Безмятежный лотос 2 (СИ)

Наконец, среди деревьев показались волки, и Сяо Юн радостно бросился вперед. А Вика сразу за ним, чтобы подстраховать в случае чего. Только вот ее помощь вообще не потребовалась. Юн-Юн широко распахнул полную острых зубов пасть, а потом одним укусом заглотил сразу половину волка. Девушка своим глазам не поверила, оставшиеся волки — тоже. И пока все они в шоке таращились, питомец успел заглотить оставшуюся половину тушки. Тут-то волки взвыли и бросились наутек, но Сяо Юн быстро их догнал и прикончил каждого в пару укусов.
"Как он это делает?" — Вике даже захотелось протереть глаза.
"Тао Тэ могут сожрать что угодно, хоть камни, хоть металлы, хоть летящие в них заклинания. А еще у них бездонная пасть. Как бездонная сумка, только пасть. Что бы туда ни попало, назад уже не вернется. Прямо как в черной дыре. И это твой питомец еще маленький. Вот подрастет, и эти волки ему на один зубок будут".
Между тем довольный Сяо Юн, чуть помахивая хвостом, вернулся к Вике, уселся у ее ног и принялся умываться. Немного волчьей крови попало на его мех, так что он теперь старательно вылизывался.
— Молодец, Юн-Юн, отлично справился, — похвалила его девушка и почесала за ухом.
В ответ питомец довольно заурчал, прикрыв от удовольствия глаза.
Вика некоторое время рассказывала ему про монстров в других данжах, потом попыталась обучить медитации, чтобы тот быстрее совершенствовался, но детеныш скоро утомился от учебы, и девушка отпустила его погулять, а сама уселась в позу лотоса. Хотя до сих пор управлять своей Ци она так и не научилась, да и с медитацией были проблемы, Вика все равно не прекращала попыток. Она надеялась, что однажды количество перейдет в качество. И если главный герой ее все-таки не прикончит, то лет через сто она наверняка справится. Ну или изобретет свой собственный метод совершенствования.
Сяо Юн сначала бегал кругами неподалеку от хозяина, потом осмелел и начал отходить подальше. Сунулся в озеро, пофыркал на холодную воду, намочившую лапы, потом отправился исследовать лес. Одно из деревьев показалось ему интересным, и, не долго думая, он куснул его за ствол.
Вику из состояния медитации вырвал громкий треск. Она открыла глаза и увидела, как невдалеке валится могучее дерево, увлекая за собой более тонких собратьев. Испугавшись за питомца, она побежала проверить, что там происходит, но вскоре увидела Юн-Юна, увлеченно грызущего ствол, словно щенок — огромную кость. И только щепки летели во все стороны.
"Система, как думаешь, у него бобров в родственниках не было?"
"Кто знает. Вообще-то, демонические бобры действительно существуют".
"Надо бы бестиарий почитать, а то мало ли с кем еще придется столкнуться".
* * *
Шуанхуа хорошо помнил свое детство. У него было еще четверо братьев и сестер, и всем им мать дала очень красивые имена. Он и его младшая сестра, в отличие от огненно-красных собратьев, родились с белым мехом, и их назвали в честь зимы — Морозный узор и Смести снег. Шуанхуа сам зиму никогда не видел, но в его памяти были воспоминания предков об искрящемся на солнце снеге и вымораживающем холоде, который случался иногда в некоторых северных царствах мира демонов.
Вообще, в голове Шуанхуа было очень много всяких воспоминаний обо всем на свете, только вот большую часть из них он просто не понимал в силу малого возраста и отсутствия опыта.
Мать иногда уходила из норы на день или два, а потом возвращалась и приносила им вкусную добычу. И делилась своими эмоциями. Ведь, пока Тао Тэ маленькие, это являлось их основной пищей, даже мясо и кости нужны были лишь для того, чтобы поточить вечно чешущиеся зубы.
Но однажды мать не вернулась. И это едва не стало концом для Шуанхуа и всех его братьев и сестер. Он плохо помнил тот период времени, когда они только и делали, что убегали и прятались. Зато он очень хорошо запомнил те страх и отчаяние, что чувствовали чудом уцелевшие Фусюэ и Феньфан. Но благодаря инстинктам и памяти предков они смогли выбраться из ставшего слишком опасным мира демонов и затеряться в чуть менее опасном мире людей.
 
