Тот, кто следит за тобой 2 (СИ)

— Ты нужен был всем нам… если бы ты только рассказал мне обо всем, все могло быть иначе.
— Теперь я это понимаю. — обреченно выдохнул он. Глядя на Амита, я испытывала невероятную бурю в груди, нежность, желание и невероятное чувство теплоты. Он по-прежнему был любим мною. И даже все зло не смогло убить во мне этого прекрасного чувства. Я глупая или же наивная, но мне так хотелось испытать все те чувства, что испытывала только с ним одним.
Подойдя к нему ближе, я коснулась его губ пальцами. Перехватив руку, он стал нежно покрывать мою кисть поцелуями. Волна нежности заполнила мое сердце, когда он прижал мою ладонь к своему сердцу.
— Чувствуешь? Мое сердце все еще бьется только для тебя. — сказал он такую знакомую фразу, которая была сказана в кафе, когда Амит впервые пригласил меня встретиться. Мои глаза наполнились слезами, а уголки губ задрожали. — Не плачь, малышка, больше не надо плакать. — и он коснулся губами моих глаз, стирая слезы своими поцелуями.
Желая всем телом большего, я обвила шею Амита руками и прижалась к его губам в бесконечном, полном страсти и отчаяния поцелуе. Все было так до боли знакомо, словно не было всех этих прошедших лет. Поцелуй захватывал дух, наши тела двигались в унисон, наполненные жаром и желания долгожданной близости.
Оторвавшись от поцелуя, он вынул шпильки из моих волос и когда они каскадом рассыпались по моей спине и плечам, Амит сгреб их в свою руку и глубоко вдохнул аромат.
— Боже, как мне не хватало этого здесь. — я улыбнулась, вспоминая как сильно он любил нюхать мои волосы. Подхватив меня под ягодицы, я крепко обвила ногами его торс, тесней прижимаясь к нему. Вновь глубокий поцелуй, ласкающиеся друг о друга языки и бешеный восторг, накрывающий нас с головой. Опустив меня на постель, он с трепетом стал ласкать мое тело, спуская платье с моих плеч. Стеснения или неловкости совсем не было, передо мной был прежний Амит, перед которым я всегда была открыта. Он целовал меня везде, где только можно, а я отвечала ему, не в силах насытиться этой близостью. Я понимала, что, когда выйду из этой комнаты — мы вновь расстанемся, поэтому мечтала, чтобы время остановилось и этот момент никогда не заканчивался. Когда он вошел в меня, я испытала прекрасное ощущение, словно после долгого отсутствия вернулась домой. Бешеный восторг, стоны, которые невозможно было сдержать и его имя, срывающееся с моих губ в диком блаженстве. Все это было так правильно и единственно верно. Быстрый темп, сменяющийся медленным, губы, что, не прекращая шептали мое имя, влюбленный взгляд, что с нежностью смотрит, касаясь самой глубокой части моей души, страсть, что разгоралась все сильнее.
— Люблю тебя… как же я тебя люблю… — сквозь блаженство стонал он. Долгожданная разрядка наступила одновременно, принося удивительное спокойствие и удовлетворение.
После страстных утех мы долго лежали в молчании, он гладил меня по спине, волосам, целовал волосы, лицо, я же, крепко обняв, просто наслаждалась тем, что вновь чувствую себя счастливой.
— Знаешь, когда я узнал, что меня ждет свидание с тобой, никак не мог подумать, что оно закончится так. — он мягко улыбнулся, целуя меня в висок. — Если честно, я вообще думал, что даже не смогу тебя коснуться.
— Я долго боролась с собой, пыталась забыть, но понимала, что не смогу этого сделать. Ты крепко засел в моей голове, Амит. — он еще крепче прижал меня к себе.
— У тебя был… кто-то после меня? — заданный вопрос дался Амиту очень сложно, но напрасно он волновался, ему понравится ответ.
— После тебя, Амит, у меня был… — я выдержала паузу, чувствуя игривое настроение. — только ты. Больше никого не было. — его глаза наполнились счастьем, радость на его лице была по-детски милой.
— Я счастлив, что ты по-прежнему моя. — его объятия стали еще крепче и я счастливо улыбнулась. Вдохнув запах его кожи, я блаженно улыбнулась, он пахнет также, как и десять лет назад, разве что не было примеси французских духов. Но даже без них, его аромат всегда действовал на меня как афродизиак.
