Прозрение. Том 1 (СИ)
— Но он же мог, он не захотел! — Глаза Эберхарда стали дикими и беспомощными.
— Потому что много других достойных занятий. На всё не разорвёшься. Если я лучше вас обоих людей убивать умею, мне что — ходить и всех подряд убивать? Вот ты его вылечить сможешь?
— Не знаю, — растерялся наследник. — Я не пробовал.
— Ну и зачем он нужен, твой дар? Для политических игр? Чтобы тобой манипулировали, а потом так же «зачистили», как вы с дядей наследников на Асконе?
Эберхард надулся и закусил губу, но я не Дерен, чтобы на эти фокусы реагировать, и жалеть его не собирался.
Один косяк — это косяк. Второй, однотипный — уже брак системы.
С кораблей мы списываем не только вредителей, даже балласт, а этот ещё и гадит. И дурак, каких мало. Одна мысль — самоубиться.
— Бежать-то ты куда хотел, идиот? — рыкнул я на него. — Ну, убил бы ты меня, и? Даже если сумел бы улететь на Аскону или в другое ваше гнездо, кому ты там нужен? Дядя пойдёт под суд. Я тут юристов ищу, чтобы вернуть тебя хоть с какой-то гарантией. Лучше б алайцам отдал!
Он заплакал, а я вызвал на браслете голограмму рекомендаций юриста, сунул ему под нос и отвернулся к окну.
Чем хороша Кьясна, так это пейзажами. Тут красиво. Говорят, что на Джанге не хуже, но…
Вошёл зам главврача по логистике, что-то буркнул мне, представляясь. Я включил запись разговора и тряхнул головой, пытаясь сосредоточиться на работе.
Эберхард затаился в кресле. Он больше не мешал мне забивать голову медицинской терминологией.
История девятнадцатая «Еще одно лекарство»
Кьясна, территория Содружества
Когда мы выбрались из медцентра на солнышко, воротник у Эберхарда промок весь.
— Может, хватит уже? — спросил я. Лучше бы я ему всыпал. Попросил бы у медиков отдельный бокс минут на двадцать. — Прекрати это!
Он помотал головой, пытаясь объяснить мне, что «это» само из него льётся.
— И что мне теперь с тобой делать?
Зря я спросил — слёзы побежали с удвоенной силой.
— Ладно, — сдался я, мысленно уже списавший наследника в утиль. — Самый последний шанс. Заткнулся и успокоился. Молчишь, никуда не лезешь и не мешаешь мне работать. Может, Дерен потом разберётся, как тебя перевоспитывать.
Парень вскинул на меня глаза:
— Да что б вы все провалились со своим Дереном!..
И тут я наконец узнал о себе много интересного. Наследник был оскорблён, оказывается, не собственным, а моим поведением, аж позеленел от моей наглости. Я не имел права ему указывать, не имел права воспитывать…
— Да кто тебе сказал, что ты можешь что-то решать! — орал он. — Это тебя надо в клетку посадить! Ты — машина тупая имперская! Ты!..
— Надо, — кивнул я. — Чтобы дураков пореже спасал.
— Ну, так убей меня! — заорал Эберхард на всю улицу.
— Дебил малолетний.
Я пожал плечами, отвернулся и открыл почту в спецбраслете, возвращаясь к делам.
С медиками я основные вопросы порешал, хотелось ещё попасть сегодня в архив. Копаться там снова не было времени, но хотя бы сборник Рогарда взять. И книжку по земной истории, как они сами её писали. Я видел опись разделов архива, там имелась древняя библиотека.
А вот уже из архива я полечу мимо храма. Надо бы чиркнуть Росу, чтобы встретил, забрал у меня щенка…
Запрос на посещение архива я отправил вчера, и сегодня пришлось рыться в куче спама. И там вдруг нашлось много интересного. По эпидемии, по моим знакомцам-таггерам. Я зачитался.
Эберхард всё ещё что-то кричал. Редкие прохожие непуганой курортной планеты смотрели на нас с любопытством. Видимо, решили, что мы тут с театром гастролируем.
Наследник был разодет в сомнительной чистоты кружева и атлас, я был очень примечательного бандитского вида: в непонятно чьей форме без знаков различия. Так что мы вполне могли бы сыграть сцену удушения малолетнего нахала в каком-нибудь дэп-сериале.
