Бесы (СИ)

Юна вздохнула и кивнула Акселю.
— Ну что, пойдём, поможем Лавру? — сказала она.
Аксель с готовностью встал и наклонил голову, как будто соглашаясь.
Она запустила руку ему в шерсть и, таким образом держась за него, направилась к порталу. К инструкции по прохождению она отнеслась серьёзно и собиралась ей следовать. Они вошли в портал. И когда Юна уже сделала шаг в этот светящийся круг, удивляясь самой себе, что она совершенно не боится, до неё донёсся издалека голос Лады:
— Юна, стой!
Но остановиться она уже не могла, потому что окружающий её мир исчез.
Лада проснулась резко. Она уже знала, что происходит что-то плохое. Вскочив, она бросилась из дома, где ночевала, и побежала туда, где жили Юна с Акселем. Выбежав на берег, она увидела вдалеке большой, голубой, светящийся круг, в который как раз входили Юна и Аксель.
— Юна, стой! — закричала Лада, но было уже поздно.
Фигуры исчезли внутри, а сам круг стал резко терять яркость и начал истончаться.
«Кто-нибудь может мне объяснить, что вообще происходит? Мне кажется, что мы потеряли контроль над ситуацией. Этот Артур неуправляем!», — обратилась она к своим соплеменникам. Но шторм затруднял прохождение сигналов, ещё и Лес накладывал свой отпечаток, так что она даже не поняла, услышали её или нет.
— Проклятый Лес, — пробормотала она, усаживаясь на лежащее рядом бревно, — но этому Артуру он, похоже, не помеха! — с досадой добавила она.
Ситуация и в самом деле плохо контролировалась изначальной расой. У них был свой план, которому они следовали. Да, иногда его приходилось корректировать в связи с появлением новых обстоятельств. Но чем дальше, тем больше количество ошибок и непредсказуемых поворотов нарастало. Контроля было всё меньше и казалось, что всё погружается в хаос.
Но были среди них и те, кто считал, что всё идёт как надо. Да, не совсем так как планировалось, но результат в целом укладывается в желаемую схему. И не то что не вредит осуществлению долгосрочной стратегии, а даже помогает.
Но Ладе эти рассуждения не очень нравились. «Посадить бы этих умников в Лес на месяцок, пусть почувствуют себя так же беспомощно как я, посмотрим, как тогда запоют!».
Ей потеря контроля совершенно не нравилась. Хотя она должна была признать, что к этой самой потере и сама приложила руку. В эпицентре событий постоянно находилась её дочь и связанные с ней люди. Они вскрывали застарелые язвы изнутри, ускоряя течение болезни. И в целом, всё могло бы быть нормально, если бы не этот информационный шторм, который ещё даже не достиг своего пика. Просто из-за него они как будто оглохли, ослепли и онемели. Они лишились тех инструментов коммуникации, которыми пользовались тысячи лет.
Ну, или почти лишились. Пока ещё этим всем было возможно пользоваться. Но вот надолго ли? Есть шанс, что через какое-то время они ничем не будут отличаться от обычных людей. И продлиться это может неизвестно сколько. Этого не знал вообще никто. Может день, может месяц, а может и столетия. В одном все были более-менее уверены, в том, что это не навсегда. Но сейчас от этого было не легче.
— Всё-таки нельзя было оставлять Юну одну, — расстроено покачала головой Лада, — не от всех опасностей Аксель её может защитить, как оказалось.
Она увидела идущую по берегу фигуру. Это был Спас. Шёл он быстро, видимо тоже почувствовал неладное. Она сидела и ждала его.
— Что происходит? — спросил Спас подходя, — над какой ситуацией мы потеряли контроль, кто такой Артур и почему он не управляем?
Лада удивлённо приподняла брови.
— Ты слышал, что я сказала? — спросила она.
— Ну да, ты это разве не мне говорила? — удивился он.
— Нет. Но то, что ты это услышал, это очень интересно, — сказала она, — так ты не знаешь про Артура? — добавила она мысленно.
— Нет, — так же мысленно ответил он.
Она внимательно на него смотрела, пока, наконец, до Спаса не дошло, как они обменялись последними фразами.
