Капитан

— Ну, во-первых, она не просто статс-дама, а личная целительница государыни. Дар у нее, правда, не слишком велик, но помочь в случае чего сможет. Гроссом она еще не стала и не факт, что когда-нибудь сможет, но ее положение и без того более чем высокое. Во-вторых… слушай, а ведь ты мне так и не рассказал, что у тебя за эксперименты?
— Разве?
— Именно!
— Ну, если вкратце, мы с доктором Крыловым нашли способ немного восстанавливать некоторые функции организма. Помнишь моего крестного?
— Дядю Игната?
— Ну да. Его практически комиссовали по возрасту и состоянию здоровья. Последствия тяжелого ранения. Хромота, артрит и еще куча всего…
— Так вы умеете омолаживать людей?! — ахнула Шурка.
— Ну, не совсем. Хотя можно сказать и так…
— Тогда понятно, зачем она здесь!
— Зачем же?
— Ей, точнее той, кто ее послал, нужен ты!
— И кто же это?
— А сам догадаться не можешь? — с легкой жалостью посмотрела на него нареченная.
— Да ладно!
— Боже, всему тебя учить!
— Ну, хорошо, а вторая?
— Марцева — ректор Магической академии, слушательницей которой я имею честь являться — немного печально вздохнула Шурка. — А еще гросс, профессор и прочая, прочая…
— Ее лекции ты тоже прогуливаешь?
В другое время Александра Владимировна нашла бы, что ответить своему жениху, но к ним снова подошли Аня с Михаилом, и возмездие пришлось отложить.
— Ну как? — не удержалась от вопроса Красовская.
— Все в порядке, — тонко улыбнулся Март. — Нас не съели!
— А могли бы, — без тени улыбки ответил ему аспирант.
Дальнейшая экскурсия прошла более спокойно. Ребята рассказали гостям все, что знали о клубе и здании, причем рассказывала по большей части Аня, а Михаил изредка поддакивал или, если требовалось, поправлял свою коллегу.
Проходя из комнаты в комнату, молодые люди не удержались и проверили ауры друг друга, и, придя к определенным выводам, прониклись своеобразной симпатией. В Михаиле чувствовалась некая основательность и пытливость ума, а Аня, в сущности, оказалась милой барышней, хотя и немного сдвинутой на науке. К тому же не слишком красивой, чтобы представлять опасность. В общем, расстались они почти друзьями.
Но это случилось позже. А перед ужином, подававшимся в клубе в девятнадцать ноль-ноль, девушки отправились в дамскую комнату… «припудрить носики». Михаил пошел заправиться никотином, а некурящий Март остался совсем один. Некоторое время он разглядывал картины на стенах, а потом за спиной послышались легкие шаги.
— Нравится живопись? — услышал он знакомый голос и, обернувшись, встретился глазами с Марцевой.
Ректор Магической академии была уже, мягко говоря, не молода. Однако дух ее был по-прежнему бодр, взгляд остер, а осанке могли позавидовать многие студентки. По крайней мере, Аня Красовская — точно!
Среднего роста, стройная, с непривычно короткой и совершенно седой слегка небрежной прической, необычайно проницательным взглядом излучающих внутренний свет серо-зеленых глаз за линзами очков в тонкой платиновой оправе, в почти деловом костюме.
— Очень! — Марту даже понравилась манера общаться этой очень характерной женщины. Было в ней что-то из начала двадцать первого века и одновременно классическое «старорежимное» из конца девятнадцатого. Но самое главное, никаких помещиц Раневских, блестяще изображенных Чеховым. Ясное понимание целей, деловая хватка и полная сосредоточенность.
— Итак, что вы решили?
— По поводу?
— Как же, голубчик, учеба! Мне говорили, да и сама теперь вижу, одарены вы весьма щедро. Такие способности надобно развивать со всем тщанием. Или вы надеетесь на самообразование? Напрасно, коли так. Многие наработки и методы собраны и отлажены в стенах Академии. И вам определенно следует их освоить.
— Полностью с вами согласен, мадам. Однако учебой надо заниматься всерьез, иначе это будет пустой тратой времени, причем не только своего, но и преподавателей. А я, к величайшему моему сожалению, в данный момент не могу посвятить себя этому целиком. Слишком много дел.
