Целитель 4 (СИ)

Получилось не очень красиво, но увиденное мне не очень понравилось. Во-первых, старики выглядели как настоящие старики. Куда хуже, чем я запомнил. Словно не несколько месяцев прошло, а пара тяжелых лет. Во-вторых, у каждого были следы серьезного истощения, недомогания и полноценного заражения какой-то гадостью. Не проклятие, но около того.
— Давно здесь? В смысле, сегодня или вчера поступили? — спросил я, уже начав работать.
— Вчера вечером прибыли, но тебя не было. Нам сказали, что выходной, — ответил Дмитрий Сергеевич.
Как ни странно, но с ними уже успели поработать и убрать самые критические вещи. Далеко не всё, но в ближайшее время точно не помрут. Но можно же лучше, не так ли? Чем я и занялся.
От дела меня Дмитрий Даниилович отвлек. Я его заметил, когда он уже стоял, надо мной наклонившись.
— Опять самодеятельностью занимаешься, Васильев? — спросил он.
Я от неожиданности вздрогнул. С закрытыми глазами сидел, кто вокруг — не видел. А он мне прямо это на ухо сказал.
— Дмитрий Данилович, — посмотрел я на него. — При всем уважении, отвлекать во время лечения чревато последствиями.
— Судя по тому, что я вижу, ты не только очищением занимаешься.
— У вас есть ко мне какие-то претензии?
— Аристарх Павлович давал добро?
— А чего это вы на юношу накинулись? — возмутился Дмитрий Сергеевич, которого я лечил. — Он хорошо всё делает! Я прямо ожил! Давно себя так не чувствовал!
— Ну-ну, — не особо поверил Дмитрий Даниилович.
Но отстал хотя бы.
— У тебя какие-то проблемы? — спросил Жан.
Болтать с соседом он уже закончил и повернулся к нам.
— Обычные рабочие интриги и игрища, — ответил я. — Не обращайте внимания.
Успокоив стариков, вернулся к работе. Пришлось менять подход на ходу и сводить всё к обычному очищению. Что тоже хорошо, но, помимо этого, там много чего есть.
Только вот и подставляться нельзя. До того как жалобу накатали, у меня вольница была, на которую глаза закрывали. Не в силу какого-то хорошего отношения, а банально потому, что Аристарх Павлович знал, что сделаю я всё качественно. А в некоторых случаях получше остальных целителей.
Но раз такая пьянка пошла, то лучше не подставляться. Поэтому я очистил дедов, перекинулся с ними общими фразами, о себе немного рассказал. Про их дела не спрашивал. Не в общей же палате это делать.
Пообещав, что ещё загляну, переключился на выполнение дневной нормы. В процессе заглянул к нашей ненаглядной Любочке.
— Любовь Казимировна, — перехватил я женщину в коридоре. — Можно вас на минутку?
— Чего тебе, Олег? — спросила она, по её меркам, вполне нормальным тоном.
— Есть свободная палата на четверых? Нужно трех пациентов переместить.
На троих палат не было, только на двоих или четверых, поэтому и вопрос такой.
— Трех? — задумалась она. — Которые тебя спрашивали? Так они же кочевники? Кто платить-то будет?
— Я за них заплачу.
— Сам? — удивилась она.
— Сам-сам. Эти деды мне, считай, жизнь спасли. Отблагодарить хочу, — сказал я. — Так что, найдется место?
— Я посмотрю, — пообещала она.
И посмотрела. К обеду стариков уже перевели в отдельную палату. Я в регистратуру сходил, на неделю им оплатил. Минус двести десять рублей за троих.
Сразу к ним не пошёл. Надо было ещё один вопрос уладить. Поэтому пообедал с Демьяном, поспрашивал у него на тему учениц. Стыдно признаться, но в последнюю неделю я девушкам совсем мало внимания уделял. А ведь они молодцы, стараются.
После обеда вышел из лечебницы и отправился искать ближайший таксофон. Откуда набрал магазин родителей Игорька. В лечебнице я бы не смог открыто говорить, а новые слухи мне не нужны. Ответил сам Игорь. Попросил его Дарью позвать. Вскоре она взяла трубку.
— Привет, — сказал ей. — Ты уже наверняка в курсе, чем вчерашний вечер закончился.
— Чем же?
— Хм… — я сбился с мысли, думая, что она и правда уже знает. — Ты не в курсе?
