Доктора вызывали?, или Трудовые будни попаданки

Он скептически хмыкнул. Наверное подумал: «Чего взять с этой невежды?»
– Ладно, пусть будет из Енотов.
И ухмылочку такую выдал гаденькую. Словно почуял попаданку, которой можно закусить вместо обеда.
– Вы что же, Аннис из Енотов, колдовать пытались? С ограничивающей печатью? Это вопиющее нарушение правил! Еще и сроки прибытия сорвали. Что предлагаете с вами делать?
«Понять и простить. И отпустить».
– Я не нарочно. Дело в том…
Но маг не желал слушать объяснений.
– Видел я таких, кто «не нарочно» сжег конюшню вместе с конюхом и устроил ураган на городской площади. Мне надо проверить, не причинили ли вы кому-нибудь вред, – сказал он строго. – Эти провинциальные следователи совсем не хотят работать, они наложили слишком слабую печать, чем вы и пользовались, дорогуша. Отчего-то память мальчишки не сохранила никаких воспоминаний о вас, и это очень странно, – он напирал и напирал. – Теперь мне придется исследовать ваши воспоминания. И если я выясню, что вы использовали дар во зло… – он посмотрел так многообещающе, что у меня скукожился желудок.
А потом неспешно поднялся с места и стал приближаться.
– А может, не надо? Я не владею огнем, вам нечего бояться. Я ничего плохого не делала, только лечила детей, – тело почуяло опасность, я хотела подскочить, но маг предугадал это желание и сделал короткий взмах.
Меня парализовало, и тело обмякло в кресле.
Ну все, сейчас он прочтет воспоминания и узнает, что я попаданка. Что со мной сделают? Сразу убьют или пустят на опыты? В том, что мое странное переселение воспримут сугубо положительно, я сомневалась.
– Не бойтесь, милочка, это стандартная процедура, – проговорил Алиус обманчиво спокойно, и прохладные пальцы легли на виски. – Пришлось вас обездвижить, чтобы не дергались. Лишние телодвижения только мешают.
В ответ я негодующе замычала, потому что мышцы языка парализовало тоже. Так бесцеремонно! А как же гуманизм? Как же защита прав человека?
Я видела, как хмурится лоб мага, как он сжимает веки, а по виску ползет блестящая капля пота. Я чувствовала щекочущее тепло в области затылка, но вскоре мысли закружились так быстро, словно голова превратилась в стиральную машинку. Перед внутренним взором всплывали картины, как я запираю дверь за дверью, и внезапно – полная темнота.
Все это длилось, наверное, пару минут, а потом Алиус ругнулся себе под нос и убрал руки.
– И принес вас Темнейший, Аннис из Енотов! Чувствую, с вами проблем не оберешься, – он извлек из кармана платок и промокнул лоб. – Вы просто на такое не способны!
Да что же он тянет? Что ему удалось выяснить?!
– Почему ваша голова выглядит, как чистый лист? Этого не может быть!
В ответ я только замычала, а маг продолжал вести монолог возмущенным и даже каким-то растерянным голосом:
– Сколько лет работаю, а с таким первый раз сталкиваюсь. Какая-то девчонка из деревни. Здесь явно что-то не чисто.
Мне хотелось спросить: «Господин хороший, а вы про меня не забыли? Может, разрешите уже двигаться и говорить? Сказать хоть слово в свое оправдание?»
Алиус снова уселся в кресло и отцепил с сюртука брошь с крупным черным камнем, постучал по нему ногтем и через несколько секунд заговорил:
– Нейт Шерриан, прошу вас посетить мой кабинет. Тут есть небольшая проблема с выявленной магичкой.
– Скоро буду. Надеюсь, это того стоит, – ответил приглушенный мужской голос.
Ого! Это волшебное украшение – местный аналог телефона?
Тревога накатила с новой силой. Кого он вызвал на подмогу? Единственное, что могла сейчас делать – это слушать, как Алиус нервно барабанит ногтями по столу и хмурится. Я представила, как бабушка гладит меня по голове и приговаривает: «Все будет хорошо, Анечка».
Наконец, в коридоре послышались уверенные шаги, и дверь распахнулась. У меня сердце подскочило к горлу от этого звука. Человек приближался со спины, я не могла разглядеть его лица. Вот он обошел меня и остановился напротив нейта Алиуса.
Это был рослый мужчина с подтянутой фигурой, с черными, слегка вьющимися волосами до плеч. Одет он был в такую же темную форму, как у своего коллеги. Упираясь руками в стол, он склонился над магом.
 
