Доктора вызывали?, или Трудовые будни попаданки

Я говорила так эмоционально и весело, что Лик волей-неволей заулыбался. Он успел хлебнуть горя за свою пока еще недолгую жизнь, и я искренне желала ему счастья.
– Главное, чтобы нас не разлучили. Остальное переживу, – заверил он. – Представимся дальними родственниками, если спросят.
В конце улицы мы, наконец, отыскали госпиталь Благой Алоры. Здание было двухэтажным и старым, проржавевшие ворота болтались на одной петле, и встречал нас лишь сонный дворник.
– Вы куда? – прокаркал старик и заспешил к нам, сжимая древко метлы. Остановившись, придирчиво осмотрел Лика. – Мальчику нужно лечение? Что-то не похож он на больного, вон румянец во всю щеку.
– Я хотела…
Меня прервал Лик. Он схватился за живот и демонстративно закашлялся, вынудив беднягу-дворника округлить глаза и резво отскочить.
– Нечего на меня кхекать! Быстро проходите, вон дверь! – махнул рукой и затрусил прочь, боязливо оборачиваясь.
– За такие фокусы можно было и метлой отхватить, – предупредила я хихикающего мальчугана.
– Ну прости… а ты видела его глаза? – весьма довольный собой, Лик потянул меня к крыльцу.
– Какой же ты еще ребенок, – вздохнув, я закатила глаза и последовала за ним. Уголька пришлось оставить на улице, но пушистый разбойник не расстроился – побежал охотиться на птиц.
Внутри дежурила апатичная пожилая женщина в белом чепце и переднике.
– Мне нужна работа на время, – сообщила я после приветствия. – Могу я переговорить с главным лекарем или его секретарем?
– Да, потому что я здесь ничего не решаю, милочка, – она мазнула по мне взглядом. – Главный сейчас отсутствует, но секретарь на месте. Я проведу.
Мы пошли по коридору, пропитанному ароматами болезни и лекарственных настоек. Из приоткрытых дверей палат неслись то детский плач, то кашель. Женщины, похожие на нашу провожатую, сновали туда-сюда. Их одеяние напоминало форму сестер милосердия из прошлых столетий.
– Рабочие руки нам всегда нужны. Здесь по большей части внебрачные детишки и отказники. Сами понимаете, мало кто хочет иметь с ними дело, – сказала женщина, поводя плечами.
И ее усталый печальный тон, и окружающая обстановка заставили сердце сжаться. Нас всегда учили отгораживаться от чужих бед, сохранять беспристрастность и холодный рассудок, но, имея дело с маленькими пациентами, я не могла не сострадать им.
Наконец, мы остановились у одной из похожих друг на друга дверей. Провожатая вошла первой, сухо сообщила о посетительнице и так же быстро оставила нас наедине с секретарем.
– День добрый, – он усмехнулся и поправил густые черные усы. – Зачем пожаловали?
На вид этому человеку было лет сорок, глубоко посаженные глаза смотрели пытливо, а пальцы барабанили по усыпанному бумагами столу. Я испытала невольную робость, никогда не умела наглеть и открывать двери с пинка, предпочитая всегда сдержанную вежливость. Но в этом мире придется стать жестче, ведь наглость – второе счастье!
– Меня к вам направила Марта, – начала твердо. – Ваша сестра сказала, что в госпитале можно найти работу на несколько дней, дольше задерживаться, увы, не могу. Я имею опыт по уходу за детьми и их лечению, к делу подхожу добросовестно.
Жаль, не могу подтвердить это никакими документами, только практикой.
Секретарь удивился.
– Неужели? Какая ты деловая, милочка. У нас тут не рынок, а госпиталь. Набегами работать не получится.
– Да вы знаете, она мне жизнь спасла! – Лик вышел вперед, не успела я моргнуть. – Когда я утонул, она вдохнула в меня воздух, вода вышла, и я очнулся. А еще она – магичка!
Ну, после такой мощной рекламной кампании меня просто обязаны взять. Мужчина слушал, приподняв бровь. К концу пылкой речи моего маленького спутника насмешливая улыбка сползла с губ секретаря.
– Это правда? Вы магичка?
Вот, уже и уважения в голосе добавилось. Вздохнув, я рассказала все, как есть: и про печать, и про Академию, и про кражу кошелька.
– Сейчас для лечения я не использую магию, но обучение в планах. Пока работаю по старинке, своими руками.
Несколько томительно долгих секунд мой собеседник потирал подбородок, раздумывая. Пальцы не прекращали отстукивать ритм по столешнице.
 
