Форпост (СИ)
— Пап, можно я с горки спущусь? Ну пожалуйста!..
— А спать не хочешь?
— Нет!
— Можно, только не долго, днём ещё наиграешься. Осторожнее там!
Сын, очутившись на земле, тут же убежал к толпе детей, скатывающихся с горки. Сейчас, освещённая десятком факелов, она была намного интереснее и загадочнее, чем при свете солнца. Для детей сделали как обычные санки, так и их упрощённый вариант — ледянки, популярные ничуть не меньше. Немного дальше, с громким визгом и криками малышня обстреливала и защищала две ледяные крепости, осыпая друг друга снежками.
— Сделаем кружок по площади, и домой? У дочек и так незапланированная прогулка получилась, ещё замёрзнут…
— Не волнуйся, они в тепле, после боя барабана тут же снова уснули.
Мы неспеша шагали по расчищенной от снега тропинке, поздравляя встречных лантирцев с Новым годом. Справа показались несколько ледяных скульптур — эту идею я подсказал Славу две недели назад, и она его полностью захватила. Парню сначала пришлось намораживать воду, формируя ледяные глыбы, а затем целыми днями вырезать из них фигуры мамонта, бизона и большезуба. Звери получились намного меньше своих настоящих прототипов, но смотрелись очень реалистично. А ночью, когда отблески костров начинали переливаться на гранях ледяных кристаллов — вообще волшебно!
— Устал за день?
— Немножко, но это того стоило!..
— Ты теперь каждый год будешь переодеваться в Снежного Энноя?
— Конечно! Но скоро детей станет ещё больше, тогда нужно будет глав родов подключать, я один не справлюсь.
— А женщинам обязательно длинную бороду надевать?
Эрика смеётся, наверное, представила себя в таком виде…
— Нет, это уже будет перебор! Да и не бывает у женщин-энноев никакой бороды — вон, Арику вспомни. Или Ленга расспроси, как его мать выглядела.
— Знаю! Мне твоя шуба очень понравилась… Красивая, ни у кого такой нет!
Ещё бы — чтобы ее пошить, большую часть белых заячьих шкурок потратили!.. Но выглядел такой наряд действительно стильно, особенно в купе с резным посохом, украшенным накладками из мамонтовой кости и большим голубым кристаллом в навершии. Дети были в полном восторге, когда я в таком виде заходил в каждый дом и вручал им сладости и подарки.
— И не будет, это одежда только для праздника! Ингвар-то меня узнал?
— Нет, ты хорошо умеешь голос менять! Он потом меня ещё спрашивал, зачем папка ушел и не познакомился с таким важным энноем.
Теперь мы смеемся уже вместе… Вот и сын подбежал, весёлый, раскрасневшийся, весь в налипшем снегу. И как его теперь спать укладывать?..
Через несколько дней в Храме Мудрости собрались три Круга власти и главы всех родов. Я созвал их, чтобы всё-таки решить проблему с экспансией и дальнейшим развитием Лантирска и всего народа Солнца. Слово "племя" все больше отдалялось в прошлое, слишком далеко мы уже продвинулись в развитии технологий и общественных отношений…
— Дим, Лантирск должен оставаться единственным городом!
— Мы раньше уже жили раздельно, и никогда бы не отбились от большого отряда черных людей! И оружия у нас тогда такого не было!..
— И каждый род опасался другого… Нет, лучше жить всем вместе!
Все это я уже слышал, и не раз. Они во многом правы, да и концентрация населения в одном месте ещё долго будет необходимостью, без этого не получится быстро восстановить численность вымирающих неандертальцев.
Плохо было другое — удаленность многих необходимых ресурсов от нынешнего Лантирска. С появлением телег, а затем и лошадей эта проблема лишь немного ослабла, но полностью не решилась. Например, сейчас нам приходилось тащить практически необогащенную железную руду и уголь в город, чтобы выплавить железо. Хотя намного разумнее было бы организовать плавку рядом с месторождением, а в Лантирск везти уже готовый металл…
Размышляя, как обойти упрямство моих людей, я постепенно пришел к выводу, что проще всего загнать их в логическую ловушку. А чтобы повысить мотивацию селиться и работать дальше от центра — использовать экономические рычаги.
