Безмятежный лотос 2 (СИ)
Дзинь Ху пояснила, что ее род берет свое начало от золотого крылатого тигра, низвергнутого с небес в доисторические времена. С тех пор сменилось уже множество поколений, и кровь небесного создания оказалась сильно разбавлена. Долгие столетия не появлялось никого с такими явными чертами великого предка, и вот наконец-то произошло чудо, и родился ее сын, который обещает вскоре стать чрезвычайно могущественным существом. А когда ребенок подрастет, он научится изменять форму по желанию, принимая вид, схожий с человеческим, или наоборот, проявляя больше звериных атрибутов. Поэтому демоница считала, что это Лань Веньхуа принес ей удачу, и начала относиться к нему еще лучше.
Вика же впервые видела настоящее некомими и была сражена наповал. А ведь у этого маленького ангелочка еще и крылья однажды вырастут. Она раньше даже представить не могла, что ребенок может быть таким восхитительным. В прошлой жизни она всегда отказывалась, когда друзья или родственники предлагали подержать их маленьких детей на руках, а тут сама потянулась к этому очаровательному малышу.
Хорошо, что с его матерью шкала отношений была заполнена почти на три четверти, а то иначе демоница вряд ли бы разрешила прикоснуться к своему дитя. Но сейчас она даже как-то поощрительно смотрела на то, как Лань Веньхуа воркует над ее сыном.
Сяо Юн, до этого спокойно сидевший в зачарованном рукаве, вдруг почувствовал, что с чувствами хозяина что-то не то. Там была любовь, очень много любви, но направленные не на него! Он впервые в жизни с таким сталкивался и выпрыгнул наружу проверить, что происходит. Хозяин заранее его предупредил о своем походе в гости к демонам, поэтому Юн-Юн не удивился, когда по запаху определил, что людей в комнате всего двое.
Одного из полудемонов, еще совсем маленького, хозяин держал в руках, и его чувства были почти такими же, какие он испытывал, когда впервые встретил Сяо Юна. Молодой Тао Тэ подумал, что его обожаемый хозяин нашел себе нового питомца, и очень жалобно замяукал, потираясь о его ноги и пытаясь вернуть себе его внимание. С учетом того, сколько он тренировался в последнее время, сейчас в нем было почти пятнадцать килограмм сплошных мышц, так что при желании он мог любого человека с ног сбить. Но Вика все-таки была заклинателем, поэтому лишь слегка пошатнулась. Она отдала маленького Веньхуа матери и принялась утешать перенервничавшего питомца.
— Ну-ну, успокойся, Юн-Юн. Все хорошо, это просто мой маленький племянник. Его тоже зовут Веньхуа, как и меня. Посмотри, какой он милый!
Но Сяо Юн не хотел смотреть ни на каких племянников. И вообще, хозяин ведь всегда называл самым милым его! Как он может так легко дарить свою любовь кому-то другому?! Она вся должна принадлежать только Сяо Юну!
Вика порадовалась, что ее бессмертное тело такое сильное, иначе она не смогла бы выдержать весь напор внезапной привязанности Сяо Юна, и наверняка упала. Юн-Юн в последнее время так подрос, что размером мог сравниться с самым крупным мейн-куном, и если пытался облизать лицо хозяина, от него было почти невозможно отвертеться. К счастью, он помнил, что у него язык шершавый и использовал лишь самый кончик, где зазубринок не было.
Весенние рассказы
— Как интересно, — произнесли Цзинь Ху, с любопытством рассматривая эту сцену. — Я всегда удивлялась, зачем некоторые люди носят с собой зверушек, хотя никогда не едят свои закуски еще живыми.
— Питомцы не для еды! Они для того, чтобы их любить. А кошек и собак вообще не едят.
— Кхм, — смущенно кашлянул шиди Хэ. — Вообще-то кое-где их употребляют в пищу.
— Что?! — потрясенно переспросила Вика, прижимая Сяо Юна к себе покрепче. Она всегда думала, что собак едят только в Корее и сильно недооценила всеядность китайцев. — Какой кошмар! И что, мне в любом ресторане могли подсунуть какого-нибудь несчастного песика или котенка?
— В ресторанах мясо обычно используется более дорогое, — попытался утешить ее Чуньтао.
