Хозяйка замка (СИ)

Джон был умницей и джентльменом. Проводил меня до моей комнаты. Пожелал спокойной ночи. А потом внезапно поцеловал.
Его губы были горячими. Жадными. И если до этого моя голова просто кружилась, то теперь пол ушел из-под ног от поцелуя.
Не помня себя, я горячо ответила на поцелуй.
Джон снял с меня пальто. Я расстегнула его куртку. На пол полетели наши теплые свитера. Джон опрокинул меня на кровать, лег сверху, и мне было приятно почувствовать, что штаны сегодня мешают лорду Кеннету.
Вместе мы решили и эту проблему.
Дыхание Джона обжигало мою кожу. Руки ласкали мое тело. Наконец, на пол упало белье. Джон прижал меня спиной к изголовью кровати и одним резким движением разрушил последние границы, что были между нами. Дальше ночь превратилась в смешение стонов, вскриков и внутреннего огня, будоражащего кровь похлеще виски.
А утром я проснулась…
В окно робко заглядывали первые лучи солнца. Джон спал рядом со мной, по-хозяйски положив одну руку мне на бедро. Я осторожно убрала его руку, тихо выскользнула из постели, собрала вещи, валявшиеся по полу, и, натянув джинсы со свитером, бегом помчалась из комнаты.
Черт! Что же мы вчера наделали?!!
События прошлой ночи вереницей проплыли перед глазами, оставляя после себя томную усталость тела, всё еще жаждавшего тепла, и полное раскаянье в мозгу.
Как? Как такое могло произойти⁈
Я никогда не заводила служебных романов. Всегда считала, что в работе следует прежде всего оставаться профессионалом. Да что уж там говорить, если, проработав полтора года в Национальной галерее, я не заметила ни одного мужчины, кроме как на картинах, над которыми работала.
А теперь Джон…
Безусловно, он замечательный. За время, что я провела в замке, я успела привыкнуть к нему. Мы даже стали друзьями. И последнее хуже всего. Так как бездумно проведенная ночь может разрушить те теплые душевные отношения, что завязались между нами. К тому же, и этого никак нельзя было забывать, Джон — мой работодатель. Да… Ситуация от этого становилась еще более щекотливой.
Что же теперь со всем этим делать?
Влетев в мастерскую и плотно заперев за собой дверь, я впервые за утро почувствовала себя более-менее защищенной.
Ладно, посмотрим на всю ситуацию здраво. Вчера был несколько необычный вечер. Все переволновались. Возможно, нужна была разрядка. Но мы с Джоном взрослые здравомыслящие люди. И сможем преодолеть тот небольшой барьер, что выстроила между нами эта случайная ночь.
— А вчера, значит, никаких барьеров и в помине не было, — ехидно, с интонациями Лиззи, заметил мой внутренний голос, — и причем границы рушились несколько раз…
Я слегка покраснела, вспоминая, как вела себя этой ночью. Невольно рука прикоснулась к шее, на которой Джон вчера оставил столько страстных поцелуев. А ведь были поцелуи и ниже. Много ниже…
Стоп!
Мы с Джоном взрослые люди. У каждого своя жизнь и своя работа. Кеннет Кастл — огромный замок. Порой бывают дни, когда мы даже не пересекаемся. Теперь их станет больше. Много больше. Но постепенно всё забудется, и мы сможем вернуться к ровным приятельским отношениям. Потому что так будет правильно.
Я достала инструменты и бросила взгляд на портрет леди Джулии, которая, в свою очередь, смотрела на меня с печальным укором в глазах.
— Не смотрите так на меня, леди Джулия, — огрызнулась я,- во всём случившемся есть и ваша вина! Если бы вы не обошлись так жестоко с Гвендолен…
Я тут же осеклась. Винить безмолвный портрет в череде случайностей, приведших меня в постель к Джону, было последним делом, показывающим меня человеком, не способным самостоятельно брать на себя ответственность за свои поступки.
Глубокий вдох. Выдох. Я — профессионал. А портрет — это всего лишь картина.
Я приготовилась приступить к работе, как зазвонил мой телефон. Конечно же, это была Лиззи. Кого еще могут интересовать мои дела в столь ранний час?
Постаравшись натянуть самое безмятежное выражение лица, я взяла трубку.
— Привет!
Судя по картинке, Лиззи еще сама была только что из постели: ночная рубашка, ноль макияжа. Но первый же её вопрос сбил меня с ног:
 