— Лтар, никто и не говорит, чтобы мы вновь разделялись. Зачем? Мы всегда будем жить в одном городе. В очень большом городе.
— Но ты же сам говоришь, что нужно строить дома возле шахт и рудников!
— Да, Лантирск должен расти! Вот смотри — если два дома стоят на одной улице, они же часть города?
— Конечно!
— А если улица очень длинная, и между домами расстояние, хм… ну, скажем равное полету стрелы, это тоже часть города?
— Да, они же связаны дорогой…
Пока собеседники ещё не заметили подвоха в этой цепочке, но ничего, все равно опровергнуть сами себя они не смогут!
— А если расстояние между домами десять полетов стрелы?
— Дим, зачем строить дома так далеко?
— Нет, ты мне ответь — это все ещё будет город?
— Да, город!
— Затем, чтобы не таскать сырье и отходы туда-сюда. Так, продолжим — а если по улице идти до следующего дома ещё дольше, скажем, как до лагеря охотников?
— Так то лагерь…
— Но он же соединён дорогой с другими домами? Значит, он тоже часть Лантирска!
Мне кажется, я сейчас услышу, как скрипят шестерёнки в их головах, так они стараются подобрать возражения. Не выходит…
— Но идти-то далеко, кто захочет строить дом вдали от центра?
— Тот, кто получит больше денег за ту же выполненную работу.
— Это как?
— Пратт, представь себе, что ты поймал рыбу в Аркаиме рядом, на пляже, сдал ее на кухню и получил за нее чайбу.
— Это нужно много поймать, за раз на чайбу не наберётся…
— Речь не о том, это я для примера. А теперь представь, что ты живёшь в два раза дальше, чем лагерь охотников, и поймал столько же рыбы, но на кухне тебе за нее заплатили одну чайбу и десятину сверху.
— Почему? Рыба ведь осталась такая же!
— Потому что чем дальше от центра города, тем больше будет ценится труд людей, добывающих там ресурсы для жизни остальных.
Задумались… Заработать больше денег за ту же работу — звучит заманчиво. Первым дальнейшие выводы сделал Тинг.
— Тогда выходит, если я буду жить ещё дальше, и поймаю столько же рыбы, то получу уже две десятины?
— Верно. Вы все видели эталон метра?
— Ту тонкую пластину с делениями?
— Да. Так вот, до лагеря охотников отсюда пять раз по тысяче таких метров. Иными словами — пять километров. Обычные расценки будут действовать внутри круга радиусом в десять километров. А вот дальше — на расстоянии от десяти до двадцати километров, добавится уже одна десятина. Охотники со второго лагеря получат уже на десять процентов больше за точно такой же пеммикан, что и приготовленный за стеной Лантирска.
— А если жить в ста километрах, то вместо одной чайбы будет платится уже две?
— Все так. Вплоть до появления паровых машин, поездов и автомобилей. Тогда надбавки по всем экономическим зонам снизятся в десять раз, и две чайбы будет платиться уже тем, кто живёт и работает за тысячу километров.
— А за две тысячи?
— Три, естественно. Я уже знаю твой следующий вопрос — десять чайб получат только те, кто отправится за океан, осваивать новые земли. Эти территории — обе Америки, Австралия, Антарктида и все острова — станут последней экономической зоной.
— Дим, но по океану дорогу не проложить. Значит это уже будут другие города!
Вот и первый серьезный аргумент. Но к нему я подготовился заранее, так что врасплох Тингу меня застать не получилось.
— Вы считаете, что Храм Мудрости мы построили просто так, для красоты? К тому времени мы сумеем соединить эти дома с остальными сначала радиосвязью, а затем и более совершенными системами передачи данных. Вы сможете говорить с людьми, там проживающими, так же, как сейчас со мной.
— Тогда за океан переедут все люди, чтобы получать больше денег!
Второй хороший аргумент, Лтар меня не разочаровал — хозяйственный мужик, когда речь идёт о деньгах, то соображает очень быстро…
— Так и цены там ведь тоже будут в десять раз выше, чем в центре, Лтар. Там рабочий на алмазном руднике или на нефтяной платформе получит за год тысячу чайб, и потратит из них на питание и лантирские товары пятьсот. А здесь за ту же работу он получит сто и потратит пятьдесят.