— Не в курсе чего? — Дарья общалась в своей обычной, равнодушной и скупой манере.
— Я думал, ты знаешь, чем твои валькирии занимаются и что они с твоего разрешения на меня напасть решили.
 
— Вот как, — она не удивилась, но голос потяжелел.
— В общем, вчера всё мирно закончилось, но попрошу тебя приструнить своих воительниц. Во избежание проблем.
— Проблем? Ты угрожаешь?
— А что, здесь нужны угрозы, и ты не понимаешь, чем может закончиться нападение банды на целителя?
Судя по тому, как Дарья замолчала, она это прекрасно понимала.
С точки зрения закона, сама ситуация, когда группа лиц нападает на кого-то, могла для этой группы закончиться плачевно. Ну, официально, разумеется. А так-то многое решают связи и деньги. Тем же аристократам закон не особо указ, как показал случай с сынком Горыныча.
Также надо сказать, что целители — всё же привилегированная каста. Тот случай, когда меня в тюрьму забрали, не показатель. В общем, если вдруг городовые увидят, как на целителя нападает какая-то банда, пусть и женская, у девушек появятся серьезные проблемы.
Учитывая, что они вчера на меня вечером напали и прохожие там были, девушки могли влипнуть.
— Надеюсь на твое благоразумие, — сказал Дарье, не дождавшись от неё ответа. — Также за мной должок оставался, поэтому будет нужна помощь, обращайся, своё слово сдержу.
— Даже Источник откроешь? — спросила она.
Теперь уже я замолчал, тяжело вздохнув.
— Приходи через месяц, открою. Но не всей толпой заваливайтесь. Я бы попросил об этом не распространяться, но что-то уже не верю в вашу способность молчать.
— Не переживай, болтать не будем.
— Ну да, толпа обиженных детей не захочет меня подставить, сболтнув лишнее.
— Сам-то больно взрослый, — раздраженно фыркнула Дарья.
— Хорошо. Раз ты взрослая и ответственная, проследи за Зельдой. Чтобы она, сама знаешь в какую, тему не лезла. Не удивлюсь, если ей хватит дурости поиграть в самодеятельность. Не хотелось бы, чтобы потом её разорванный труп где-то нашли. Если будет, что найти. И да, это не шутки, а вполне вероятная перспектива.
— А тебе есть до неё дело?
— А ты считаешь меня маньяком, который ей смерти желает?
На этом риторическом вопросе наше общение и закончилось.
* * *
Как вернулся в лечебницу, сходил на занятие с Аристархом Павловичем. Заодно согласовал с ним план лечения дедов. После чего заглянул к Степан Денисовичу, отработал «тяжелого». Там у меня перерыв образовался, и я наконец-то к дедам отправился.
— Как разместились? — зашёл к ним в палату.
— А вот и виновник нашего перемещения, — приподнялся Жан.
— Зря ты, — проворчал Дмитрий Сергеевич. — Лишние траты.
— А мне нравится, — по-простому улыбнулся дядь Коля.
— Вот и хорошо, что нравится. На неделю вас здесь оформил. Как раз ваше здоровье приведу в порядок.
— Ты лучше про себя подробнее расскажи, — сказал Жан.
— Так основное уже рассказал. Попал в ученики, тружусь, обучаюсь. Где жить — есть.
— А девушку-то, девушку нашёл? — заулыбался дядь Коля.
— Вы парня-то не смущайте! — шикнул Дмитрий Сергеевич.
— Так он и не смущается, — возразил Жан.
Старикам явно хотелось поболтать, пришлось уважить и рассказать, чем живу. После чего уже браться за лечение.
— Дядь Коль, с вас начнем. Это где вы так руку-то повредить успели? — спросил я, по новой осматривая конечность.
Там разложение тканей началось. Ещё немного, и в некроз бы переросло. А там — либо удалять конечность, либо смерть.
— Только не говорите, — посмотрел я на насупившегося старика, — что случайно вышло. Явно в какое-то нехорошее место залезли. Это где так?
— Так и знал, что прицепишься, — недовольно сказал он. — Вот зачем тебе это, Олег? Вырвался из нашей кочевой жизни, устроился хорошо. Так и живи!
— Я и живу, не переживайте. Но рассказ вас послушать хочу. Вам-то самим как нынче живется? Есть работа? Проблемы какие?