Княжич (СИ)

— С-сука! — Прошипел Волховский сквозь зубы, попытался встать, но понял, что ноги не распрямить. — Силы на исходе!
В подобном положении удалось создать некое подобие стойки, хотя бы верхней частью тела. Барьер снова обрёл целостность, но стал нестабильным.
— Долго вы будете возиться⁈ — Командир свирепо рявкнул в рацию. — Мы тут подыхаем!
— Нашли! — послышалось в ответ. — Работаем!
Случилось затишье, обстрел прекратился. На правом берегу, у «Севера», громыхали взрывы и слышалась стрельба: пулемётная, автоматная. Жилое многоэтажное здание вдруг покосилось, а затем обрушилось и пропало в облаке белой пыли. Княжич рухнул на колени, глубоко задышал, чтобы перевести дух. Плечо. Нужно проверить плечо.
— Всё! — отчиталась оперативная группа. — Миномётные расчёты уничтожены!
— Ваше сиятельство, что с вами? — Командир присел на корточки рядом с Волховским, и оглядел плечо. — Царапина. Осколок по касательной прошёл. Не беспокойтесь.
— Бывало и… — Усмехнулся княжич, прервавшись на полуслове. — Нет. Хуже не бывало. Мне нужно время, чтобы восстановиться.
— Хорошо, — одобрил командир. — Без вас мы могли передохнуть. Я выражаю вам благодарность от имени всей дружины, но расслабляться рано. На правом берегу какая-то чертовщина творится.
— Я слышу. — Князь уселся на землю рядом со зданием заправки, и притулился спиной к стене. — Как никогда хочется выругаться. Крепко выругаться.
— Так выругайтесь, — командир изогнул бровь.
— Задница, — скромно ругнулся княжич. — И простите меня за грубость. Я был не в себе.
— Бросьте, в бою это нормально — снисходительно ответил командир, взял рацию, и спросил в неё: — Оперативная группа, что происходит на правом берегу?
Тишина.
— Оперативная группа, чтоб вас! — с напором повторил командир. — Вы там уснули?
Снова тишина. Даже звуки выстрелов стихли. На правом берегу в небо валили густые столбы чёрного дыма. Машины горели. Много машин. И дома.
— Группа Волховского, пятому на связь, — послышалось в рации командира.
— На связи, — ответил командир.
— Уходите с левого берега, — сказал пятый. — Кем бы этот хрен в каменной броне ни был, он перекрошил половину Красногвардейского отдела. Триста человек полегло. Остальным приказали отступать. Мы сейчас ждём, пока не подтянутся вояки, и не пригонят тяжёлое вооружение.
— Триста? — Командир ушам своим не поверил. — С такой скоростью?
— Тут не район теперь, а каменные джунгли. Он всё в руины превратил. Пули этого ублюдка не берут, гранаты тоже. Никакие. Ни слезоточивые, ни светошумовые. Вы не справитесь.
— У нас есть крупнокалиберные пулемёты, которых у вас на вооружении не числится, — ответил командир.
— Ты меня не слышал? Говорю — пули его не берут. Тут тяжелое вооружение нужно. Противотанковое. Или авиация с бомбами и самолётными пушками. Истребители, вроде как, готовят ко взлёту, но я не уверен. В общем, бегите оттуда, пока кости целы. Это уже не наша забота. Сдерживать велели, только если он попытается пределы Невско-Красногвардейского кольца покинуть. Дворяне собираются магов подтянуть, но пока они доберутся — сам понимаешь. Перещёлкают нас тут.
— Я понял, — вздохнул командир. — Спасибо. Конец связи.
— Командир, — снова рация. — У нас десять тяжело раненых, семь убитыми, ещё хрен знает сколько контузило в машинах. Оказываем первую помощь, вкалываем стимуляторы. Но парни уже толком не боеспособны.
— Увозите их отсюда, — велел командир. — Им тут делать нечего.
— Уводите всех. — Княжич нашёл в себе силы встать, и размял плечо — кровотечение прекратилось, вроде. — Обеспечьте эвакуацию района. Ему нужна станция, а не вы. Он хочет нанести удар прежде всего по нашей семье, так что я стану отличной приманкой, пока вы уходите с гражданскими.
— Группа Волховского, триста сорок четвёртый, Князю на связь, — в рации послышался голос Волховского-старшего, и княжич обрадовался ему.
