Я тебя предупреждал (СИ)

— Не поверишь? – тихо спросил, лишь бы спросить. Я хотел слышать ее голос снова и снова.
— Почему ты не интересуешься, зачем я здесь? – вопросом на вопрос.
— Ты приехала на конференцию? – и до меня внезапно дошло, что ей конференция по медицине нахрен не нужна. На кой она лингвисту?!
Ну Костик!
— Конференция? – она улыбнулась с лукавым блеском в глазах и положила ладони на мои плечи, пока я гадал, есть у неё что-то под халатом или только?.. – Что ещё наплёл этот болван? Я приехала к тебе, любимый…
Вдох полной грудью и выдох с невероятным ощущением, будто внутри сорвало пружину. Хлынула потоком жадная тоска, разорвавшая преграду и добравшаяся, наконец, до той, по кому стенала всё время, истязая мою душу.
Я смял её губы прежде, чем понял, что творю. Сжал на идеальных бёдрах ткань халата, едва ли позволяя себе дышать. От этой близости больно, но так хорошо, что даже в мыслях слов подобрать не смогу.
— Я так скучал… — шепчу в эти сладкие губы, которые снились мне каждую проклятую ночь, кусками выдирая из меня всё светлое, что я питал к Малой и выставляя мне же на обозрение, мол, наслаждайся, сука, знай, что оставил на далёкой русской родине. – Почему так долго… Почему так долго, Кэти? – спрашиваю, запуская пальцы в обожаемые мною волосы.
Моя девочка-кайф, моя девочка-наслаждение, девочка-безумие… Я столько эпитетов забыл с её отсутствием. Столько нежности спрятал на дне тёмного сундука, что таится в забытых частях души, куда не проникает свет обычной жизни.
Нет…
Подхватываю свою малышку на руки и несу в комнату, где не раз, предаваясь мечтаниям, воображал, что она рядом. Половину грёбаного года…
Не знаю, как достиг цели ни разу не запнувшись. Прижал Малую к простыням и принялся покрывать поцелуями доступные участки кожи, а те, что были недоступны, открывал, стягивая синюю ткань и продолжал целовать, задыхаясь в чувствах, что разрывали меня изнутри.
— Не тяни-и-и… — стонет тихо, задевая каждую мою нервную клетку этим будоражащим звуком.
Я хочу её. Боже, как же хочу её!
Стискиваю крепче, когда тонкие пальцы скользят по моей руке и плечу, вжимаюсь бёдрами в свою сладкую девочку, ощущая, что на всё-таки не надела белья. Не надела, потому что знала, чем всё закончится.
И я не выдерживаю. Просто не могу больше. Расстегиваю ширинку и достаю член, чтобы с нескрываемым в выдохе наслаждением провести головкой по влажным складками. Но прежде, чем все произойдёт, я хочу слышать главное.
— Скажи это, Кэти, — прошу я и тут же скольжу языком по твёрдому соску.
Мне нравится щекочущее ощущение. Оно возбуждает сильнее.
— Ма-а-а-акс… — уже откровенно скулит.
— Скажи мне.
— Я люблю тебя! – её ногти впиваются в мои плечи, немного отрезвляя, но меня только радует сей факт.
— Ещё, — требую и медленно скольжу членом по тугой горошине, прикосновения к которому заставляют её вздрагивать.
— Я люблю тебя! – шепчет хрипло, задрав голову и доверчиво подставляя шею. – Люблю. Возьми уже, наконе-е-ец…
И я слушаюсь. Плавно втискиваюсь в тугое горячее и нежное пространство и закусываю мягкую кожу на подбородке, потому что знаю, что ей нравится острая ласка ровно как и мне.
Протяжный стон прорвался в пространство, высвобождая наружу скопившуюся за долгие месяцы страсть. Я брал свою девочку медленно. Старался растянуть блаженные моменты, но чем дольше это длилось, тем больше понимал, что меня не хватит. Что я хочу торопится и брать её снова и снова. Хочу постоянно пребывать в наивысшей точке наслаждения. Целовать сладкие губы и сжимать упругие бёдра. Никого и никогда я не хотел так же сильно, как свою Кэти.
Девочка-кайф снова заскулила, умоляя дать ей кончить. Я чувствовал, как она сжимает меня. Прогибается в спине и хватает пальцами простыни. И тем сильнее я оттягивал пик. Хочу, чтобы было сильно. Хочу, чтобы она навсегда запомнила этот миг.
— Ты моя, Кэти, — заявляю, поймав затуманенный взгляд.
— Твоя, Макс, — подтверждает хрипло. – Пожалуйста… Пожалуйста!
 