Ослабевший от голода Шуанхуа был вынужден вернуться в свою маленькую форму, в которой все Тао Тэ рождаются. Но благодаря этому крошечному телу он смог затеряться в городе странных двуногих существ. Из памяти предков он знал, что эти создания называются людьми, и некоторые из них могут быть весьма опасны, но в большинстве своем они очень слабые и довольно невкусные. Но они были разумными, а значит, могли излучать эмоции, которые были так необходимы молодому Тао Тэ. Правда, большинство эмоций были злыми, и от таких людей Шуанхуа убегал, лишь слегка попробовав.
Но однажды ему встретился человек, чьи эмоции были такими теплыми и вкусными, что Шуанхуа на миг показалось, будто это мать вернулась и пришла забрать его домой. Он замешкался и не успел сбежать, а двуногое существо между тем поймало его своими передними лапами и куда-то понесло. Это должно было бы пугать, но человек буквально купал его в любви и радости, так что Тао Тэ не удержался и просто начал их поглощать. А потом разомлевший от тепла и сытости он даже не стал сопротивляться, хотя купаться в воде было не очень-то приятно.
Человек дал ему новое имя, и Тао Тэ подумал, что тот, должно быть, принял его за своего детеныша. По крайней мере, этот двуногий излучал почти такие же чувства, как мать, и также давал ему еду. Лучше бы мясо, но молоко — это тоже неплохо. Но самое главное — тепло и эмоции, такие вкусные, что Шуанхуа просто не мог от них оторваться и цеплялся за человека изо всех сил.
Пожив немного среди людей, Шуанхуа, точнее, теперь Сяо Юн, стал намного лучше в них разбираться и понял, что его человек никак не мог спутать маленького Тао Тэ с собственным детенышем — уж слишком сильно они отличались. Зато, слушая разговоры окружающих, он понял, что люди принимают его за питомца. В памяти предков такого понятия не было, так что Сяо Юну пришлось разбираться во всем самому. И судя по поведению человека, питомец — это тот, кого кормят и любят. Такое положение дел ему понравилось, поэтому он решил признать человека своим хозяином.
И ему уже начало казаться, что жизнь наладилась, как вдруг хозяин догадался, он не настоящий кот. Сознаваться было страшно, но он чувствовал эмоции хозяина, которые оставались все такими же теплыми и добрыми, поэтому и показал свою демоническую форму. И не прогадал, так как хозяину она понравилась. Даже более того, он отвел Сяо Юна в интересное место и вкусно накормил. Поэтому Юн-Юн решил, что отныне будет любить хозяина больше всех на свете.
  
Влюбленность
 
— Хм, — Вика недоверчиво перевела взгляд с иллюстрации на котенка, который сидел у нее на груди и тоже рассматривал книгу. — Мне кажется, тот, кто это изобразил, рисовать вообще не умеет.
Девушка все-таки начала изучать многотомный бестиарий вместе с Сяо Юном и теперь разглядывала картинку, изображавшую массивное существо с двумя парами изогнутых рогов и огромными выпученными глазами. Автор уверял, что это и есть Тао Тэ — ужаснейший из монстров во всем демоническом мире. Юн-Юн утвердительно мяукнул, соглашаясь, что рисунок так себе.
Тут в дверь постучали. Оказалось, что это Чуньтао прислал зимнюю форму. На взгляд Вики, в летней она бы тоже не замерзла, все-таки та была пятислойной. По ее мнению, этого было более, чем достаточно. К счастью, в зимней одежде количество слоев не увеличилось, она просто была сделана из более плотных тканей. А еще к ней прилагался плащ с пышным меховым воротником. Девушка не удержалась и решила все померить, и как всегда зависла у зеркала, любуясь.
— Какой же все-таки красавчик, — произнесла она, почти благоговейно касаясь собственного лица. — Кажется, я влюблена.
"В кого?" — тут же ревниво спросил Синчень и даже вылетел из ножен, словно собирался тут же зарубить нечестивца, посмевшего привлечь внимание хозяина.