Отбор для лорда, или Медовница не желает замуж (СИ)

— Знаешь, что, милый Фруст, я бы посоветовала тебе не хамить, а то как возьму и останусь, что будешь делать?
— То, что и всегда, хладоларь морозить, — Фруст протянул руку-канат, зацепил дверцу, с силой потянул и захлопнул дверь.
«Что это было?» — я присела за стол, отпила морс.
— Доброе утро, соня! — Джер, уже без балахона, показался в дверях, прошел и сел напротив. — Выспалась?
— Угу, — чуть не поперхнулась я.
— Уже позавтракала? — заметил он пустую тарелку.
— Угу, — снова ответила я.
— В нашем доме завелась сова? — кивнул он.
— Нет, в нашем доме завелись заговорщики.
— Я тоже в их команде?
— Конечно. Ты их главарь.
— Даже так. Ну тогда это отлично. Если не можешь остановить заговор, стань во главе. — еще секунду назад Джер улыбался, но вмиг стал серьезным. — Арелла, через три дня заканчивается отбор невест. Я выбрал себе жену и хочу ее видеть во дворце лорда на завершающем балу. Я желаю прилюдно объявить об этом. Но… я также не хочу на нее давить и заставлять. Я знаю, что у нее есть свои планы на жизнь, и не хочу, чтобы она потом жалела, что связала свою жизнь со мной. Быть женой лорда не просто, а медовницей тем более, это не только честь и привилегии, это еще и ответственность, на мне и на моей паре ответственность за наш народ, за наш мир. Тебе решать, хочешь ли ты разделить со мной свою судьбу. Это твое решение. Я приму любое. — Джер, не глядя на меня, встал и вышел из комнаты.
Я осталась сидеть истуканом. В голове роились, путались, сталкивались мысли в беспорядочном движе.
«Что делать? Какое решение принять? Хочу ли я отказаться от своих планов ради Джера? Смогу ли быть медовницей? Это он мне так предложение типа сделал? А где брильянт, или рука и сердце? А как же любовь? Любит ли он меня или ему просто нужна жена? Любая? А, нет, он же сказал, что я медовница, значит, избранная. Но снова вопрос: "А как же любовь?»
Джер вернулся. На столе передо мной появился объемный кошелек с деньгами. Они глухо зазвенели, стукнувшись о поверхность через кожу.
— Это твои заработанные деньги, — ответил он на мой вопросительный взгляд. — Ты вправе взять их, и я отправлю тебя в любую точку нашего мира. Я помню свое обещание. И держу. Я заметила, как дернулся его кадык, пятнами пошла шея.
Я молчала. Джер тоже. Мне казалось, все вокруг замерло в ожидании моего ответа. Как же мне хотелось сказать: «Да, я остаюсь, я согласна», но его упрямое условие явиться на бал…
Я на миг представила себе расфуфыренных куриц, когда Джер объявит меня своей медовницей, недовольные лица придворных, возможно, его отца. Мне стало страшно. Страшно, что я не справлюсь с возложенной на меня надеждой. А вдруг я не стану идеальной леди и не смогу стать достойной опорой Джеру? Даже Фруст обругал меня.
Кровь прилила к лицу, по телу прошла нервная дрожь, я почувствовала мелкий тремор своих пальцев.
— Я подумаю. — поднялась и вышла из комнаты, забыв взять деньги.
  
Глава 15
 
Я растерялась, честное слово.
Я не могла понять — я больше оскорбилась или рассердилась?
Нет, не таких слов я ждала от Джера. Если уж он хотел связать наши жизни, то мог бы сказать то же самое, но другими словами.
Я когда-то читала любовные романы, и в них все было по-другому. Сначала признавались в любви, а потом звали под венец. А Джер…
Джер предложил стать женой лорда. О любви даже не заикнулся. Куча слов о долге, чести и ответственности. Быть женой лорда почетно. Это я поняла. А дальше что? Прощай планы про ателье, мечты о любимом мужчине, крепкой семье и долгожданных детях?
Да здравствует государственная служба в качестве жены, где на первое — интересы мира, на второе — интересы страны, а на третье — интересы лорда и его лордовского семейства?
— О Улий, как все сложно. Джер, ну неужели ты не мог мне предложить это все другими словами? — заскулила я и плюхнулась на постель. — Где твое «я тебя люблю», «хочу быть с тобой», «ты мое сердце»? Одни вопросы, на которые нет ответов.
 
