаров кивнул, помолчал, затем озвучил.
— По правде сказать, у меня была другая гипотеза.
— Про Центр Треугольника? Нет. Насколько я понял, это совсем другие ребята.
— Откуда такая уверенность? Хотя, впрочем, о чём это я. Сын Собеседника Драконов может знать много занимательных фактов о строении данного мира. То есть вы хотите сказать, что Ольга и девочка могут быть не связаны?
— Вполне возможно, что убийца… я бы всё-таки продолжил называть её «похитителем», — поправил я сам себя, — не крала девочку, а, наоборот, ищет её. А я в таком случае — ключ в её поисках.
Посол кивнул:
— Соответственно, предложение поиграть в прятки — это вымогательство, предложение совершить обмен. Она вам — Аллу, а вы ей — девочку?
— Как-то так.
Чилингаров вздохнул.
— Я искренне хотел бы вам помочь. Но кадров катастрофически не хватает. У нас тут два приграничных конфликта назревают, плюс освоение фронтира, плюс переговоры с Драконами…
— Я всё понимаю, Артур Николаевич. Мы справимся, не беспокойтесь.
— Единственное, что я распоряжусь выдать вам охранников. Говорят, у вас обокрали дом?
Признаться, я в хлопотах едва сам об этом не забыл.
— Да, ваше сиятельство. Коллега отца… Пунщиков, вероятно, вы знакомы, уже там. Однако долго задерживать его не хотелось бы.
— Да, конечно. Все ваши вещи при вас? В таком случае, мы сейчас подвезём вас на морскую базу, полетите с военными курьерами. Так будет быстрее, у них отправление через полчаса.
Он сделал короткий звонок, затем сказал водителю повернуть. Мы двинулись вниз по весьма крутой улице, уходящей к порту. Миновали два блок-поста, где мне пришлось показать документы, к нам подбежали офицер — низшие чины. Посол высунулся из машины.
— Парни, подкините курьера особого отдела? Паренёк тут, торопится.
— Куда?
— В Акулаевск.
— Можем, если только он не сто кило весит, — офицер заглянул в машину.
Коренастый, усатый, в странном шлеме, не по погоде легко одетый — в рубашку и лёгкие брюки.
— Семьдесят с копейками, — кивнул я.
— А, да не вопрос! Вылазь. Отправление через 10 минут.
Я пожал руку послу, он сказал тихо:
— Желаю вам найти девочку и раскрыть все возможные тайны. Мы ещё увидимся, я думаю.
До последнего я думал, что полечу в геликоптере, но когда мы прошли мимо здоровенных военных машин, ощетинившихся турелями и подошли к маленькой бетонной будочке, я почувствовал неладное. Уж очень типичной была будочка на военном объекте — по давнему опыту я знал, что такие штуки, как айсберг, скрывают очень многое внизу, под поверхностью. И точно — там оказался здоровенный, во всю будку, лифт, в который усатый офицер посадил меня, проинструктировав:
— Лиду найди. Скажи, что от Сан Саныча.
Глава 3
Дверь захлопнулась, и я в гордом одиночестве ехал вниз долгую минуту. Дверь раскрылась в длинный бункер, в котором стояли они.
Два ряда блестящих, переливающихся под светом потолочных прожекторов летающих тарелок. Парочка дисколётов в добрые восемь метров диаметром, но большинство — три, даже два с небольшим метра.
Всего я насчитал одиннадцать штук, людей было мало — пара техников в глубине и постовой, тут же подскочивший спросить документы.
— Куда?
— В Акулаевск. Курьерская Императорская. Сказали найти Лиду. От Сан Саныча.
— В конец иди.
Я пошёл по широкой разделительной полосе, спрашивая то у одних ребят, то у других. В середине пути раздалась короткая сирена, и над головой загорелась красная линия.
— Эй! — окликнули меня.
Я вовремя смекнул и отскочил в сторону: за моей спиной послышалось характерное гудение и низкие вибрации, а затем над полом пронеслась та самая здоровая восьмиметровая машина, выскочив из жерла в конце бункера.
Из одной небольшой, в два с половиной метра диаметром машины высунулась девушка — чуть моложе тридцати, средиземноморский тип лица, в кепке, худая, в спортивном топике цвета хаки, с короткой стрижкой.
— Ты чего тут ходишь?
— Лида?
— Она самая. От Сан Саныча? Курьеришка?
— От Сан Саныча. Подпоручик Императорской Курьерской.
— Он мне уже черкнул. Залезай давай. Сейчас полетим.
Она нырнула вниз. Люк в тарелку был сверху, я запрыгнул на край и уже навострился залезать, как она мне крикнула.
— Куда⁈ В перый раз, что ли?
— Ага.
— Вот же… Сан Саныч, говнюк. В верхней одежде! Куртку выбрасываешь, да? И залезаешь. И ботинки тоже! Ещё я мужской пот не нюхала. Да и по весу — будет перевес.
— Я от силы восемьдесят вешу. С сумкой вместе.
— Ничего не знаю, иначе не полетим. Да, и что у тебя что на шее такое? Глушилка?
— Она. Сними, выбрось тоже. Иначе приборы глючат.
Я примерно понял, почему, и стало обидно. Я настолько привык её носить, срезая свой процент сечения до полутора-двух, что теперь становилось неуютно.
— А остальные? Кольца, автощит, противогипнозка?
— Оставь. И, да — про туалет. У нас его нет, если что.
Куртка у меня, надо сказать, была дорогой и достаточно тёплой, почти пуховиком, да и зимние ботинки весьма дорогого бренда. Но больше всего не хотелось разбрасываться артефактами, поэтому пошёл на авантюру. Добежал до указанной кабинки туалета в середине зала, после облегчения скинул ботинки и куртку. Положил «глушилку» в карман куртки, затем поймал проходящего мимо техника и вручил ему.
— Сан Санычу передай. Пусть отдаст Артуру Чилингарову. От Эльдара Циммера.
Техник хмыкнул, но кивнул, скинул вещи куда-то в угол. Ну, подумалось мне, я хотя бы попытался.
Вернулся, запрыгнул внутрь — внутри дисколёт как башня танка. Что твоя консервная банка из металлов и драгоценных камней, высотой метр с кепкой, а диаметром меньше двух. Три полулежачих сиденья кругом, тройка мониторов, большая ниша напротив, минимум органов управления и никаких признаков окон. Лида была в коротких обтягивающих шортах, босиком — с грязными ступнями и совершенно неуместным розовым педикюром. Взгляд инстинктивно упёрся в очертания фигуры и встретился с кубиками пресса. Да уж, девушка была суровая. Сидела на центральном сиденье, пританцовывала, слушая музыку в наушниках, затем нахмурилась и уставилась на меня. Сдвинула наушник, спросила: