Легионер (СИ)
— Пить меньше надо! Ну или с водилу непьющего под рукой держать!
— Ну, где дыра ваша? — спросил подошедший Быррг.
— Да вон! — Варг вытянул руку и показал на свежий пролом в стене. Машину загнали назад и закатили обратно в бокс, от греха подальше.
— Ага, кирпич и цемент смотрю вы приволокли! Там есть еще или это весь?
— Не, там в боксе еще до хрена! Нам бы побыстрее сделать! Чтобы без палева! А то ведь жопу порвут, на британский флаг!
— Ага, а ты его видел, флаг этот? — Быррг повернулся к подошедшим племянникам. — Так, парни, кирпич вон, цемент там же, фронт работ видите? Вот и хорошо, давайте, вперед!
— Варг, розетка где тут у вас? Удлинитель подключи, и тяни его к пролому! Воду где взять?
— В дежурке кран! Ведра там же! — ответил Варг, схватил удлинитель и умчался внутрь дежурки.
— Орм, воду набирай пока!
Орм бугом метнулся к дежурке и заскочил в санузел, откуда раздался грохот железа, а затем шум бьющей в ведро струи воды. Набрав воду он выскочил из дежурки и чуть ли не бегом понесся к пролому.
Варг размотал удлинитель, двое молодых титанов тут же подключили перфоратор с насадкой и принялись мешать раствор. Работа закипела. Уррг с братом готовили раствор, молодые титаны клали кирпич, Орм с Варгом и Игоряном таскали воду, кирпичи из бокса и выполняли прочую работу в стиле принеси — подай.
Часам к четырем пролом заложили полностью. Еще три часа ушло на то, чтобы заштукатурить стену и выровнять все неровности. Затем оперативно убрали следы стройки, но при этом совершенно забыли про следы, оставленные гусеницами тягача.
Под утро пошел мелкий дождь, плиты забора намокли и свежая кладка перестала выделяться на фоне старых плит.
— Ну, принимай работу! — Быррг подошел к Варгу, с довольным видом разглядывающему стену. Игорян с Ормом затащили в машину коробку с тушенкой и подошли к разглядывающему стену Варгу.
— Мужики, без базара, жизнь спасли! Меня бы вздернули за такой косяк!
— А ты думал! Чай не лаптем щи хлебаем! Если что, обращайся! Качество гарантируем!
— Ох блин, по уму все сделали! Слушай, а ее не перекосит со временем?
— С чего бы это? Все по уму сделано, арматура проложена, нет, ничего не перекосит! От плиты не отличить! Может со временем, когда-нибудь, но это уже не страшно! Ну или если кто-нибудь еще в забор въедет!
— Ох, прямо жить снова захотелось, а? Игорян, скотина рукожопая, растреплешь кому, башку оторву, понял?
— Да понял я все, понял!
— И чтобы в колымаге своей починил все! Понял? Чтобы в машине все работало, без проволочек и подпорок!
— Да понял я, понял!
— Понял он! Не сделаешь, будешь окоп для тягача копать, на скорость! Такой, чтобы стрелять с твоего агрегата можно было, стоя на крыше!
— Слушай, а кирпичей не хватятся? — спросил Уррг.
— Да их не считал никто! Кирпич то стырили откуда-то, кто его там считал?
— Ладно мужики, поехали мы! Поспать бы неплохо. Не бухайте так больше! — Быррг попрощался с троицей, развернулся и пошел к машине.
— Ага! Все, удачи! Еще раз спасибо! — трое раздолбаев скрылись в дежурке.
Уррг с братом залезли в кабину, племянники уже сидели в салоне и вертели в руках банки, разглядывая их.
— А тушняк то хороший, дорогой! Так что вышло вполне неплохо! — заметил Быррг и нажал на газ.
Начальник вещевой службы майор Зубенко сидел в кресле в своем кабинете и пытался заснуть. Самочувствие майора было неважным, голова раскалывалась, майора ощутимо потряхивало, во рту словно нагадили, в общем налицо были все признаки сильного похмелья.
Майор с трудом досидел до конца рабочего дня, большую часть которого он проспал в своем кабинете. Когда до конца рабочего дня оставалось несколько минут, его поднял звонок телефона. Вставать было тяжело, вставать не хотелось, но звонок чертова аппарата был таким громким и так бил по мозгам, что пришлось собраться с силами, подняться с кресла и подойти к долбанному агрегату, издающему громкие звуки и никак не желающему замолкнуть.
