Заключенный Альфа (ЛП)

Она знает, что доктор хочет с ней поспорить. Но он не станет этого делать, если не хочет быть обвиненным в дискриминации Омеги.
Вместо этого он прочистил горло и потянулся к столу за бумагами.
— Ага, — медленно произносит он, нахмурив брови. — Хорошо. Итак, я предлагаю вам встретиться с…
Его голос прерывается на вздохе.
— Джерард, отведи ее в камеру Б.
Охранник неловко прочищает горло и недоверчиво смотрит на доктора.
Элли с каждой минутой становится все более неспокойно, поскольку оба мужчины ведут безмолвный разговор у нее на глазах.
Что-то не так, — думает она.
Но в конце концов охранник встает с ключами в руках, жестом приглашая Элли следовать за ним.
— Прежде чем Вы уйдете, мисс Уинтерс, — говорит доктор Портер. — Я бы хотел присоединиться к Вам, но у меня есть другие срочные встречи. Я держу Вас на слове. Если в какой-то момент Вам станет не по себе…
Но она улыбается ему, гордясь своей победой.
— Безусловно. Я просто благодарна за предоставленную возможность, сэр.
Джерард открывает двойные двери, и они входят в зал.
  
ЭЛЛИ
 
Кроме грохота, доносившегося ранее, в здании по-прежнему слишком тихо.
Джерард молча ведет ее по зданию, проходя мимо накладных табличек, указывающих на различные отделения Беты.
В конце коридора находится стальная дверь. Джерарду требуется некоторое время, чтобы отпереть ее, и Элли пытается заполнить тишину.
— Отделение Альф находится так далеко от остальных? — спрашивает она.
Он просто игнорирует ее вопрос.
"Конечно", — думает она. "Я вела себя как стерва. Он не на моей стороне. Мой язык — мой враг."
Он ведет ее по двум тускло освещенным лестничным пролетам, шагая так быстро, что приходится спешить, чтобы не отстать от него.
Наконец, они достигают комнаты с табличкой "Альфа", освещенного слабым красным светом.
Единственный звук в коридоре — стук ее каблуков по полу, теперь уже бетонному, а не мраморному.
Крыло Альф, мягко говоря, неприятное.
Если представить себе фильм ужасов, то он выглядел бы именно так.
Здесь не было бы ничего, кроме бетона и безмолвных коридоров.
Унылая психушка с привидениями.
— Подожди здесь, — ворчит Джерард, отпирая одну из металлических дверей. Он распахивает ее, и на нее обрушивается порыв воздуха.
О нет.
Этот запах. Запах, который манил ее раньше, принадлежит Альфе в камере B.
Она должна немедленно покончить с этим безумием. Она должна развернуться, сбежать по лестнице и навсегда покинуть Грин Вудс. Спрятаться в Лос-Анджелесе, где ей никогда не придется встречаться один на один с преступником.
Она даже не знает, какие преступления совершил этот Альфа.
Неужели так плохо признать, что она не готова к этому?
Она слышит тихое бормотание изнутри, затем скрежет наручников.
Нет.
Она прошла этот путь, и теперь нет смысла отступать.
Элизабет Уинтер не сдается.
Джерард выходит, держа в руках папку кремового цвета.
— Он в твоем распоряжении, — ворчит опять охранник, сунув папку в руки. — Я буду здесь. Постучитесь, когда будете готовы уйти. Он прикован к стулу, так что не волнуйся, Омега.
Он произносит это как оскорбление, и она стискивает зубы, вспоминая, почему именно осталась здесь.
— Спасибо, Бета, — огрызается она, прежде чем войти внутрь.
  
ЭРИК
 
Дни проходят как в тумане.
Все те же бетонные потолки. Бетонные стены. Бетонные полы.
Какое-то время у него были свои книги, но на днях доктор Портер отобрал их всех.
Он наговорил лишнего и, видимо, "расстроил" другого альфу.
Что ж, возможно, другому альфе не стоило совершать столь чудовищные преступления.
Все, что он сделал, это напомнил ему, каким чудовищем тот был. Если Кин покончил с собой, это не его проблема.
Но теперь у него есть только раскладушка в одном углу и стул в другом, и никаких книг для чтения, чтобы скоротать время.
Впрочем, это неважно.
 