 
— Я бы хотела, чтобы наше свидание никогда не заканчивалось. — мои глаза наполнились слезами, от понимания, что скоро все закончится и мы, возможно, никогда больше не увидимся. Неизвестно, что нас ждет дальше, может завтра один из нас умрет и тогда мы навсегда лишимся возможности воссоединиться. — Как ты думаешь, возможно ли, чтобы тебя когда-нибудь освободили? — я поднялась на локте, с надеждой глядя в его глаза. Лицо Амита потемнело от грусти.
— Анетт, мне дали пожизненное, боюсь, это невозможно. — я уронила голову на грудь Амита и зарыдала.
— Как же так? Я так надеялась, что могут найтись лазейки.
— Не плачь, малышка. Я получил то, что заслуживаю.
Потом мы еще долго разговаривали. Я рассказала ему про свою жизнь, про то, что пережили Нарин с Эваном. Амит очень расстроился, услышав об этом, он признался, что на нем лежит вина за то, что Кайл стал таким. Тогда он рассказал мне правду о том, как повлиял на Эвана и вынудил его устранить соперника. Я была потрясена, на каждом из нас лежала ответственность за произошедшее, но именно Амит стал началом того, что повлекло такие страшные последствия. Значит, моя интуиция тогда в отношении Эвана не врала, и он все-таки был причастен к исчезновению Кайла. Мое настроение заметно омрачилось, но я понимала, что это все дела давно минувших дней. Все мы виноваты в произошедшем, кто-то больше кто-то меньше, сейчас обвинять и сыпать соль на рану человеку, который давно раскаялся во всем, было бессмысленно и жестоко.
Признаться, свидание с Амитом было самым счастливым временем за все эти годы. С ним я по-настоящему ощущала себя настоящей женщиной, хрупкой, маленькой, полной любви и нежности. Любимая работа и дети хоть и делали меня счастливой, но то, как влиял на меня Амит было совсем другим. Это чувство, такое теплое и давно забытое, появлялось только с ним. Это зависимость или любовь? Скорее все одновременно, но мне не хотелось об этом думать, я наслаждалась нашей близостью и этим временем, что мы могли быть вместе. Закончится день, наступит утро и мы вновь расстанемся и неизвестно сможем ли встретиться вновь.
Всю ночь мы не спали, разговаривали и занимались любовью. А едва утро наступило, в дверь постучали, объявив, что пора прощаться. Я тут же бросилась в слезы, крепко его обнимая. Он прижимал меня к себе, не в силах отпустить.
— Пиши мне, Амит. Будь уверен, теперь я отвечу на каждое твое письмо.
— Извини, малышка, но больше я не стану тебе писать.
— Что? Почему?
— Анетт… — он взял меня за плечи, ища зрительного контакта со мной. — Я благодарен тебе за время, что провела со мной, за то, что вновь заставила меня почувствовать себя счастливым. Как бы сильно я тебя ни любил, как бы не хотел, чтобы всю свою жизнь ты любила только меня, оставалась моей, но я понимаю, что поступаю очень эгоистично по отношению к тебе. Я никогда не выйду отсюда. И мы никогда не сможем быть вместе, как раньше. Ты понимаешь это, я знаю. — он говорил правду, я это осознавала, но так не хотелось все это слушать. Хотелось закрыть уши и не слышать ничего из того, что он говорил. — Ты достойна счастья и любви, достойна всего того, что может дать тебе мир. Не закрывайся от него, не позволяй любви ко мне сделать тебя несчастной на всю оставшуюся жизнь. Ты еще молода… — на следующих словах его голос дрогнул. — сможешь еще найти свое счастье и полюбить кого-то, кроме меня.
— Нет, нет, Амит. — запротестовала я, не сдерживая своих слез.
— Да, Анетт. — он тяжело выдохнул, касаясь своим лбом моего. — Я отпускаю тебя…
— Нет! — закричала я, сквозь слезы. — Не поступай так со мной! Не говори таких слов!
— Так будет правильно, малышка. Не держись за чувства ко мне, не будь несчастной. Живи! Я хочу, чтобы ты наконец жила, а не существовала! Помоги себе, как помогаешь другим! — я крепко вцепилась в него, не желая отпускать, хотелось стать с Амитом единым целым, только бы остаться с ним навсегда. — Наша любовь хоть и красивая, но принесла тебе лишь боль и несчастье. Я хочу, чтобы ты встретила мужчину, который сделает тебя счастливой.