– И что тут у вас? Вы меня с лекции сорвали, между прочим, – произнес холодно.
– Сами посмотрите, нейт Шерриан.
Алиус вдруг сдулся, как воздушный шарик, а тон стал заискивающим. Он бегло выложил все, что было известно обо мне и моей разрушенной печати.
Нейт Шерриан медленно повернулся и, сунув руки в карманы брюк, оглядел меня с головы до ног. Он был гораздо моложе Алиуса, но внутреннее чувство шептало: «Это именно тот, кого следует опасаться».
– Она что, парализована? Опять эти ваши методы, – маг недовольно закатил глаза и дернул рукой.
Способность двигаться и говорить вернулась, я вцепилась в подлокотники кресла и сделала жадный вдох. После чужого вторжения голова кружилась, потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя.
– Так-то лучше, – усмехнулся он и подошел ко мне вплотную. – Я декан кафедры менталистики, нейт Истен Шерриан. Судя по описанию коллеги, вы весьма интересный экземпляр, Аннис из Енотов.
Блеск янтарных радужек завораживал, как и негромкий вкрадчивый голос. Мелькнула мысль, что чем-то этот маг неуловимо напоминает Уголька. Его глаза смотрели так же, когда кот собирался поохотиться за воробьями или сосисками.
– Я не экземпляр, – пробормотала, отведя взгляд. Но, стоит отдать должное этому декану, он хотя бы представился. Значит, не все безнадежно.
– Алиус, вы в курсе, что она обладает целительским и ментальным даром?
Неужели ему потребовался лишь взгляд, чтобы это выяснить? Он даже не использовал никаких приспособлений, как тот следователь.
– Я пока не успел это разглядеть.
– Ну да, вы были озабочены другим, понимаю. А стоило бы для начала активировать магический глаз. Ее потоки сильные, правда, несколько хаотичные.
– Она использовала дар, хоть это и было запрещено! Я бы запечатал навечно без всяких разговоров!
То, что они говорили обо мне так, будто меня тут нет, раздражало. Нейт Шерриан небрежно бросил коллеге:
– Вам лишь бы кого-то запечатать.
Нейт Алиус скорчил злобную гримасу, когда тот повернулся к нему спиной. Похоже, у этих двоих не самые теплые отношения.
– Хорошо, сейчас посмотрим, что там с вашей головой, – маг слегка встряхнул руками и размял пальцы.
Я, насупившись, вжалась в спинку кресла.
– Не пугайтесь так, Аннис из Енотов. Одно небольшое исследование, вы даже ничего не почувствуете.
Да-да, знаю я эти уловки. И голос ласковый, кошачий, как у стоматолога, который в детстве уговаривал меня открыть ротик, чтобы «просто посмотреть». А сам обманным маневром выдернул зуб.
Но эти менталисты умеют внушать, подавляя чужую волю. Неужели и я смогу научиться так же?
Я не могла говорить, язык присох к небу. Не могла сбежать, хотя очень хотелось. Только и оставалось, что смотреть, как пальцы мага тянутся к моему лицу.
 
Глава 13
 
Декан действовал аккуратней этого противного Алиуса. Голову окутала легкая прохлада, будто ветерок подул. Пальцы его касались висков, глаза закрылись сами собой. Теперь я пыталась вообще ни о чем не думать: представляла перед собой чистый лист бумаги. А вдруг поможет?
– Хм… интересное явление, – спустя некоторое время нейт Шерриан отстранился и потер подбородок, глядя на меня. – Кажется, мы имеем дело с инстинктивной защитой.
– Что это значит? – спросила я, моргнув.
Он сложил руки на груди и присел на стол, загородив возмущенному Алиусу обзор.
– У магии, если так можно выразиться, тоже есть инстинкты. Самый главный – это защита своего носителя. Иногда разум новоявленных менталистов, чаще всего детей, стремится защитить сам себя: мозг замыкает воспоминания и противится вмешательству, это невозможно контролировать. А вот грубо ломать защиту нельзя, в противном случае маг может тронуться умом. Только постепенное развитие дара поможет снять все блоки.