Конфедерат. Ветер с юга. Рождение нации
Северяне приближались. И вот уже застучали первые выстрелы. Это снайперы начали свои игры, им разрешено стрелять без команды, раньше прочих. Хорошие стрелки, им виднее, когда именно противник вышел на доступное для стрельбы расстояние. Что же до тактики, то на сей счёт приказ они уже получили. Не до жиру, то есть не до максимизации вражеских потерь, сейчас лучше отстреливать самые «вкусные» цели.
Короткая заминка, но на сей раз янки явно не собирались мазать пятки салом. Неужто ничего не боятся? Ах вот оно в чем дело! Видно было, что через брод начали переправляться новые части. Второй полк? А ведь все к тому и идёт!
– Джонни, полусотню своих выдвини слева, пусть подкрепят ребят Байера.
– Только половину?
– Да. Чую я, что это далеко не конец. Два полка куда неприятнее, чем один. И артиллерия еще эта!
Словно подтверждая мои слова, неподалёку разорвался очередной снаряд, выпущенный из нарезного орудия. Одного их тех, что были установлены на холме по ту сторону речки. На излете долетел, с рассеянием, делающим прицельную стрельбу почти невозможной, но получить хаотично прилетевшим снарядом – явление не менее фатальное.
А вот и Степлтон. Вернулся, бродяга! Жаль, что Джонни уже несколько в стороне. Отдает приказы своим и немного досадует по поводу того, что сам пока здесь останется.
– Ну что хорошего скажешь, Вилли? – с ходу спросил я, не желая разводить политесы на пустом месте. Свои ведь люди.
– Лонгстрит приказал держаться всем четырём полкам. Сказал, что будет перебрасывать части бригады на направление, которое покажется более опасным. И запретил переходить в наступление. Генерал Борегар хочет притянуть сюда побольше янки, создав впечатление, что мы можем лишь обороняться, а на контратаку сил не хватает.
– И потом ударить по сходящимся направлениям… скорее всего, через броды Мак-Лина и Айлэнд, – припомнил я карту местности. Тогда удастся отсечь от Сентервилла одну из дивизий Мак-Дауэлла и изрядно ее проредить. Борегар умён, но в этом я и не сомневался.
– Но тогда мы…
– Вкусный кусок сыра в мышеловке, – усмехнулся я. – Ничего, это нормально. К тому же шансы неплохие, с такими картами на руке играть стоит. Да и пулемёты я на всякий случай приказал переместить поближе. Могут понадобиться.
– Здесь? На открытом месте?
– Конечно нет. Подумаем, где установить, чтобы в окопах, так их подавить куда сложнее будет.
– Ну тогда…
– Сейчас начнётся, Вилли. Смотри.
И впрямь стоило. Полк янки пёр прямо на нас, то есть на усиленные нашими ротами позиции полка Монтгомери Корсе. Пёр упрямо, не обращая внимания на потери, чувствуя, что сзади их вот-вот поддержит другой полк. Мне даже на какое-то время стало любопытно, предупредили ли их о необычном противнике в нашем лице? Судя по всему, если и предупредили, то командование полка не особенно этим впечатлилось. К тому же наш батальон пока обходился без развернутых знамён. Психология, однако.
Частая стрельба залпами. Заработали «спенсеры», «радуя» янки градом пуль, причем выпущенных вполне себе прицельно. К тому же наши стрелки видели противника как полноразмерные ростовые мишени, в то время как те должны были выцеливать залегших среди травы солдат в неброских мундирах. Именно неброских, потому как сероватый цвет куда сложнее выцелить, нежели синий довольно яркого оттенка.
Стрелки нещадно опустошали магазин за магазином, что для плотного строя полка северян было особенно губительно. Если пуля не попадала в нужную цель, то с высокой долей вероятности могла попасть в соседнего янки или находящегося в заднем ряду. Да и прохождение пули насквозь еще никто не отменял, особенно если она выпущена из «шарпса», куда более мощного, нежели «спенсер».
– Много патронов уходит, Вик, – покачал головой Степлтон, подчеркивая заботящее его наблюдение. – Как бы не остаться нам без боеприпасов в разгар битвы.
– Этой?
– Нет, не этой. Сейчас у нас просто огромное количество патронов на винтовку. Я про потом, про следующие сражения. Да и это… Оно у этого брода не закончится. Это бой с авангардом.
