Артур Рэйш. Книга 6. Палач

– Ты ни в чем не виноват. Она знала, что нет смысла умирать двоим, когда может погибнуть лишь один. И это был мудрый выбор. Действительно мудрый, хоть и очень тяжелый.
По губам Роберта скользнула невеселая улыбка.
– Вы говорите как мой отец…
– Уверен, если бы он оказался в том подвале, то поступил бы так же, как Мелани.
Мальчишка поднял на меня испуганный взгляд:
– Почему?!
– Потому что люди всегда пытаются спасти то, что им дорого, – ровно пояснил я. – А Мелани посчитала, что ты достоин жить. Она верила, что ты справишься, и поэтому боролась до конца.
У Роберта подозрительно заблестели глаза.
– Она не должна была умирать!
– Да. Прости. Я пришел слишком поздно.
– Я… я не это хотел сказать, – вздрогнул всем телом юный герцог. – Простите, мастер Рэйш! Это не ваша вина!
– Как посмотреть, – невесело хмыкнул я. – Поверь, не только ты один сожалеешь о смерти этой девушки. Но лишь у тебя есть возможность доказать, что она погибла не зря.
Роберт Искадо сглотнул, подумал и тихо сказал:
– Наверное, вы правы. И когда-нибудь я придумаю, как это сделать.
Я улыбнулся:
– Не сомневаюсь. Как ты себя чувствуешь?
– Мне душно, – признался мальчик, отводя взгляд. – Все время душно в городе и особенно в доме. Мне иногда снится, что там живут совсем другие люди. Я вижу, как они смеются, разговаривают…
Вот теперь настала и моя очередь вздрагивать.
– Кого именно ты видел?
Роберт сжал кулаки.
– Женщину. И двоих мужчин. Но они уже умерли. Здесь, в этом самом месте.
– Ты видел, как это произошло? – быстро уточнил я, но мальчишка отрицательно покачал головой.
– Я просто знаю, что когда-то они жили здесь, а теперь мертвы. Мне кажется, я вижу призраков, мастер Рэйш. – Мальчик понизил голос до шепота. – И я боюсь, родителям, если они узнают, это не понравится.
Час от часу не легче…
У меня волосы на затылке зашевелились, когда мальчишка вновь поднял взгляд и там промелькнуло до боли знакомое отчаяние.
– Что мне делать, мастер Рэйш? Я больше не могу здесь находиться. Мне словно воздуха не хватает и все время кажется, что вот-вот случится что-то плохое. Да и солнце этой весной почему-то слишком яркое, оно слепит глаза, – так же тихо добавил Роберт, в третий раз потянув за ворот рубашки. – И оно такое горячее, что мне теперь хорошо только в подвале. Можно, я до вас дотронусь?
Я, поколебавшись, стянул перчатку с левой руки.
– Теплая, – прошептал юный герцог, коснувшись моей ладони ледяными пальцами. – Но внутри вас тоже живет холод, мастер Рэйш. Только не каждый может его почувствовать.
– А ты чувствуешь? – так же тихо спросил я, всматриваясь в побледневшее лицо юного мага.
– Я его вижу. В вас, в тех магах, которых ко мне приводили. Я думаю, это потому, что в гробу тоже было холодно и темно. И теперь Тьма приходит ко мне во сне, что-то шепчет, гладит по голове, зовет… иногда мне даже кажется, что это Мелани. Наверное, я схожу с ума?
Я мысленно выругался.
– Нет, Роберт. Ты просто меняешься. Но этого не надо бояться.
– Разве я не умираю? – недоверчиво переспросил мальчишка. – Мама сказала: мой дар начал слабеть. И целитель подтвердил. Но разве это не означает для светлого мага верную смерть?
– Нет, – повторил я, напряженно размышляя над услышанным. – Тьма всего лишь заметила тебя и приглашает в гости. Но если не захочешь, она не станет настаивать.
– А если я откажусь, мой дар станет таким, как прежде?
– Не знаю, – честно ответил я. – Думаю, лучше спросить у твоего дяди. И моего непосредственного начальника, который вообще много чего повидал по жизни.
Роберт заколебался.
– А вы могли бы сделать это для меня, мастер Рэйш?