Но это мало помогло, так что когда хозяйка пригласила всех к столу, Вика с подозрением смотрела на мясные блюда, и почти все они в конце концов достались Сяо Юну. Кот вообще отказался прятаться обратно в зачарованный рукав и не слезал с рук или колен хозяина, бдительно следя, чтобы тот не засматривался на неожиданного соперника. Подумаешь, у него только голова и хвост пушистые. А вот Юн-Юн целиком меховой и мягкий.
Поэтому стоило Вике лишь взглянуть в сторону маленького Веньхуа, как ее поле зрения тут же перекрывала возмущенная мордочка кота. Или Юн-Юн клал ей лапу на щеку и пытался повернуть ее голову в другую сторону. Девушку это только умиляло и она со смехом тискала этого пушистого собственника. Вика и не знала, что ее кот такой ревнивый. То есть, они с Синченем до сих пор ругались каждый вечер, кто будет спать в ее постели, но ей казалось, это у них что-то вроде ритуала перед сном.
Собираясь в гости к племяннику, Вика приготовила несколько подарков — развивающие игрушки вроде кубиков с картинками и красочную книгу сказок. Она записала самые популярные сюжеты для детей из прошлого мира и отдала на бумажную фабрику. Мастера-каллиграфы переписали сказки красивыми иероглифами, а художники дополнили текст красочными картинками. Получилось довольно своеобразно, но красиво. А Вика еще и укрепила книгу специально придуманными для этого талисманами, так что вышел настоящий артефакт.
Впрочем, книгу почти сразу же прибрала к рукам старшая сестра, мотивируя это тем, что мелкий все равно иероглифов не знает, и Вике пришлось пояснить, что сказки надо читать детям на ночь вслух, чтобы лучше засыпали. А после пообещать вскоре издать сборник сказок поинтереснее. Цзинь Юи порадовалась грядущей новинке, но книгу все равно не отдала.
В гостиницу Вика вернулась одна, Чуньтао остался с семьей. Впрочем, девушка сначала посетила пару данжей, чтобы получить еще несколько целебных зелий, поэтому был уже поздний вечер, когда Шенли пришел к ней с отчетом о выполненном задании. К безмерному удивлению Вики он не смог найти только один пункт из списка. Старательно делая вид, что все идет по плану, девушка открыла одну из "выдуманных" книг и поняла, что это сборник так называемых весенних рассказов с эротическими картинками. Причем картинки были так себе, какие-то слишком гипертрофированные, да и позы неестественные.
— Ну кто так рисует? О пропорциях вообще не слышали? — вырвалось у нее вслух, и Шенли, который стоял неподалеку с видом самого почтительного ученика, слегка пошевелился и опустил голову, пряча взгляд.
А вдобавок еще и наградил ее сотней пунктов отношений. Вика присмотрелась к нему и заметила, что мальчик слегка порозовел, хотя со своего места явно не мог увидеть неприличные картинки.
— Ты читал эту книгу?
— Нет! — тут же начал отпираться тот. — Она просто случайно открылась, и я увидел немного. Но тут же ее закрыл.
— Стремление к знаниям — это, конечно, похвально, но тебе еще рановато читать подобные вещи. К тому же, чрезмерная растрата мужской энергии Ян может нарушить твое совершенствование. Так что советую тебе проявлять умеренность.
Тут уж Шенли покраснел как помидор и с чего-то вдруг начислил еще три сотни баллов. Вике это показалось подозрительным и она отпустила его поскорее, а то мало ли что такое странное себе понапридумывает главный герой.
А Вика начала просматривать остальные книги. На самом деле, она дала Шенли задание не только для того, чтобы занять его хоть чем-то, ей действительно нужны были некоторые книги. Например, одна про необычные способы совершенствования. Почти год назад Система сама начала заниматься совершенствованием, и сейчас уже продвинулась до такого уровня, что могла телекинезом поднимать небольшие легкие предметы вроде кисти или листа бумаги. Собственного тела у нее не было, так что тренировала она исключительно разум. Вика тоже пробовала заниматься по этой методике, но ей то ли усидчивости, то ли мотивации не хватало, так что результаты у нее оставались нулевые. Если с обычным способом она хотя бы могла почувствовать Море Ци, то тут вообще никаких подвижек не было. Да и времени не хватало. Если Система от скуки тренировалась целыми днями все то время, пока девушка была занята написанием книг, спаррингами с шимей и шиди, чтением и делами пика, то самой Вике едва удавалось выкроить час-полтора.