Отбор для лорда, или Медовница не желает замуж (СИ)

Джер, наверное, снова задержался на отборе и традиционном обеде с претендентками на выгодное замужество.
Я представила себе, как он среди расфуфыренных девиц и кавалеров, такой же расфуфыренный, танцует, наверняка заглядывает в вызывающее декольте, прикладывается к ручкам в кружевных перчатках.
Видела я в глянцевом журнале картинки с этих помпезных мероприятий. Эти размалеванные курицы, считающие себя самыми изысканными и желанными.
Чтобы я стояла среди них⁈
Фи, никогда не соглашусь появиться на таком балу.
А Джера все нет. Возможно, решил посетить вечеринку для холостых мажоров.
Не зря же его так приглашал внезапный и нежеланный, судя по всему, гость Джера.
Мне вспомнилась встреча с тем неприятным типом.
Как его? Анус, Анес… Да плевать, как его зовут, лишь бы не видеть таких потом, когда я открою ателье и начну рекламиться. А то еще припрется в ателье одежду заказывать, и не откажешься. Бизнес есть бизнес.
Клиент всегда прав. А ты, обслуживающий персонал, терпи и выполняй прихоти вот таких индюков.
«Но я не собираюсь шить такую безвкусицу, которая была на нем во время визита, я такое в страшных снах бы не представила, тем более не стала предлагать никому».
Я от нечего делать открыла хладоларь, решив поболтать с Фрустом.
— Фруст, скажи, а зачем ты лопаешь карамельки?
— Углеводы, сахара, крахмал, белки, жиры в моем организме превращаются в лед с помощью магической установки, и я охлаждаю замкнутое пространство, вообще-то, а не весь этот мир. — возмущенно завращал тремя глазами хладник. — Арелла, закрой, пожалуйста, дверь с обратной стороны и не трать мою энергию на простую болтовню, бери мясо и жарь отбивные.
— А чего это сразу мясо? — деланно возмутилась я. — Может, я хочу тыкву запечь с яблоками. Или…или кабачки пожарить… и с чесноком? — смеясь, заявила я, зная вспыльчивый характер Фруста, стала вызывать его на поболтать, ну или хотя бы поспорить.
— Какая тыква? Мужика надо мясом кормить, чтобы он был сильным. А если травой кормить будешь, то он и будет, как трава, ни рыба ни мясо. Так что выбирай: рыба или мясо.
— Ни рыба и ни мясо, — фыркнула я, вытаскивая из нижнего ящика пакет с творогом. — На ночь не полезно есть тяжелую пищу, это ты у нас обжора. Лучше сейчас легкую запеканку приготовлю с творогом и медом. Для себя. — добавила с вызовом. — А ваш мужик пусть питается в своем дворце устрицами и хамонами.
«Женится на достойнейшей из достойных, отрастит себе пузик, нацепит корону и будет властвовать». — я тяжко вздохнула.
«Мнда, нерадостная перспектива у нашего Джера, — раздался знакомый голос в голове. — Это ты от большой любви, Арелла, ему такое желаешь? Неужели он так тебе неприятен? Мой хозяин прекрасный молодой человек. Он идеально сложен, умен, образован, богат. Он знает, чего хочет в этой жизни. Неравнодушен к тебе. Не пойму, чего тебе не хватает? Я же вижу как вас тянет друг к другу. Кхе-кхе, простите великодушно, не удержался». — в голове образовалась пустота.
Хранитель, видимо, испугался. Никогда он не позволял себе подобных высказываний, а тут вдруг прорвало. Мне стало не по себе от его слов-мыслей. Вдруг он прав, и я веду себя словно избалованная девочка, набивавшая себе цену. Как все сложно.
— Мне всего хватает, только… я не та, кто ему нужен. — снова тяжко вздохнула я. — Хранитель, я не сержусь, — попыталась я вызвать старого умника на разговор, но он затаился.
Хотя, почему старого? Может, он и не старый вовсе? Чтобы быть умным, необязательно быть старым. Можно и в молодые годы быть умным, а иные и в старости дурнее, чем в молодости.
Так, Арелла, хватит думать о всякой ерунде. Лучше подумай о том, что ты будешь говорить Джеру, если он не захочет тебя отпускать?
Я съела творог. Такая лень была готовить запеканку. Это ж возиться надо.
Я не лентяйка, конечно, но тут… наверное, отсутствовала мотивация.
Вот если бы Джер попросил, я бы, конечно, и запеканку, и рыбу, и мясо приготовила.
