Во власти дракона (СИ)
— Ты, главное, не кричи об этом, — оборвала ее Рилка. — С нами едет паломница безликой богини. Ты не очень-то при ней… Хотя, говорят, их жрицы совсем не прочь, но все же… с их богиней лучше не шутить.
— Мама, а ты наймешь мне помощницу в городе? — тут же переключилась Нелянька. — Я не могу одна следить за тканями, ты же знаешь…
— Найму, только пойдем уже, — по-доброму проворчала Рилка, — и так столько времени потеряли…
— Но это же было хорошо!
На этой фееричной фразе полог откинулся и появились мать с дочерью.
Неляньяка оказалась румяной пышногрудой девушкой лет двадцати на вид. Она, увидев меня ойкнула и отступила, чуть не сбив с ног Рилку. Мать отвесила поклон (это нормально?) и произнесла:
— Вот, госпожа паломница, моя дочь. Она очень прилежная, усердно работает — следит за тканями.
Ага, и с дроу не прочь развлечься в перерывах между усердной работой. Любопытные нравы в этом мире.
— А что, это такая сложная работа? — полюбопытствовала я. Почти что и без сарказма, да.
— Срадацкий шелк — очень деликатная ткань, объяснила женщина. — Она живая и требует постоянного ухода. Нужны женские руки, обязательно это должна быть молодая девушка, у которой много энергии. Я уже стара для такой работы, а Неляньяка одна не справляется.
— Вот как…
Это как вообще, живая ткань? И надо ли мне это знать? И не будет ли такой вопрос казаться странным для местной? Кибитка меж тем тронулась с места, возобновляя свой неспешный ход.
— Госпожа паломница, простите за вопрос, а вы куда направляетесь? — прервала мои размышления Рилка. — Наш караван идет в город Лирборн, это почти две недели пути. Вы окажете нам честь сопровождать нас?
Интересно, с чего я стала госпожой? Вроде, раньше была просто паломницей… Странно.
— Нет, я покину вас в Приметоле, — ответил за меня дракон.
— Тогда скажите, где вас высадить? И, может, вы хотите поспать? На этих тюках довольно мягко…
Женщина почти не скрывала облегчения от того, что я не высказала желания ехать с ними весь путь.
— Сразу после въезда в город.
Рилка хотела что-то спросить, но перехватив мой взгляд, передумала. Нелянька уже расположилась напротив меня и откровенно зевала. Дальнейшая поездка проходила в тишине, если не считать храпа из-за тюков.
Я несколько раз пыталась поспать, но неровный тряский ход кибитки не давал расслабиться. Вот где с благодарностью вспомнились наши поезда с их мерным перестуком! Здесь же… мало того, что дорога изобиловала ухабами и кочками, так еще и сидеть на тюках было жутко неудобно.
В конце концов дракону, видимо, надоело слушать мои мысленные возмущения и стоны и он что-то такое сделал, что я задремала, а потом и вовсе заснула.
Разбудило меня то, что кто-то тряс за плечо и настойчиво бубнил под ухом:
— Госпожа паломница, просыпайтесь! — женский голос непрестанно повторял одну эту фразу.
— А? — я спросонья отпрянула от неожиданности и чуть не свалилась с тюка. — Мы приехали?
— Да, госпожа, уже в Приметоле, — девушка с облегчением вздохнула, — ну и уснули же вы! Еле добудилась! Уж думала, что придется водой вас брызгать!
Да, хорошо, что не пришлось. Я поднялась на ноги, потягиваясь, и с удовольствием прогнулась в пояснице.
— Вот это да! — в глазах девушки просквозило удивление. Вы такая гибкая, как эльфа! А по вам кажется, что вы старая, что вам больше тридцати лет…
— Мне действительно за тридцать, — честно ответила я, слегка опешив от такой характеристики девушки.
— Нелянька! Госпожа паломница! — раздался снаружи голос Рилки.
Я с удовольствием выбралась из кибитки, щурясь от яркого солнечного света. И где мы находимся?
По сторонам было на что посмотреть — каменная булыжная мостовая круто уходила вниз, открывая взору широкую улицу, по которой передвигались люди и немногочисленные экипажи. Хм. Транспорт, насколько я вижу, весь без исключения гужевой — в повозки были впряжены или животные, похожие на волов, или местная разновидность лошадей. И дома все не выше трех— четырех этажей. Печально.
