Хроники Священного союза
Присутствующих офицеров лорд знал лично. Руководство небольшого разведывательного отряда, в который кандидатуры отбирал лично он.
– Генерал, – присутствующие поклонились командиру.
– Рассказывайте, – нетерпеливо приказал тот. – А где…
И только сейчас он заметил невысокого и щуплого человечка с перепуганным лицом, прижимавшегося к стене и жалобно озиравшегося вокруг. Генералу показалось, что пленник сейчас потеряет сознание.
– Господин генерал, – начал старший офицер, глава разведотряда, капитан Морз, – перед вами сержант Бенс, из гарнизона Ростона.
Пленника за шкирку вытолкнули в центр палатки, где тот сжался и умоляюще уставился на лорда.
– Ты знаешь, кто я? – спросил тот спокойным голосом.
– Л..л..лорд д…д..Доргар, – заикаясь, произнес тот.
– Значит, ничего объяснять не буду, —по-дружески улыбнулся лорд. – Рассказывай. Я хочу услышать все. В противном случае я думаю, ты знаешь, что может произойти с тобой, – не первый год служишь, сержант, – прищурив зеленые глаза тихо, но очень внятно произнес он. – Мы не казним врагов. Это слишком легкая смерть. У нас много иных способов препровождения людей в иной мир. Итак? – лорд снова улыбнулся, увидев, как передернуло пленника.
– Я все скажу…все скажу… – затараторил сержант, и Доргар невольно рассмеялся. Ужас, плескавшийся в глазах пленника, был неподдельным.
После того, как сбивчивый рассказ пленника был окончен, Доргар хмыкнул. С «языком» им явно повезло. Сержант оказался не обычным солдатом, а адъютантом одного из командиров гарнизона. Если верить его словам, то через сутки к городу должна подойти помощь. Энд II – король Вигардауже отправил часть армии к Ростону, а сам готовит оборогу столицы. К тому же жителям города известно, что в соседнем с Вигардом Аголорде собирается объединенная армия Священного Союза.
– Он нам больше не понадобится… – кивнул он в сторону уводимого пленника.
– Да, господин, – осклабился один из офицеров и вышел за пленным. Доргар распустил офицеров и остался один. Усевшись на небольшой стульчик около очага, он погрузился в раздумья. Что же… все складывалось как нельзя удачно.
– Тренд! – позвал он. – Я буду в палатке. Ты свободен пока. Только сначала свяжись с полковником Керном и сообщи, чтобы заканчивал грабежи. Завтра к полудню он со своими силами должен прибыть сюда. Ну, сам знаешь, как доходчиво это объяснить.
Тренд поклонился, не сдержав улыбки. Да, он знает, как доходчиво объяснять! Доргар отправился в свою палатку. Холодный ветер разогнал гарь, и теперь дышалось легко. Он шел один, хотя знал, что его сопровождают личные телохранители, приставленные к нему самим Акроном. Они редко объявлялись, но их незримое присутствие уже несколько раз спасало командующего от покушений.
Путь лежал через весь лагерь, мимо большой железной клетки, в которой держали дракона. Каждый раз, когда Доргар встречался с этой тварью, он чувствовал, как в его душе предательски начинает шевелиться первородный страх. Дракон появился в войске лорда недавно, изумрудно-черное создание с янтарными колодцами глаз с ненавистью глядело на окружающих, лениво помахивая усеянным шипами хвостом. Доргар не знал, каким образом Акрон сумел подчинить себе подобное существо. Дракон внушал ужас не только врагам Акрона, но и его войску.
Из века в век драконы были независимым племенем и старались держать подальше от людей, эльфов и прочих двуногих существ. Мудрые, хитрые и древние, они покинули заселенные территории и вначале осели в Драконьих горах. Но потом исчезли, оставив после себя лишь легенды и песни скальдов. Где повелитель нашел этого зверя, Доргар не знал, но мощь древнего существа была на их стороне, пускай и силой магии. Силы чародеев удерживали его в повиновении, заклятья Контроля были переданы лорду лично повелителем и опутанный сетью заклинаний дракон подчинялся воле Доргара.
Клетку охраняло десять магов, которые поддерживали сонное заклятье, не позволявшее дракону очнуться. Тот спокойно лежал, свернувшись кольцом, и провожал всех затуманенным взглядом. Лорд уже миновал клетку, когда воздух прорезал дикий рев.