– Повезло, что вас направила моя дорогая Марта, обычно мы не берем людей без рекомендаций. Зовите меня нейт Ловис. Я отведу вас к нейре Бовилл, она у нас заправляет всем женским коллективом. Она посмотрит на ваши умения и доложит, стоит ли вас брать. Конечно, оставлять работника на несколько дней очень странно, однако я понимаю вашу ситуацию. Было время, когда мне самому приходилось туго, – тут взгляд его снова упал на Лика. – А кто этот мальчик?
– Это мой братец. Мы вместе, – я положила руку ему на плечо.
– Прекрасно, для него тоже найдется легкая, но важная работа. У нас со вчерашнего дня некому выносить горшки.
Судя по обреченному выражению лица, Лика совсем не прельщала такая перспектива, но ради меня он был готов снести и тяжкий труд санитара.
– К работе нужно будет приступить сегодня. Платим мы немного, госпиталь не располагает большими средствами. Но проезд в почтовых каретах по карману даже беднякам, вам должно хватить до столицы. Прежде у нас не было ни одного мага, и заполучить его – большая удача. Если сработаемся, после вы можете вернуться в Фонвилль, оформить членство в гильдии, получить документ и официально устроиться в госпиталь Благой Алоры.
Я мысленно застонала. Похоже, в любом из миров без бумажки ты… это самое. Но ничего, я пережила первые дни, значит, не все так плохо. Прорвемся!
 
Глава 9
 
Нейра Бовилл оказалась строгой женщиной средних лет с громким, почти мужским, голосом, которым она отчитывала молодую бледную «медсестричку». Так я мысленно окрестила работниц госпиталя. Когда нейра закончила свою речь, и ее подбородки перестали дрожать, она обратила взор суровых очей на меня. Эта женщина до боли напоминала вахтершу из моего бывшего университета.
– Так, это кто тут у нас? – сощурилась так, будто подозревала в краже номерка из гардеробной.
– Меня зовут Аннис. А это мой брат, Лик, – представила я нашу компанию.
Женщина кивнула.
– Нейт Ловис все о вас рассказал. Я главная благая сестра этого госпиталя, тут все мне подчиняются. На всякий случай предупрежу – мои поручения исполняются четко и беспрекословно. Даже то, что вы якобы магичка, – подчеркнула она едко, – не дает вам права задирать нос или своевольничать. А еще – белоручкам у нас не место. Если думаете бежать, то делайте это сразу.
Похоже, суровую нейру здесь все боятся. Она четко обозначила свои позиции и, кажется, намерена спустить с меня три шкуры.
– То, что мы пришли сюда, уже говорит о серьезных намерениях, уважаемая нейра Бовилл.
Секретарь обмолвился, что главная сестра происходит из нищего дворянского рода, поэтому ей пришлось работать. Она, как и прочие женщины здесь, не училась лекарскому искусству, а просто исполняет предписания.
– Так, для мальчишки тоже работенка найдется. Эй, Белла, тебе в помощь! – она махнула одной их молодых сестер, и та забрала с собой затравленно оглядывающегося Лика.
– Держись, друг мой. После госпитальных ужасов ты с полным правом сможешь называть себя мужчиной, – шепнула я ему на прощание.
– Сейчас мы направимся в крыло для самых маленьких. Надо будет покормить, переодеть, сменить постели и дать лекарства, – Бовилл описывала фронт работ, пока мы шли по длинному полутемному коридору.
Мимо прошаркала старушка с ведром и шваброй, а я вдруг ошутила резкий и неприятный запах извести. Сначала ничего не поняла, но потом меня озарило: они, что, используют хлорную воду для дезинфекции? В этом мире уже знают о свойствах хлорноватистой кислоты? Возможно, все не так плохо, как я думала поначалу.
В подсобном помещении мне выдали передник и чепец благих сестер, волосы я заплела в косу и убрала под платье.
– Порой к нам захаживают богатые и благородные женщины. Желая прослыть в обществе милосердными, они возятся с больными и берут с собой дочерей, – нейра Бовилл хмыкнула, показывая, что думает обо всем этом. – Чаще всего это доброта напоказ. Ведь всем известно, что девушка, которая проявляет внимание к чужим детям, станет хорошей матерью. Иногда это помогает отыскать достойных женихов.