— Хотела бы я, чтобы студенты так же ценили мое время, — усмехнулась Марцева. — Тем не менее ваш ответ не является в моих глазах сколько-нибудь удовлетворительным. Я настаиваю на необходимости обучения и… готова рассмотреть возможность формирования для вас индивидуального курса и графика занятий.
 
— Даже не знаю, что ответить на это щедрое и лестное предложение…
— Вот ничего и не отвечайте. Вы еще очень молоды, но этот «недостаток» быстро проходит. Чем раньше вы начнете, тем лучше будет результат. И наоборот!
— Хорошо, — сдался Март. — Я согласен.
— В таком случае, завтра жду вас у себя. И еще, ходят слухи, что у вас в команде необычайно много одаренных. Откуда такое созвездие?
— Как-то сложилось само собой… — пожал Март плечами.
— Темните? Впрочем, как угодно, вы, разумеется, имеете право на приватность. Но, скажите, этот кореец, Ким, кажется, он не носил адамант?
— Нет, Лидия Михайловна, энколпион с камнями был у меня.
— Но каким же способом он приобрел дар? Вы поймите, Мартемьян Андреевич, это не досужий интерес, а сфера моих профессиональных знаний. Я уже много лет занимаюсь разработкой и управлением системой инициирования новых одаренных в России.
— Я и сам не знаю, как это вышло. Просто носил крест с ковчежцем внутри, а Виктор, то есть Ким, был рядом. Он ведь мне почти как брат. Мы дружим с ним с самого детства. И когда мы встретились с Владимиром Васильевичем Зиминым, тот подметил, что у Виктора аура человека силы. Пусть и в самой ранней фазе.
— Невероятно. Мне необходимо лично побеседовать с вашим другом. Так что его я тоже приглашаю к нам в Академию. Непременно!
— Очень вам признателен. А как обычно проходит инициирование?
— О, это большая тема. Присаживайтесь, — оседлав любимого конька, начала рассказ Марцева. — Но для начала мне нужна чашечка кофе.
Подозвав прислугу, ректор распорядилась заказом:
— Милейший, принесите нам кофе и лимоны. Да смотрите, никакого сахара!
И в ответ на недоуменный взгляд Марта пояснила:
— Настоящие ученые пьют именно так. Крепкий черный кофе с лимоном. Необычайно бодрящая смесь горечи и кислинки. Вы не пробовали такое сочетание? Рекомендую. Итак, к делу, — помешивая серебряной ложечкой дольку лимона в тончайшей фарфоровой кружке, начала гросс. — Изначально все сводилось к игре случая и богатства. Как вы наверняка знаете, в первые годы звездные адаманты почитались исключительно как лекарство от всех болезней. Этакий философский камень, явленный нам по милости Божьей. Но постепенно стали проявляться и иные последствия от постоянного контакта со стелларами.
— Дар.
— Именно. Распределились камни весьма неровно. Очень многие состоятельные люди приобретали космические кристаллы, но так и не становились видящими. Игра случая. Едва ли два процента от всех, кто вступал с камнями в длительный контакт, получали особые способности и доступ к энергосфере. Так уж получилось, что и ваша покорная слуга была в их числе. В дальнейшем я задумалась, почему происходит именно так? В чем секрет? И потратив на исследования многие годы, должна чистосердечно признаться, что так до конца и не отыскала ответ. Зато методом проб и ошибок выявила минимально достаточный срок контакта. А также разработала комплекс тренировок и особых практик, помогающих инициировать энергоканал.
— То есть вы поставили этот процесс на поток?
— Можно сказать и так, Мартемьян. Я усвоила главное. Империи требуется много одаренных, и ограничивать доступ к адамантам исключительно для элиты — аристократии и крупных капиталистов — в корне ошибочная стратегия. И тогда появилась концепция «Центров инициации», где кандидаты получают временный доступ к камням. И самое главное, чего удалось добиться, это повышения процента продуктивности! Да, представьте себе! Все обладатели стелларов известны и состоят на учете в особом департаменте Жандармского корпуса. Так что точная цифра результативного контакта подсчитана очень точно. Казалось бы, Россия владела в те годы большей частью мировых запасов адамантов, а пользы извлекала до неприличия мало. К счастью, эту ситуацию удалось переломить. Нам удалось умножить и численность видящих, сегодня три четверти от общего состава — выпускники наших школ и центров, и даже добиться роста того самого пресловутого процента положительного взаимодействия с адамантами.