Майор собрал все силы и волю в кулак, подошел к аппарату, поднял трубку и ответил.
— Майор Зубенко слушает!
— Ну, не помер там, алконавт? — послышался в трубке насмешливый голос его вчерашнего собутыльника, начальника службы ГСМ, майора Николаенко, чей день рождения они вчера и отмечали.
— А, алкашина, проспался! Вспомнил о своем товарище! — пробурчал Зубенко. — что-то ты чересчур бодр, небось похмелился уже?
— Ну, не без этого! — самодовольно ответил Николаенко. — Подлечил организм мальца. А ты там смотрю страдаешь, болезный? Ну подходи в парк, подлечу тебя по доброте душевной, так уж и быть!
— Знаю я твоё лечение! Опять все по новой начнется!
— Да не ной ты! Я же не пьянства ради, а только здоровья для!
— А, ну раз здоровья для, то это совсем другое дело! — заметил Зубенко.
— Да задрал ты! Давай, подходи, хорош ныть! Бормочешь там что-то умирающим голосом! Ты майор вооруженных сил или студентка сопливая? Давай, подходи! Жду!
Вздохнув, Зубенко положил трубку, посидел минут пять, затем собрался с силами, встал со стула, налил себе стакан минералки и выпил его залпом. Затем вышел из кабинета, запер дверь и отправился в парк.
На проходной он позвонил Николаенко, но на звонки тот не отвечал. На вопрос, на месте ли майор Николаенко, дежурный на КПП сказал что тот из парка не уходил. Наверное шарахается где-нибудь на территории. Зубенко вздохнул и собрался идти и искать его, затем опять снял трубку телефона и набрал номер заправки. Ответивший ему сержант заправщик, ответил что майор Николаенко был здесь, но минут десять назад вышел.
Зубенко вздохнул, предупредил дежурного чтобы тот придержал начальника ГСМ, если он появится и пошел искать пропавшего друга.
Бродил он по территории парка минут пятнадцать, обошел все боксы, проверил на всякий случай его кабинет, зашел на заправку, и на обратном пути к проходной наконец то увидел своего товарища.
Майор Николаенко стоял перед забором с озадаченным видом, прохаживался время от времени вдоль забора, возвращался к выложенному бетонными плитами проходу между боксами и возвращался назад к забору. Постояв немного, Николаенко сунул руку в карман, вытащил из кармана небольшую плоскую фляжку, от души приложился и сунул ее в карман. Затем он сдвинул фуражку на затылок, подошел к забору и принялся снова что-то разглядывать, зацепился за плиту, попробовал подтянуться и заглянуть за забор.
Зубенко заинтересовало такое странное поведение друга, какое-то время он наблюдал за суетящимся Николаенко, затем подошел и хлопнул того по плечу.
— Ты чего тут исполняешь, Михалыч?
— А, это ты! Приперся наконец то, алкаш! — Обернулся Николаенко. — смотри какая тут хрень, я себе мозг чуть сломал!
Он отвел Зубенко к проходу между боксами и показал куда-то вниз.
— Смотри, какая хрень! Следы видишь? Вот тут с бетонки съехали!
Зубенко посмотрел вниз и увидел на земле следы гусениц, следы начинались от плит и уходили в сторону забора.
— Ну вижу! Ну съехал с плит кто-то! И что?
— Пошли к забору!
Он схватил Зубенко за рукав и потащил к забору.
— Смотри! Следы прямо под забор уходят! А забор целый! Как так-то?
Майор посмотрел вниз. И правда, следы не заканчивались на некотором расстоянии от забора, а уходили прямо под плиту.
— Не понял? — пробормотал Зубенко. — Дай ка, чего там у тебя!
Он протянул руку, глотнул из протянутой фляжки и вернул её хозяину. Тот тоже приложился.
— А с той стороны?
— А бес его знает! Не смотрел еще!
— Пошли посмотрим!
— Пошли! Слушай, тут без поллитры не разберешься! Пошли ко мне в кабинет заглянем, у меня там дежурная граната лежит, возьмем и пойдем разбираться!
— Пошли!
Они прошли через парк, зашли в кабинет к Николаенко, тот погремев ключами открыл сейф и вытащил оттуда бутылку коньяка, пакет ирисок и пару стаканов, налил в стаканы грамм по пятьдесят.