Пацан наорался и осип. Я нашёл ответ на свой запрос и брови у меня поневоле двинулись вверх.
В архив меня не пустили. И безо всяких вразумительных объяснений.
Отказ был подписан электронной подписью Драгое, капитана «Ирины». Дьюп перед тем, как учинить это своё безобразие, передал охрану двум капитанам — нашему и экзотскому. И вот наш меня послал далеко-далеко.
Я кинул вызов на дежурного навигатора «Ирины». С Драгое мы не были на короткой ноге, и номера его личного приватного канала я не знал.
Дежурный тут же отписался, что капитан квартирует пока на Кьясне. И дал мне координаты для связи.
По карте я нашёл очень симпатичный белый домик с бассейном. Похмыкал. Хорошо устроился Драгое. Понятно, что это — не на орбите торчать.
Можно было сесть где-нибудь в кафе и поговорить с капитаном «Ирины» по видео, а можно было пройтись. Я видел, что это недалеко. И пройтись мне тоже было более чем необходимо.
Я написал Драгое, что прошу короткого визита, и он отозвался, сообщив, что время для меня найдёт.
Обернулся к Эберхарду.
— Успокоился?
— У-уб…– прошипел он и икнул.
— Зря орал. Я принципиально не занимаюсь убийством малолеток, их и так достаточно гибнет во время боевых операций.
Взял наследника за руку и потащил дворами, чтобы срезать часть пути. Драгое отписался, что окно для разговора найдёт через четверть часа, по карте до белого домика было километра четыре, если с углами, а опаздывать я не привык.
Особенно срезать не вышло. Зато идти нужно было всё время вниз. Улица с невысокими особняками в стиле ранней колонизации террасами спускалась к реке.
До особняка, где квартировал Драгое, наследника я дотащил мокрого уже не только от слёз.
Эберхард не привык к марш-броскам. Минут через десять он стал переходить на бег, не поспевая за моим шагом. Но молчал и сбавить темп не просил.
Дежурному, встретившему меня у декоративных ворот, пацана я сдавать не стал, медика мне на сегодня хватило. Потащил за собой. Никакой особой секретности от разговора с Драгое я не ждал.
Домик был двухэтажный, с верандой на покатой крыше, очень уютный на вид. Между дворами имелись лесенки-переходы. Видно, соседей тут не боялись.
Тут вообще никого не боялись. Дворы казались удивительно плоскими, охраны я не заметил, даже «следилок» было всего две: противопожарная и антитеррор, обычная городская система, без наворотов.
Конечно, над резиденцией капитана висели шлюпки с «Ирины», вряд ли Драгое пренебрёг бы низкоорбитальным наблюдением. Но стрелять с орбиты по такой цели, как крошечный двор — это перебить хозяев вместе с гостями. А пока сбросят десант — пара минут у нападающего будет.
Как только я ступил на лесенку, ведущую во двор, она пришла в движение и довезла нас аж до фонтана и беседки с предупредительно накрытым столом.
Капитан Вроцлав Драгое вышел из беседки и приветливо махнул мне рукой.
Ему было чуть больше сотни, но выглядел он едва на сорок. Иссиня-чёрные волосы собраны в хвост, в нижней губе — серьга на алайский манер, вместо форменного кителя — лёгкий гражданский костюм в духе местных ловеласов.
Он был сух, подтянут, гибок и, судя по улыбке и тёплой волне эмоционального приятия, настроение у него было хорошее.
Я бы тоже вот так отдохнул. В отдельном доме с бассейном, под охраной своих людей, прикрываясь опасной миссией.
Что в ней было опасного? Имэ по зубам получил, а Локьё в архив не полезет, они с Дьюпом договорились.
Драгое не сразу обратил внимание на наследника. Вернее, заметил-то пацана сразу, но не разглядел, кто это. А потом вдруг понял, кого я привёл, и нахмурился.
Вопросительно посмотрел на меня.
— Эберхард Имэ, — кивнул я. — В Содружестве числится пропавшим без вести. С «Эскориала» заявили о его похищении алайцами, а это обычно с концами. Купил по случаю. Дорого.
Драгое кивнул, опуская в уставном жесте хорошо выбритый подбородок. Я давно замечал, что многие капитаны предпочитают не подавлять рост растительности на лице, а бриться.