Прозрение. Том 1 (СИ)

Двигаясь к медотсеку, чтобы хапнуть там стимулятора, набрал Мериса.
Он ждал. Велел срочно опроситься с экзотианским «Райотом» (торговым судном, которое в пожарном порядке вывели с соседней гражданской линии) и ожидать прибытия патрульных судов.
Больше генерал ничего не объяснил. Скорее всего, боялся прослушки.
Я выругался и вернулся в капитанскую. Так и не заглянул к медикам. А хотелось.
  
История двадцать третья. «Полигон»
 
Открытый космос, алайский испытательный полигон
Капитан «Райота» смотрел в экран стеклянными от напряжения глазами. Десять минут назад он был здесь один. На расстоянии качания от десятка среднетоннажных алайских крейсеров. Полувоенных, как они это называют. Шакалов, как называем их мы.
— Агжей, импл-капитан спецона, — представился я уже привычно.
Скоро буду бесфамильным, как Рогард или Домато. Надо хотя бы узнать, что это за традиция такая — когда у человека только одно имя?
— Сакихаял Амит, капитан первого ранга торгового флота Содружества, — не сказал — выжал из себя капитан.
Он был коричнево-серый от страха и напряжения, но лицо постепенно бронзовело. Спецон — слово говорящее, да и огневой класс «Персефоны» можно оценить даже по навигационной сетке.
— Ну, вот и отлично. — Я улыбался ему самым дружелюбным образом. — Надеюсь, если нам придётся сотрудничать — сотрудничество будет плодотворным.
Капитан сдержанно кивнул, но в глазах засветилась надежда. Сейчас он готов был подарить мне весь груз «Райота», даже вместе с командой, лишь бы я сказал ему, что к Хэду это сотрудничество и он тут больше не нужен.
Млич окликнул меня из навигаторской. В пределах качания из зоны Метью вышло ещё одно наше судно, похоже, патрульное, из пограничного сектора.
Десять секунд, и на экранах появился, лихорадочно сбрасывая скорость, второй патрульный. Оба среднетоннажные.
Мы с навигатором переглянулись, его рожа зависла прямо у меня над командной панелью. На стадо алайских шакалов — вот такой вот жалкий патруль?
Млич послал запрос, корабли опознались — «Оппенгейм» и «Верона», старые, не особо маневренные работяги. И гражданский экзотианский «Райот». От Рюка, что ли, подарочек?
Прорезался Мерис. Рта не дал раскрыть.
— Сейчас Дегир отдаст два своих патрульных. Больше помощи не получишь. Формально конфликта нет, и его нельзя допускать. Делай, что хочешь, но не давай вывезти би-пространственные модули за условные границы полигона.
Я молчал. Ну и как я, по его мнению, должен гоняться за алайскими полутяжёлыми крейсерами — бегом в скафандре?
Мерис поморщился и жестом велел выключить из разговора Млича.
Я повиновался.
— Контрабанда — информационное прикрытие. Столичным идиотам кто-то слил историю про алайский испытательный полигон, — скупо пояснил генерал. — Только эти идиоты не знают, что по случайности оказались не на полигоне, а в соседнем с ним секторе. Сейчас они его усиленно инспектируют. Мы им активно помогаем. Алайцы просекли подставу и хотят устроить из неё военный конфликт. Переместить настоящие диггерные модули туда, где проходит фальшивая инспекция. Сейчас я скину тебе карту полигона. Твоё дело не выпустить модули. В крайнем случае — стреляй по ним.
— Если по модулям стрелять, пространство тоже свернётся?
— Я тебе кто, эксперт? Связывайся, консультируйся. Я сообщил Локьё. Он тебе поможет, но не сразу. У нас дипломатические сложности.
— А «Райот» здесь на кой Хэд?
— «Райот» на контрабанде поймали. Капитан раскаивается и готов изобразить захваченный алайцами торговый корабль. При необходимости. Если министр всё-таки выяснит, что основное поле действия — здесь. Тогда ты будешь показательно спасать «Райот» и параллельно уничтожать модули.
Я всмотрелся в навигационную сетку.
Модулей было двадцать два. Если бы они имели собственные двигатели, пригодные для прыжка, их давно бы уже перегнали в сектор, где бродит инспекция. Следовательно, серьёзных двигателей нет. Скорее всего, модули планируют цеплять к кораблям. Дело это небыстрое, и сначала алайцам придётся убрать из сектора нас. Иначе мы начнём стрелять по кораблям, цепляющим модули, и это будет очень результативная стрельба.
 