— На связи, ваше сиятельство, — ответил командир.
— Мы отбили трассу в Петербургскую область, — произнёс Князь. — У вас там что? Я слышал переговоры.
 
— Еле пережили обстрел. Ваш сын отлично справился, и спас наши шкуры. Законники говорят, что валить надо.
— Через полчаса подойдут истребители, и дворяне с магией, чтобы уложить выродка, — это князь. — Сейчас хватайте кого можете, и отступайте. Законники помогут с эвакуацией.
— Эвакуацией района? — не понял командир.
— Города. В Петербургскую область, — ответил Князь. — Заправки горят по всей стране. Пока мы светили красивыми костюмчиками на роскошных приёмах, яки годами копили силы прямо у нас под носом. Непонятных сторонников революции тоже порядком вылезло. В общем, война началась. Больше нет смысла класть головы за мои активы, потому что их не осталось. Безопасность гражданского населения в приоритете.
— Вас понял, — ответил командир.
— Что с моим сыном?
— Он в порядке. Только получил лёгкое ранение. Ничего серьёзного.
— Крепче будет. Дай ему станцию.
— Держите, — командир протянул рацию Волховскому. — Дождитесь, пока корреспондент не закончит передачу. Ждите пару секунд. Затем зажимайте эту кнопку, чтобы говорить. Тут всё немного сложнее, чем со смартфоном.
Волховский взял станцию, кивнул, и произнёс в неё:
— Я здесь, отец.
— С почином, — сказал князь. — Если ранили, значит вляпался в серьёзную передрягу. Рассудок сохранил?
— Более чем, — ответил княжич.
— Уходи вместе с дружинниками.
— Не могу.
— Не понял. С этого места поподробней.
— Маги и истребители будут только через полчаса. Минут за пять-семь этот каменный хрен сравнял с землёй несколько кварталов и убил триста человек. Если бои идут по всему городу, то не получится стянуть сюда резервы, чтобы защитить гражданских.
— В героя решил поиграть? Ты же понимаешь, что мне надо зачистить весь город от яков в одиночку, что даже с моей скоростью займёт время. Я не могу перемещаться на бесконечно длинные дистанции. У меня не получится тебе помочь, во всяком случае быстро.
— Если я уйду, он может убить ещё триста человек. Или больше. Разве будущий князь может допустить подобное?
— Ты стратегически важный человек. И тебя надо эвакуировать в первую очередь. Так что не выделывайся, и уходи.
— Что во мне важного? — возразил княжич. — На что и на кого я влияю? На мир своих фантазий? Я всю жизнь витаю в облаках, всю жизнь мечтаю создать нашей семье доброе имя фантастическими способами, а теперь, когда у меня появилась возможность сделать что-то по-настоящему важное, ты говоришь мне отступать? Это не приказ правителя, а приказ отца единственного сына. Ясно ведь, что я расставил приоритеты так же, как и ты. Ведь никто тебе не мешает бросить людей на погибель, чтобы спасти мою бесценную задницу сию же минуту. Ты пытаешься нивелировать потери среди дружинников и гражданских, так позволь помочь в этом.
Некоторое время князь молчал. Обычно Волховский-младший был более-менее покладистым, а тут, с чего-то вдруг, взъерепенился. Княжич больше не хотел, чтобы кто-то умер из-за него. Во время первого покушения от рук Каменной шестёрки полегло немало дружинников, и становилось паршиво от мысли, что к ним на могилы теперь ходили овдовевшие жёны, и осиротевшие дети. «Нет, — подумал княжич. — Больше я подобного не допущу!»
— Что ты намерен делать? — князь наконец подал голос, когда понял, что спорить бессмысленно.
— Сдерживать его, пока не придёт помощь. В идеале — убить.
— Если поймёшь, что не справишься, беги. Не стоит превращать подвиг в бессмысленную смерть. Жди подкрепление. Я приду, если успею. Конец связи.
— Спасибо. — Княжич протянул станцию командиру.
— Станцию оставьте себе, ваше сиятельство. — Командир отвёл руку с рацией. — Вам сообщат, когда подкрепление будет на подходе. Только дайте мне заблокировать циферблат, чтобы вы случайно не перескочили на другую частоту… Вот, готово. Вы уверены, что хотите остаться?