Я лежала на спине и смотрела в потолок. Мне казалось, что я умерла и никто этого не заметил.
Перед глазами крутились картинки нашей первой встречи, общение за завтраками и ужинами, на пикнике, когда он готовил шашлык, сцена в бассейне. Его крепкая надежная рука в тоннеле. Я перевернулась на бок и замерла в позе эмбриона.
— О Улий, какой же мой Джер красивый. И желанный. — уткнулась я в подушку носом. — Неужели я влюбила-а-сь? Безответно, вот же дурочка-а. — заметила, что подушка вмиг стала мокрой. — Я что, плачу?
В голове вдруг раздался мягкий шепот.
'Арелла, ты не так поняла Джера, — активизировался Хранитель. — Все эти романы сплошная выдумка, а для моего хозяина эти слова дорогого стоят, он лорд, как ты не понимаешь, он не может взять в жены кого попало, и если он выбрал тебя, значит любит тебя.
Нужно судить не по словам, а по поступкам. Какие же иногда бывают глупые женщины.
Он замолчал.
А я вспомнила встревоженное лицо Джера, когда меня чуть не убили заклятьем. Ну не мог он притвориться, он испугался тогда и волновался искренне. Я чувствовала.
Интересно, а Джер уже знает, кто это был? Как же больно, почему так печет в груди?
Устав плакать, я уснула. Проснулась в полдень. Вот правду говорят, сон лечит.
Я приняла решение.
И пусть Джер не признался мне в любви, достаточно моих к нему чувств, и вообще, он все это время относился ко мне по-доброму. И если не сказал мне, что любит, то потом обязательно скажет. Я не верю, что я ему не нравлюсь. Он мне говорил об этом… намекал… И его поцелуи, его руки…
И если я его попрошу, он позволит мне заниматься любимым делом.
Вскочив с постели, я понеслась вниз. Подбегая к кабинету Джера, я услышала неясный шум и распахнула дверь. В углу светилась закрывающаяся арка, Джер ушел во дворец.
— Джер! — метнулась я к порталу. Не успела. Легкое облачко взметнулось под потолок, горячий воздух хлестнул по лицу. Я бессильно сползла на ковер. — Джер! Я согласна! — пролепетала я в пустоту.
От осознания, что я приняла решение, кружилась голова, кровь в венах, кажется, кипела, мне хотелось бежать вслед за Джером, куда бы он не отправился.
Я не хотела слушать Хранителя или спорить с Фрустом.
Я не могла находиться в доме, мне нужен был простор, свежий воздух.
Поэтому я пошла к пчелкам. Я знала, что там я найду успокоение, пока не вернется Джер.
Когда я спустилась на поляну, «девочки» летали низко между ульями, жужжали, но когда я появилась, сели на крыши своих домиков и настороженно загудели, словно обсуждали мое присутствие.
Я села на траву, расправила платье на ногах.
Сегодня я обнаружила на постели сарафан из мичугенского шифона салатного цвета. Дорогое платье, и ткань, и работа с эксклюзивной вышивкой по низу юбки и рукавах выдавали опытную мастерицу. Такие наряды шила моя крестная, и я могла бы утверждать, что это ее работа, но такое вряд ли было возможным. Как такой шедевр мог бы попасть к Джеру?
«Девочки» заволновались, я поняла это по их громкому гудению.
За спиной послышался хлопок, я обернулась. На площадке перед ступенями на террасу открывалась арка.
— Джер, — я подскочила, кинулась навстречу и чуть не упала, споткнувшись.
Из портала вышел Алес. Одетый как всегда безвкусно в шелковые синие брюки и льняной желтый сюртук (о Улий!), он сразу нашел меня глазами и улыбнулся. Его картошечный нос с последней нашей встречи, кажется, расплылся, а на лице виднелось огромное фиолетово-синее пятно. Я вспомнила вчерашнее фееричное возвращение Джера. Сомнений не возникло, но нужно будет присмотреться к ноготочкам гостя. Алес развернулся и протянул руку прямо в пространственный коридор. Вместе с его рукой из портала появилась женщина. Она наклонилась и светлые длинные волосы закрыли лицо, рассыпались по плечам под кроваво-красным платьем.
— Арелла, как приятно снова тебя видеть, — на ходу говорил Алес, глядя немигающим взглядом. — Позволь представить тебе мою сестру, Эбету. Она давно мечтала с тобой познакомиться.