"Фантастика 2023-163". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Нет, конечно. Мне хватает того, что ты рядом, а поужинать можно и в парадной.
— Спасибо! Ты у меня такой замечательный, — снова чмокнула меня в губы Катерина. — Поедим? Ты, наверное, голодный?
— Голодный, но сначала сюрприз.
— Какой?
— Повернись.
Девушка развернулась ко мне спиной, и я надел ей на шею бриллиантовое ожерелье.
— Ты сдурел?! Это же очень дорого стоит!
— Повернись.
Катя повернулась, и я вручил ей кольцо и сережки.
Она тут же надела их и подошла к ростовому зеркалу.
— Как краси-и-иво! Спасибо! Но зачем ты так потратился?
— Это компенсация за мое опоздание. Я же тебе говорил, что у меня была очень важная и очень денежная поездка. Не мог же я оставить свою девушку без подарка.
— Ты самый лучший! А в коробке что?
— Загляни.
— Ой, какие красивые, мне их сразу надеть?
— А где Денис Миронович?
— В саду возится. Сказал, что часть работ с нашими… то есть с твоими растениями, нужно выполнять в темное время суток. Ладно, ты голодный, давай сначала поедим, потом поднимемся наверх.
Мы сели ужинать. Я зажег свечи, налил нам вина, а Катя разложила еду в тарелки.
— Виделся сегодня с твоей мамой.
— Что-то продал роду Фроловых?
— Да. Она выкупила часть трофеев с аукциона.
— Это хорошо. Артефакторы очень хвалили твою первичную обработку.
— Елена Игоревна предложила мне заключить союз между родами.
— Отличная новость, и что ты ответил?
— Я согласился. Достигнута предварительна договоренность.
— Замечательно, когда оформление договора?
— Я настоял, чтобы союз был без заключения договора на бумаге.
— Значит союз на доверии. Еще лучше. Милый, ты у меня очень умный и все делаешь правильно. Надеюсь, тебе предложили рекомендацию нашего рода при создании твоего.
— Это одна из основных причин, по которым я согласился на союз.
— Когда мы с тобой улетаем в Москву?
— Зависит от того, как скоро я найму прислугу, но мне необходимо участвовать в тренировке на игровом полигоне за два дня до начала состязаний.
— А жить где будешь? Мама и бабушка приедут только к финалу состязаний, так что Московское поместье в нашем полном распоряжении.
— Заманчиво. Пожалуй, я соглашусь. Только надо будет заехать в гостиницу. Отметиться и предупредить Германа Александровича.
— Хорошо. Ты поел?
— Да.
— Тогда пойдем наверх, мне уже не терпится.
Катя встала, взяла меня за руку и потянула в спальню. Когда мы оказались в комнате, я попросил ее.
— Разденься первой.
Она сняла с себя платье, нижнее белье и, встав в очень привлекательную позу, выпятила грудь, закусила нижнюю губку, а потом спросила:
— Нравлюсь?
— Очень, — честно признался я. — Повернись, пожалуйста.
Катя повернулась ко мне спиной, и слегка развернулась в мою сторону, согнув правую ногу в коленке и смотря куда-то на стену, но при этом косясь на меня боковым зрением.
Я достал еще один футляр, вынул из него золотое колье с изумрудами и надел его на шею девушки.
— Еще одно!!! — резко развернувшись в мою сторону, удивилась Катерина.
— Я не мог определиться какое из них тебе лучше подойдет. А теперь вижу, что на голом тебе изумрудное колье сморится лучше. Это сережки и кольцо.
Девушка надела подарки.
— Как я тебе?
— Ты обворожительна!
— Правда? Пойду, гляну, — прощебетала она и выбежала из комнаты голышом.
— Стой! — хотел было остановить ее я, но не успел. Катя уже открыла дверь и выбежала в соседнюю комнату. В этой комнате, по понятным причинам, зеркал не было. А вот в соседней имелось большое ростовое зеркало. Вот только, я по привычке следил за всем поместьем и видел, как сюда для чего-то поднимался Денис Миронович. Вот он-то и застал выбежавшую голышом Катерину. Она, не обратив на него внимания, просто прошмыгнула в соседнюю комнату, а вот мой управляющий застыл колом, увидев прелести моей любовницы.