И я даю ей наслаждение. Врываюсь быстрыми толчками и сам не выдерживаю силы оргазма, что накрывает на миг с головой, сдавливает горло и выгибает дугой. Малая тоже испытала звёздную бурю. Нахваталась яркой пыли и лежит сейчас едва живая.
Это было даже лучше, чем в мечтах. Гораздо лучше, чем в воспоминаниях. Разве могу я отпустить её теперь? Только через собственный труп.
Хмыкаю и целую её в губы, но уже через миг ложусь сбоку и сжимаю в крепких объятиях, чтобы просто сказать то, чего раньше не говорил, не желая, чтобы она знала: 
— Я люблю тебя.
И меня плющит от щемящей нежности, что льётся изнутри. Она моя.
Моя…
___________________________________________________________________________
Атон — солнечный диск, божество, зримая форма Ра или Ра-Хорахте
Баффи — «Баффи — истребительница вампиров» (англ. Buffy the Vampire Slayer) — американский молодёжный телесериал с Сарой Мишель Геллар в главной роли о судьбе американской девушки, обладающей сверхчеловеческими силами.
  
Эпилог
 
Полгода спустя. Осень. 
— Слушайте, а если я сейчас по-тихому пройдусь по коридору, выйду через задний двор и…
— Ты невеста! — заключила в который раз Соня, крутясь вокруг меня и поправляя прическу. Другими "очень" важными мелочами занимались остальные девчонки, потому что у Соньки живот уже довольно сильно выпирал и ей было неудобно. В голову закралась мысль, что скоро я сама буду ходить с арбузом вместо привычного плоского животика…
Поджав губы, я посидела еще немного, слушая обсуждение девочек и их радостные возгласы, а потом не выдержала:
— На кухне у нас широкие окна, и если я сию же минуту побегу к ним, открою и затем…
На этот раз Мася смерила меня тяжелым взглядом и напомнила:
— Ты невеста! Тебе нельзя.
— Ну вот почему мне нельзя, а? Я передумала! Не хочу замуж! Развожусь… нет, это еще рано… броса… в смысле кольцо отдаю обратно, — затем задумалась и поняла, что кольцо отдать все же не смогу. Сроднилась. И история его появления на моем безымянном пальце была тоже такая, что это воспоминание я ни за что и никогда не забуду и ни на что не променяю.
Почти два месяца назад мы с Максом крупно поссорились. Мне не понравилось то, как на него смотрела его новый партнер по бизнесу. Началось все колкой фразой с моей стороны, а закончилось все… Бурным примирением, когда Картер, не вытерпев, заткнул меня самым интересным способом на свете — поцелуем. В общем, очень хорошо мы тогда помирились. Настолько хорошо, что совершенно забыли про контрацепцию.
И настолько хорошо, что спустя три недели я держала тест на беременность с двумя полосками.
Моей первой мыслью тогда было "О Боже" и второй "У нас детской нет", а третья…
Ребёнок! Наш с Максом ребенок. Наша частичка, наше, только наше чудо.
Ребенок…
Я долго не могла прийти в себя. Просто до этого я совершенно не задумывалась о детях, а теперь… Теперь голова пухла от различных дум из серии "А если мы из-за имени с Картером подеремся?" и "Куда бить, чтобы парень согласился на все?".
Было весело и круто, пока до меня не дошло, что надо как-то теперь обрадовать папашу. Тут же, пододвинув радость, втесался страх, шепчущий, что он может быть против малыша. Я походила денек, снедаемая тысячами эмоций, а затем не выдержала.
— Как прошел твой день, Кэти? — вечером Макс привычно обнял меня, едва скинул туфли. Склонился к моим губам за поцелуем.
Я его обняла в ответ, чмокнула и, сгорая от нетерпения, выпалила на одном вдохе:
— Отлично! Я беременна, а ты станешь папой. Поздравляю!
Картер замер. Окаменел буквально. Медленно выдохнул и, побелев до состояния альбомного листа, попросил:
— Повтори.
Я несколько растерянно посмотрела на него и решила второй раз не травмировать нежную мужскую психику. Мало ли.