— Мы что, разговариваем телепатически? — так же мысленно попробовал сказать он и у него это получилось.
 
— Получается, что так, — ответила Лада, — и это удивительно!
— Так что случилось? — вдруг вспомнил Спас.
— Юна и Аксель исчезли, — ответила Лада. Они продолжали вести диалог мысленно и со стороны могло показаться, что они просто молча смотрят друг на друга.
— Как это исчезли? — спросил Спас.
— Долго объяснять, — вздохнула Лада, — они ушли через портал, который создал, скорее всего, Артур. А вот куда они ушли, зачем и насколько мне неизвестно. Остаётся только надеяться, что ничего страшного не происходит.
— Так кто такой этот Артур? — спросил Спас.
— Это человек, прошедший через нечеловеческие страдания, и теперь ставший… не знаю как объяснить… ставший реактором. Тем самым, экспериментальным. Ставший сознанием этого самого реактора. И этот реактор Артур ведёт какую-то свою игру. Мы пока не совсем понимаем его цели. Возможно, он хочет как лучше. А может он просто спятил за многие годы мучений.
— И что же за мучения он испытал? — спросил Спас.
— Несколько столетий сидел на одном стуле, наедине с самим собой, — сказала Лада.
— Когда говорят про мучения, представляется что-то более… жестокое что ли… — сказал Спас.
— А ты думаешь это не жестоко? Это же ад, в чистом виде. Ты представь, столетия! Столетия сидеть и не иметь возможности вообще ничего делать! Только думать! — сказала Лада.
— Ну да, если представить, то это страшно! — согласился Спас.
— Говорю же, ад! И человек прошедший через это, сейчас получил неограниченные возможности. И как он ими распорядиться, никто не знает. Вот куда он забрал Юну и Акселя? — сказала Лада.
— А ты уверена, что это он? — спросил Спас.
— Да, феномен порталов это одна из технических возможностей, которые открываются при работе реактора. Но это очень сложный механизм, который пока никто толком не понимает, даже мы. Там нет кнопки включения и выключения. С этим реактором нужно выстраивать диалог, общение. А что у него на уме… это чёрный ящик… — сказала Лада.
— И в этом ящике сидит Артур, человек прошедший через ад и вполне возможно сошедший с ума, — сказал Спас.
— Вот именно! — сказала Лада, — давным-давно, когда люди только открыли атомную энергию, они тоже плохо умели ей пользоваться. Сначала они научились эту энергию высвобождать. А это что?
— Взрыв?
— Именно, взрыв! Но потом взяли под контроль и стали учиться держать это взрыв взаперти. Управлять процессом. Но на это ушло много времени, произошло много аварий, прежде чем атом стал таким безопасным как сегодня, — сказала Лада.
— И этот реактор это новый вид энергии? — спросил Спас.
— Это больше чем энергия. Это то, что ещё только предстоит постичь и понять. Через много лет, это будет рядовым явлением. Очень понятным и управляемым. Но пока что это неконтролируемая сила, размер которой мы даже не знаем, — сказала Лада.
— А она может оказаться не такой страшной, как кажется? — спросил Спас, — может быть, просто у страха глаза велики?
— Может быть и такое, — Лада с интересом посмотрела на Спаса, — но даже те возможности, которые сейчас открывает реактор, удивительны. И порталы это верхушка айсберга. Просто человечество подошло к рубежу, когда эти открытия должны быть сделаны.
— А когда ты говоришь «человечество», ты кого имеешь ввиду? — спросил Спас.
Лада улыбнулась.
— Всё человечество, — сказала она, — и нас, и вас и бесов. Всё человечество подошло к рубежу. И прежде чем через этот рубеж переступить, нам нужно объединиться и навести порядок.
— А это возможно? — спросил Спас, — навести порядок-то? Слишком большой масштаб. Как это всё контролировать?
— Полный порядок, конечно, невозможен. Даже мы, изначальная раса, несмотря на относительно небольшое количество, не можем навести полный порядок в своих рядах. Но порядок должен быть доминирующим. Отсутствие порядка должно быть погрешностью, а не правилом. А вот это нам вполне по силам. И мы активно работаем в этом направлении, — сказала Лада.