— Не майся, всё равно не поймёшь, — хмыкнул Мерис.
Ага, не пойму. Разбежался.
Детали, может, и не пойму, не знаю я их. Но суть проблемы была как на ладони.
Пока Мерис и Локьё страховали алайский полигон от акций Содружества, им на голову свалилось родное имперское министерство.
Алайцы возликовали. Этим сгодился бы сейчас любой конфликт, хоть с Империей, хоть с экзотами. Главное — спровоцировать драку и нарушить перемирие.
Перемирие — отвратительная штука, если ты зарабатываешь торговлей оружием, наркотой и наёмниками. А уж если перемирие навяжут на двадцать лет…
Мерис подсуетился, дезинформировал военного министра и отправил комиссию в другой сектор, где тоже был, наверное, какой-нибудь алайский испытательный полигон. Давно заброшенный или не из самых опасных.
«Хорошо, — сказали алайцы. — Если гора не идёт к полигону…» И решили перетащить модули поближе к охотникам.
А я должен был их каким-то манером не выпустить. На пару с «Райотом».
Красота.
Я посмотрел на Мериса, как идиот на идиота.
Уточнил:
— Испытательную аппаратуру не выпускать любой ценой. Помощи не будет. Я правильно понял приказ?
— Правильно. Развлекайся.
— Слушаюсь, господин генерал.
На навигационном экране родился из небытия экзотианский патрульный. Для разнообразия крейсер-экс, хотя бы не уступающий «Персефоне» в скорости разгона. Второй был того же класса, что и наши, патрульные. Середнячок, но поновее.
Ещё один детский сад на выпасе. Второй за четыре с половиной часа.
В висках заломило. На десять шакалов у нас имелся один корабль превосходящий их по скорости и огневой мощи, два — сопоставимых по количеству реакторов, они хотя бы маневрировать смогут, и ещё два тихохода. И один грузовик, который придётся защищать. Ситуёвина — веселее не придумаешь.
Когда в капитанскую вошёл Млич, я уже улыбался во весь рот. Ну не рыдать же? Мне рыдать не положено, я не наследник.
Кьясна, территория Содружества
Эйнитская молодёжь с интересом разглядывала огромную шлюпку. К «двойкам» в храме уже привыкли, но этот матово-чёрный «кит» был больше учебного дома, а жар от него шёл такой, что не подойти и на десять шагов.
Когда Рос выбрался и помог спрыгнуть на песок Эберхарду, облачённому в текучий компрессионный костюм, вокруг шлюпки на безопасном расстоянии уже собрались почти все старшие ученики.
Шлюпка «припарковалась» на песчаном пляже, повиснув одним боком над водой. А в большой обеденный перерыв все как раз бежали на пляж, чтобы успеть искупаться.
Рос разрешил наследнику сесть на место второго пилота, и полётное возбуждение всё ещё заставляло мальчишку дрожать, как воздух над остывающей шлюпкой.
Ученики перешёптывались, с интересом заглядывали внутрь, через распахнутый шлюз. Эберхарда особо не замечали, и он был рад уже этому. Нравы в эйнитской общине строгие, тут праздник, если откровенно не презирают.
Подошла Айяна. От одного её вскользь брошенного взгляда наследник спрятался за спину Роса.
— Сам так решил? — спросила Проводящая пилота.
Тот молча кивнул.
Айяна уставилась на молодёжь:
— Ну, он-то даже карьерой не особо рискует. А вы?
— Мы тоже рискуем только своими жизнями. Храм не встанет за несовершеннолетними. — Тоо не привык спорить с матерью, но выбора не было, больше Айяне здесь не мог возразить никто.
Она была не только матерью Тоо, но и Проводящей храма. Если не разрешит лететь…
— Вы решили истребить целое поколение тех, кого мы растили здесь тридцать лет? — произнесла Проводящая с горечью в голосе. — И ради чего? Война людей закончится только вместе с людьми.