Он не жалеет о своем поступке.
А вот утро выдалось интересным.
Джерард, вечно довольный Бета, отпер его дверь.
— Подъем, Харт! — рявкнул он.
Ему не дали никаких объяснений, даже после того, как он расспросил охранника. И вот он сидит, пристегнутый наручниками к стулу, и гадает, что же, черт возьми, происходит.
Но тут открывается дверь, и вместо Джерарда входит она.
Это настолько неожиданно, что он думает, что у него галлюцинации. Но нет, в комнату действительно входит женщина-омега, пахнущая как рай и похожая на ангела.
Может быть, они пытают его, но он не уверен, что существует настолько ужасное преступление, чтобы оправдать это.
Подсознательно он дергается от цепей, а она смотрит на него с показушным безразличием, а глаза её золотые блестят в тусклом свете.
Он не видел и не нюхал Омегу уже три года.
Он даже не может ничего соображать, настолько ошеломлен тем фактом, что кто-то пришел сюда, чтобы поговорить с ним.
— Вы, должно быть, Эрик, — говорит она, одаривая его легкой улыбкой, которая не достигает ее глаз. — Меня зовут Элли. Я поведенческий аналитик, я здесь, чтобы поговорить с Вами.
Ее голос, легкий и приятный, посылает ударную волну прямо к его члену. Его член больно упирается в брюки, и он очень благодарен, что сидит так, чтобы она не могла видеть его позорную эрекцию. Он просто жалок.
Она садится напротив него и кладет на стол папку, доставая из нее листок бумаги.
Она принимает подавляющие медицинские препараты, по крайней мере, это видно. Ее запах приятен, даже аппетитен, но в нем чувствуется нотка химикатов.
И на ней нежно-кремовый шарф, прикрывающий бледную шею.
Умная девушка.
Он замечает наряд девушки, глаза её из-за этого на мгновение расширяются, и он все осознает.
Она боится.
После этого не будет больше встреч с ней, это точно. Доктор Портер одумается и утащит эту девушку подальше отсюда.
Она поступает с ним жестоко, позволяя ему греться в ее присутствии, затем исчезая навсегда. Скоро она станет просто сном, воспоминанием, которое будет мучить его все оставшиеся дни.
Что ж, он может быть таким же жестоким.
— Это было не очень умно с их стороны, — его голос, низкий и ровный, сбивает ее с толку.
Она облизнула свои тонкие губы и нахмурилась.
— Простите?
— Джерард не может защитить тебя от меня, маленькая Омега.
Она вздрагивает, как от пощечины.
Это ее задело.
— Мне не нужна защита от тебя, Эрик, — говорит она ровно, ее лицо возвращается к нейтральному выражению. — На самом деле я здесь ради тебя. Чтобы убедиться, что с Вами обращаются правильно и что план действий, который они разработали для Вас, подходит и не вредит вашему благополучию.
Он ехидно рассмеялся.
Да. Это определенно жестокая шутка.
Он качает головой и ухмыляется.
— Вы не туда попали, — мурлычет он. — Для меня нет никакого "благополучия". План действий состоит в том, чтобы оставить меня здесь навсегда, красавица.
Ласковое слово вылетает из его рта прежде, чем он успевает одуматься, и он может поклясться, что ее аромат меняется.
Интересно.
Это самое веселое, что он испытывал за последние годы.
Она щелкает ручкой и опускает взгляд на кипу бумаг. Он узнает на них почерк доктора Портера, и ее лицо медленно меняется по мере того, как она читает.
Если бы он не был уверен, то мог бы поклясться, что они не сказали ей, почему он здесь.
— Вы здесь за убийство, это правда?
Вот дерьмо. Они действительно не сказали ей.
— Так написано в ваших записях? — проворчал он. — Тогда я полагаю, что да.
Она продолжает читать, затем снова смотрит на него. В ее светлых глазах мельчайшие крупинки зеленого цвета, нежные и несочетаемые.