У Фроловых в роду матриархат. И честно говоря, я не знаю ни одного мужчину, который бы стеснялся своей наготы перед служанками. По этой же причине и Катя не стала визжать и прикрываться, а просто побежала дальше.
 
— Денис Миронович, я полагаю вам лучше попозже зайти, — обратился я к управляющему, на которого страшно было смотреть. Бедолага только что пережил такой стресс, который он не переживал даже на войне.
— Да-да, конечно. Лучше попозже, — ответил он и, развернувшись, припустил в сторону лестницы на первый этаж.
— Как он там? — поинтересовалась Катя, когда я вошел в комнату.
— Бледный, как смерть.
— Я такая страшная?
— Скорее наоборот ты настолько красива, что твой образ в обнаженном виде будет преследовать его еще долго. Если бы я тебя в первый раз в таком виде узрел, я бы тоже потерял покой и сон. Хорошо, что ты на посвящении была в платье.
— Дурак! Ну, как я тебе?
— Ты прекрасна. Настолько, что сил терпеть уже нет.
Я поднял Катю на руки и отнес в комнату.
Весь следующий день у меня прошел в собеседованиях. Катя уехала, а рядом со мной всегда находился Денис Миронович, который тоже задавал вопросы и объяснял мне после каждого собеседования, на что стоит обратить внимание.
Последней была записана молодая девушка на должность служанки. Она на протяжении всего собеседования строила мне глазки, а когда я сказал, что собеседование закончено, она сначала помялась, но потом, все же, предложила:
— Я отличная служанка и если вашей милости будет скучно, я могу согреть вам постель.
Я аж опешил от такого предложения.
— А, что вас натолкнуло на эту мысль? — поинтересовался я.
— Вы очень красивы.
— А если честно?
Девушка помялась, размышляя над тем, стоит ли говорить, но решиться ей помог Денис Миронович.
— Если хотите здесь работать, сударыня, рекомендую его милости говорить только правду.
— Мне очень нужны деньги.
— Для чего?
— Моя дочь больна. Ей нужна операция, а она очень дорого стоит.
— Сколько?
— Пятнадцать тысяч. И если ваша милость позволит, то я могу быть очень нежной и очень благодарной.
— Благодарю за предложение. Можете идти. Если вы мне подойдете, Денис Миронович вам позвонит.
Девушка поникла, но спорить не стала и ушла.
— Что скажешь? Как она тебе?
— Если бы не последовало предложения о постельных утехах, то я бы ее вам рекомендовал. Но с учетом, что у нее больная дочь, она, скорее всего, будет отпрашиваться, и довольно часто. Честно, мне ее жаль, но я обещал вам быть преданным, поэтому говорю, как есть.
— Так в качестве служанки она подходит?
— Более чем.
— Тогда вот что… Достань мне всю информацию по ней и ее ребенке, если он у нее есть, что сможешь найти, и скинь ее мне. А я тебе скажу, что делать дальше. Ничего незаконного просто проверь, что сможешь.
— Хорошо, господин. С утра займусь этим поручением.
Вечером Катя не пришла, ей нужно было решить какие-то вопросы рода и сдать что-то в академии. А к обеду у меня на столе уже лежал небольшой отчет. Не такой, как у императора от тайной канцелярии, но лучше, чем ничего.
У Антонины Витальевны Сорокиной двадцати пяти лет действительно была пятилетняя дочь с довольно серьезным диагнозом. Но все было поправимо, если сделать операцию, однако стоила эта операция пятнадцать тысяч, да еще и лекарства на восстановление после операции выходили на пятьсот рублей. Это если хорошие лекарства. Можно было и в сотню уложиться, но тогда не исключены боли у ребенка.
— А как о человеке, что можешь о ней сказать? Способна она предать?
— Любая мать способна, на что угодно ради своего ребенка.
— Все верно… все верно… Значит так. Позвони ей и скажи, что я беру ее на должность служанки без дополнительных услуг. И если она согласна, то подготовь все документы и определи ее дочь вот в эту клинику, — я показал управляющему сайт клиники, — Деньги на лечение ее дочери я перешлю тебе на карту. И пусть не затягивает. Когда дочь поправится, пусть перевезет ее сюда, но до полного выздоровления она должна находиться под присмотром врачей. Если денег не хватит, скажешь, я еще переведу.