А для себя… я бы, наверное, и сухарем с водой поужинала.
 
Так что я просто залила творог сливками и полила медом.
Я вышла в столовую и направилась к лестнице на второй этаж, задержалась на мгновение у двери в кабинет Джера, прислушалась, вдруг услышу, как Джер ходит по комнате. Но нет. Тишина.
'И где тебя носит, самозваный Апис, когда твоя медовница страдает в одиночестве и сходит с ума, волнуясь. — я почувствовала, как заныли ноги.
«Ох, только не сейчас», — не зная, каких богов попросить, взмолилась я, только представив, что снова начнутся судороги.
Я бы могла сходить за лечением к пчелкам, но была ночь, мои личные лекари спали, а их хозяин где-то шлялся.
Я поднялась на середину лестницы, когда в кабинете Джера раздался грохот, словно свалился книжный шкаф.
Не задумываясь, я рванула назад, распахнула дверь в комнату.
О Улий! Я успела услышать громкие крики из захлопывающегося портала. На его месте осталось только легкое серое облачко.
Джер сидел посреди комнаты на ворсистом сером ковре.
— Вот вам, — показал закрытому порталу Джер комбинацию из трех пальцев и сделал круговое движение. — Попробуйте теперь проникнуть в мой дом, проходимцы, санкция запрета, — пробормотал, сплетая заклинание и разгоняя дымку.
Заметив меня, поднялся и шагнул к креслу, плюхнулся и закрыл ладонью лицо, упершись локтем о подлокотник. Зарычал.
— А ты забияка! — громко заметила я, обратив внимание на сбитые костяшки пальцев и порванную рубашку в крови.
— Ага, — он убрал руку и поднял голову, попытался мне подмигнуть и скривился.
Я ахнула. На пол лица разливалось багровое пятно с кровоподтеками, глаз начал заплывать. Я подскочила к Джеру.
— Кто это сделал? Джер? Кто посмел… сына лорда…
— Я посмел, Ари, я первый начал физическое насилие… но не физическое начали они… — странно протягивая гласные, произнес он.
Я принюхалась. Ощутила странный аромат, витающий в воздухе.
Это что, кислый алкогольный душок? Джер расслаблялся и переборщил с веселящими напитками? Странно, мне казалось, что Джер устойчив к этому злу.
— Ты пьян?
— А что? Нельзя? Больше не буду! — глупо улыбнулся он и раскинулся в кресле, протянув ноги. — Я не пьян, Ари, мне подмешали в морс дурное зелье, чтобы я совершил самую большую ошибку в своей жизни, я чуть не трахнул одну гадину, но вовремя очнулся, что-то они не учли, вот. Но… — попытался он сесть ровно и, покачиваясь в кресле, поднял вверх указательный палец. — Ты моя медовница, и ты должна меня излечить, как я тебя при первой нашей встрече.
— Как? — удивилась я.
— Любовью, — с вызовом произнес он, — и лаской. То, чего я давно жду и никак не дождусь.
Ну все ясно. Эта сцена напомнила мне нашего пьяненького папашу. Он тоже всех любил и жалел и просил к себе того же.
— Джер, снимай, — кивнула я на порванную рубашку.
— Что? Нет! Ари, я не готов… я… не сейчас… я не такой, — растерянно и возбужденно одновременно забормотал Джер, слегка протягивая гласные.
— Я не про то, — я покраснела и разозлилась на себя за это. — Не знаю что ты там себе напридумал, я просто зашью рубашку, хотя, ты же лорд, — эту фразу я произнесла с особым ударением. — Ты можешь позволить себе рвать дорогую одежду. Надеюсь в будущем ты и твоя семья будете моими заказчиками. Ох, я обогащусь! — не удержалась я от сарказма.
Джер, кажется, совсем не обратил внимания, каким тоном я произнесла последние слова. Стал расстегивать блестящие пуговицы, попутно марая в кровь дорогой белый батист.
— Конечно, будем… и бубу… я буду самым главным и единственным твомим заказчиком.
Он скинул рубашку и протянул ее мне. А я снова залипла на его смуглом накаченном теле, на кубиках, красовавшихся аккуратными рядами, и темной дорожке волос, опускавшихся под пояс брюк.
— Скажи Джер, ты дрался с женщиной? — рассмотрела я на плечах и животе глубокие сочащиеся царапины.
— Нет… — неуверенно ответил он. — Женщина была, но мы не дрались…с ней.