– Статистика, Вилли. Сейчас вы получаем статистику расхода боеприпасов по ротам. Она нам очень пригодится в дальнейшем. Будем знать, сколько патронов улетает за бой в целом, за определённое время и все такое прочее.
– Я понимаю. Но в масштабах всей армии, если она будет вооружена «спенсерами»… Огромный расход патронов. А если еще и пулемёты… Хотя их ещё не использовали. Но это очевидно.
– Прогресс, друг мой. Оружие совершенствуется, жизнь не стоит на месте. И лучше терять деньги, чем солдат. Юг богат, наш хлопок – словно мягкое золото, которое нужно всем. Мы справимся.
Если не будет жёсткой блокады – действительно справимся. Но этого я, понятное дело, говорить уже не стал. Ни к чему излишне смущать Вилли, тем более сейчас, в разгар боя.
Полк северян, нещадно расстреливаемый не только нами, но и семнадцатым Виргинским, чувствовал себя… Хреново чувствовал, это было очевидно. К тому же Лонгстрит, видя обстановку, сделал сильный ход. Со стороны одиннадцатого Виргинского, занявшего позиции левее, а также со стороны пятого Северокаролинского, что располагался правее, выдвинулось до двух рот. Подкрепления, однако, пусть и временные. Они должны были окончательно укрепить наши боевые порядки, сделав присутствие второго полка северян не столь значимым.
А второй полк янки, еще не понесший потерь, намеревался ударить в стык между нами и пятым Северокаролинским. И завидев это, выдвинутые было с той стороны две роты медленно попятились назад. Правильно, ибо нефиг ломиться с голым задом на ощетинившегося дикобраза.
– Знамена «Дикой стаи» – поднять! – командую я и тут же уточняю: – Знамена, но не самим в полный рост вставать. И вообще, где мои пулемёты?
– Да вон, уже подъезжают, – хмыкнул вернувшийся Джонни, уже успевший перемолвиться несколькими словами со Степлтоном. – А что, хочешь ввести их в бой?
– Именно, а то очень мне не нравится второй полк северян. Да и на той стороне реки нездоровая суета. Как бы они третий не ввели в бой, – поделился я опасениями. – Но стрелять придется прямо с повозок. Пусть еще не идеально получается, маловато учились, но придется. Если янки закрепятся тут, то будет совсем нехорошо.
– Понятно, – процедил Степлтон. – Я отдам приказы, чтобы дополнительно укрепили пулеметы и установили щитки.
– Действуй, Вилли, – впрочем, говорил я это уже спине Степлтона, потому как тот метнулся к своей лошади. – Хм, а ведь поднятые знамена явно не порадовали северян. Смотри сам, Джонни, если не верится.
Джонни верил, да и удивления на его лице не было заметно. Знамя «Дикой стаи», оно ведь уже успело стать известным. Газеты хоть некоторые люди, но всё же читают, а уж дальше «сарафанное радио» всегда работать умеет. А о нас много чего понаписали на Севере. Слепили из нас этаких чудовищ, при этом не забыв и про собственный флаг отряда. И тут вот он, внезапно появляется, вводя в злобу одних и откровенно пугая других. Причём как одно, так и другое можно использовать к нашей выгоде.
– Командир у янки не из робких, – покачал головой Джонни, оценивая ситуацию. – Кажется, наше знамя подействовало на него, как красная тряпка на быка. Первый полк уже пятится, но сейчас начинает переправу третий. Кажется, они решили бросить на прорыв целую бригаду. И если не удастся остановить второй, который между виргинцами и северокаролинцами пробиться хочет… Плохо будет.
– Остановим. Пулемётов они еще не видели. Они не только на тела, но и на души подействуют. Страх, его тоже стоит учитывать.
– Посмотрим, Вик.
Тут уж не поспоришь. Действительно, мы именно что посмотрим, причём находясь в эпицентре разгорающегося сражения близ брода Блэкберна.
Первый полк, находящийся под нашим и семнадцатого Виргинского обстрелом уже довольно долгое время, не просто пятился, а довольно быстро отступал, пусть и сохраняя боевые порядки. Однако я не сказал бы, что его можно было списывать со счетов. Если на его месте окажется третий, только что переправившийся полк северян, а этот приведут в порядок, дадут чуть передохнуть и вновь бросят в пекло…. Мда, не хотелось бы.