— Госпожа паломница, вы дальше с нами точно не едете? — в голосе Рилки я уловила надежду пополам с облегчением.
— Нет, мне пора, — я неконтролируемым жестом приложила левую руку к сердцу, — пусть мир пребудет с вами на вашем пути. Спасибо за помощь и хлеб.
— Благодарю, что были нашей попутчицей, — откликнулись женщины.
А я, не оглядываясь, направилась вниз по улице, с интересом осматриваясь. Особое внимание дракона, который, конечно же, по-прежнему управлял мною, привлекли две остроконечные башни, возвышавшиеся на окраинах города. Любопытно, что ту, что побольше и повыше — с сияющей золотом крышей, он проигнорировал. А направил мои ноги к другой, с виду простой башне, высотой навскидку этажа в четыре.
Вот я и шла по мощеной серым камнем мостовой, втайне радуясь, что угодила в иной мир в кроссовках, а не в каких-нибудь туфлях, на шпильке, например.
По мере продвижения вниз по улице здания, казалось, сдвигались ближе друг к другу. Становилось темнее, грязи на дороге прибавлялось и даже в воздухе витал какой-то затхлый дух. И сами дома выглядели теперь пошарпанными, черепица на крышах сменилась дранкой, а камни из мостовой кое-где были вынуты и выбоины заполнены грязной водой.
Лица и одежда прохожих тоже не радовали улыбками или приятным видом. Все чаще встречались не просто плохо одетые люди, а прямо-таки оборванцы. Когда я мельком увидела в узком проходе между домами серое колышущееся одеяло и поняла, что это стая крыс, мне совсем поплохело.
А гадский дракон направил меня именно в эту, темную, грязную и пугающую до дрожи подворотню. Попытка сопротивления, конечно же, ни к чему не привела. Мама! Не хочу!
Но когда позади меня промелькнули несколько темных теней и послышался легкий пересвист, я поняла, что крысы — это далеко не самое тут страшное.
— Женщина в наших краях, надо же! — воскликнул грубый голос совсем рядом. — Посмотрим, что у тебя есть! Давай сюда котомку!
Мне стало дурно. Если бы не отупение в голове, которое давал ментальный контроль, я бы, не знаю, что сделала. Хм, знаю — я бы просто не пошла в такое место, как нижняя часть города. Тут все словно кричит — выжить здесь могут только такие, как эти… люди. Или тот, кто заведомо сильнее и может противопоставить силу в ответ на силу.
В глазах потемнело…
Следующее мое осознанное впечатление — я вижу свои руки, стряхивающие с пальцев ярко-алые капли…
— Пришлось отключить твой разум, чтобы без помех разобраться с ними, — услышала я голос дракона. — Ты такая впечатлительная.
Я присела на корточки и принялась вытирать руки рубахой лежащего человека. Мертвого человека. Выругалась. И спустя мгновение поняла, что сиплый прерывистый звук, который я слышу, есть не что иное, как мое собственное дыхание, со свистом вырывающееся изо рта. А пахнет, кстати, особенно отвратительно — теперь к запаху помойки примешивалась вонь общественного туалета. Повернув голову, я поняла и причину — взгляд наткнулся на человека с распоротым животом…
Затошнило. И снова темнота перед глазами…
— Такая нежная девочка, — в мысленном голосе дракона мне почудились ласковые интонации.
— Ты убил их? Голыми руками? — спросила я. — Нет, не так… моими руками!
— Законы здесь просты — или ты, или тебя. Выхода не было. Они уже несколько кварталов шли следом.
О, мой тюремщик снизошел до объяснений? Я отметила, что вновь вышла на улицу и двинулась в направлении все той же башни. И встречные прохожие как-то подозрительно отводят глаза…
— Я изменил иллюзию твоей внешности. Ты теперь выглядишь, как мужчина, — дал пояснения дракон. — И я не тюремщик тебе.
О, кстати. Поистерить по поводу случившегося можно и потом. Тем более, что я снова ничего не чувствовала.
— Дракон, как тебя зовут? Точнее, как к тебе обращаться?
— Я называл тебе свое имя. Ты еще очень оскорбительно рассмеялась.
Похоже, что имя — это для него очень важно. Хм. Впрочем, как и для любого человека.