Он развернулся и увидел, как беспомощно разлетаются в стороны маги и разломавший клетку дракон расправляет крылья, с ненавистью глядя на него узкими щелочками глаз. Из открытой пасти уже сочился дым и жидкие капли пламени, трепетавшие в мареве горячего воздуха. Дракон поднялся на задние лапы, возвышаясь над Доргаром, и нерешительно замер, разрываясь в желании кинуться на врага и уничтожить его или расправить затекшие крылья и обрести свободу. Это промедление стало для него роковым. Лорд, оправившись от потрясения, выбросил вперед руки и запел заклинание. Защищаясь от порабощающего звука песни, дракон прыгнул на врага, выпуская струю раскаленного добела огня, но та беспомощно растаяла в черном мареве защитного заклинания.
Доргар ловко увернулся, оставив дракона ни с чем. Зверь застонал, безвольно припадая к земле в унизительном поклоне и сопротивляясь чужой воле, скреб острыми, как лезвия кинжалов, когтями каменистую почву. Комья земли и камни разлетались в стороны. Заклинание сковало его, и зверь замер, придавленный путами магии. Лорд усмехнулся победе, но вздрогнул от неожиданности, услышав из клубящегося черного дыма протяжный медленный голос….
– Я убью тебя лорд, настанет миг, когда тебе не помогут твои песни… Я освобожусь….
Как он мог услышать и понять его слова? Он слышал, что драконы обладают даром предвидения, недоступным для смертных существ. В душе Доргара шевельнулся страх, но он совладал с собой и громко с презрением ответил:
– Тарос, привыкни к мысли, что ты служишь великому Акрону!
– Акрон всего лишь миг в жизни древних, – ответил ему еле уловимый шелест и из дыма.
– Немедленно восстановить клетку! – гневно закричал лорд, сверкнув глазами на оробевших магов. Те засуетились, исполняя повеление.
– И не жалейте магии на ее стены! – прошипел он, окидывая дракона ненавидящим взором.
Он продолжил путь. Происшествие с драконом расстроило его, нутро клокотало от гнева. Слова дракона глубоко засели, снова и снова бередя его душу. Он давно перестал верить в случайности, и то, что произошло сейчас, скорее было каким-то напоминанием или предупреждением. Что ж, надо хорошенько над этим подумать…
Палатка лорда Доргара мало чем отличалась от солдатских палаток. Он был неприхотлив – небольшой походный стол, на котором стояли письменные принадлежности и лежала стопка бумаг, был его единственной привилегией и отличием. Было в палатке и то, чему отводилось почетное место. Большое овальное зеркало, занавешенное куском черной атласной материи.
Скинув заговоренную магами бригантину, Доргар остался по пояс голым. Он зажег два высоких канделябра, стоявшие перед зеркалом и сорвал с него ткань. Некоторое время он смотрел в темную, матовую поверхность зеркала, которая ничего не отражало, кроме черноты, затем прошептал длинную тягучую фразу. Пламя свечей вспыхнуло зеленым светом и тут же опало, выравниваясь. Поверхность зеркала шевельнулась, подернувшись серым туманом, резонируя сквозь его поверхность, слуха Доргара коснулся скрежет и позвякивание волочащихся по камню цепей, вслед за ним послышался мокрый кашель, детский плач и тихое, с дрожью в голосе, напевное женское причитание.
В зеркале возник кривоногий, сутулый силуэт, знакомый по горбатой спине, оборванному крысой вислому уху и пучкам редеющих волос. Перед ним, на расстоянии вытянутой когтистой лапы, двигался ручеек закованных в цепи людей. Громко рыча, понукая криками и пихая в спины копьями и пиками, их проталкивали сквозь каменный мешок коридора облезлые уродливые гоблины.
Гарзаргх, верный камердинер при обители Повелителя, тыкал масляной лампой в перепуганных людей, пламя танцевало за копотью стекла, увлекая в пляс причудливые тени на мокрых стенах, и выхватывало из сырого мрака затравленные глаза и осунувшиеся лица. Они еще не знали, что их ждет.
Доргар покачал головой. Он знал, что основная работа камердинера заключалась в отборе тел для Акрона. Дело в том, что дух великого повелителя не мог долго держаться в одном теле. Увы! родное тело его было развоплощено. Поэтому ему приходилось использовать тела людей. И даже в них он не мог находиться долго. Тела быстро приходили в негодность, слишком мощной была магия Акрона. Поэтому камердинер и его слуги придирчиво отбирали тела для будущего воплощения своего повелителя и те, которые будут умерщвлены в магическом ритуале. Крови для него требовалось много.