– Попробую, – кивнул я. А когда мальчик с благодарностью поклонился и отступил обратно в тень, я вполголоса пробормотал: – Тем более мне и самому интересно это выяснить.
* * *
– Ну и что скажешь, Рэйш? – как ни в чем не бывало осведомился Корн, когда я вернулся на веранду и без приглашения занял чужое место. – Твое мнение о мальчике?
 
Я перехватил настороженный взгляд герцога Искадо.
– Полагаю, он на полпути к тому, чтобы перейти на темную сторону.
– С чего ты решил? – пристально посмотрел на меня шеф. Судя по всему, такая мысль уже приходила в его голову, потому что он не выглядел особенно удивленным.
– Роберт часто размышляет о смерти. У него слабеет магический дар, и он стал чувствовать Тьму. Ему некомфортно находиться в мире живых, поэтому он неосознанно ищет дорогу в мир мертвых. И если вы мне сейчас скажете, что в истории Ордена бывали случаи, когда светлый маг становился темным, то я отвечу – с Робертом Искадо происходит то же самое.
Какое-то время в беседке царила мертвая тишина.
– По-вашему, такое возможно? – через некоторое время задал вопрос отец мальчика.
Я пожал плечами.
– Лично мне о подобных случаях неизвестно. Но, судя по тому, как изменился ваш сын после похищения, велика вероятность, что мои выводы верны.
– Нельсон? – обернулся к шефу герцог Искадо.
– Подобные случаи действительно бывали, – неохотно подтвердил мое предположение сидящий поодаль Корн. – Не могу сказать, что речь идет именно о смене магического дара, но достоверно известно, что некоторым светлым при определенных обстоятельствах удавалось, так сказать, «потемнеть».
Я мысленно присвистнул: а вот это уже интересно… Хотя, если подумать, не так уж и невероятно, ведь трагедию, приведшую его на порог смерти, мальчишка все-таки пережил. Тьма его тоже пометила – седина в волосах наглядное тому доказательство. А значит, чисто теоретически он мог попытаться преодолеть границу между мирами. Но для Роберта это будет смертельно опасное испытание, от которого родители, разумеется, хотели его уберечь.
– Какие у него шансы? – снова спросил Аарон Искадо, а его брат озабоченно нахмурил брови.
– Его дар угасает, – неловко кашлянул Грегори Илдж, когда все взгляды обратились в его сторону. – Когда я увидел его в первый раз, мальчик был истощен, но его аура выглядела нетронутой, хотя и более блеклой, чем обычно у детей его возраста и уровня дара. Поначалу это могло быть объяснено контактом с нежитью. Однако за последнюю неделю с Робертом успели поработать лучшие целители столицы. А аура не только не стала ярче, но и, напротив, истаивает прямо на глазах.
– Вы правы, мастер Илдж, нам не удалось остановить этот процесс, – дернул щекой герцог Искадо. – Насколько мне известно, во время первого контакта вы успели измерить насыщенность ауры моего племянника. Вы уверены в том, что получили верные цифры?
– Разумеется, ваше сиятельство. Стандартный аурометр у меня всегда с собой, и я готов поклясться, что на сегодняшний день насыщенность фона вокруг вашего племянника составляет всего тридцать шесть единиц.
– Неделю назад он был равен сорока, – прикрыл глаза отец Роберта. – А если верить вашему рапорту, то почти сорока пяти на момент освобождения из подвала. Мастер Рэйш, каково ваше мнение?
Я спокойно встретил горящий отчаянием взгляд хозяина дома.
– Думаю, сроки окончательного угасания дара вы и сами уже определили: светлым магом ваш сын перестанет быть самое большее через месяц. Для прогнозов касательного темного дара пока не хватает данных.
– Что тебе для этого нужно? – напряженно спросил Корн.
– Для начала хотя бы статистика. В идеале – конкретные примеры и особенно сведения о том, где и как происходило изменение магического дара у магов, о которых вы говорили.
Корн поморщился.
– Если бы у меня была статистика, я бы не спрашивал твоего мнения. Сам понимаешь – предположение о смене магического дара противоречит всему, что мы знаем о магии. Но я за эту неделю перерыл все доступные архивы и наткнулся на пару случаев, когда светлые маги после похожих ситуаций, как с Робертом, вдруг без всяких причин начинали сходить с ума.
– То есть они все-таки не погибали? – уточнил я.