— Быстрей говори, что там у вас происходит⁈ — распорядилась она тоном, не терпящим отказа.
«Она что, ведьма?» — мелькнуло в моей голове, но я постаралась поскорей успокоить себя, убедив, что всё это лишь совпадение.
И действительно, оказалось, что поединок в Кеннет Кастл попал в сми, и подруга, прочитав на портале утренние новости, поспешила узнать информацию из первых уст.
Это успокоило меня, попутно напомнив, что я со своими проблемами, вовсе не являюсь центром вселенной. Как могла, рассказала о споре между Джоном и Пратом, а также о том, что из этого вышло.
— Я знала, что уехала слишком рано, — вздохнула Лиззи, — у вас там очень интересно для глухой провинции, конечно.
— Благодарю, стараемся изо всех сил порадовать желтые газеты, — улыбнулась я.
— Сама-то как? — спросила вдруг Лиззи.
На секунду у меня мелькнуло желание рассказать ей всё. Спросить совета. Но это быстро прошло. Да и что может сказать Лиззи в таком случае? «Перепихнулись, наконец? Вот молодцы!»
Поэтому я воздержалась от душевного разговора, ограничившись тем, что мне подошло платье, которое она подарила на рождество.
Довольная Лиззи попрощалась со мной и отправилась досыпать, что она обычно делала почти до часу дня. Я же, наконец, смогла вернуться к работе.
Странно, но разговор с подругой, даже столь обычный, отрезвил меня. К чему все эти переживания? Будто бы скоро конец света. Я проходила через многое в своей жизни. Переживу и этот момент. Главное, держать голову холодной. Окончательно приведя мысли в порядок, я открыла ящик стола, чтобы достать свой реставрационный дневник и приступить к работе. Странно, но в верхнем ящике, куда я всё обычно убирала, моих записей не оказалось. Они лежали в ящике ниже.
Я постаралась вспомнить, почему положила записи именно туда, а не на обычное место, но не могла. Если только их не смотрел кто-то другой, шарившей у меня в столе. Но я держу мастерскую закрытой на ключ. Да и кому интересны мои заметки? Наверное, я ошиблась ящиком второпях, когда Джон потащил меня вчера на улицу.
Невольная мысль о Джоне неприятно кольнула. Злясь на себя за это и заодно на Джона за то, что он так беспардонно лезет в мои мысли, я приступила, наконец, к работе.
  
Глава 15
 
Весь остальной день прошел ничем не примечательно. Я работала над портретом, Джон руководил отъездом ярмарки. Пару раз, подходя к окну, я видела, как он мелькает то тут, то там, раздавая указания. Где-то в середине дня ко мне заявилась дружная четверка. Мы тепло попрощались, и я вернулась к своей работе, которая, однако, не слишком клеилась.
Обычно, занимаясь реставрацией, я настолько погружаюсь в мир картины, над которой работаю, что не замечаю хода времени. Сегодня же часы шли нарочно очень медленно. В голове крутились мысли, далекие от работы, и центральной фигурой моего дня была вовсе не леди Джулия. Наконец за окном стемнело, и я решила закончить свои мучения. Особенно от того, что ничего хорошего при такой работе выйти и не могло. Размышляя так, я вышла в коридор и наткнулась на Джона.
Удивительно, но отъезд ярмарки занял много меньше времени, чем её подготовка. Всё разместили по грузовикам и вывезли в сторону Лондона за один день. Я надеялась, что Джон устал и направится в свою комнату отдыхать, ведь мы так удачно не пересекались с ним целый день! Но вот он оказался здесь, стоял напротив меня и улыбался.
— Привет, — проговорил Джон.
— Привет, — предательски покраснела я и потупилась.
— Думаю, нам надо поговорить, — предложил Джон.
— Да. Я тоже так думаю, — согласилась я, хотя так не думала.
О чем говорить?
Вот и всё. Будто я сама не знала, что прошлая ночь была ошибкой! Нет, нам надо поговорить. Ох, Джон, зачем всё усложнять?