Безмятежный лотос 2 (СИ)

— Это действительно искажение Ци! — Удивленно воскликнул один из учеников.
Вика кивнула и принялась обучать учеников, как соорудить носилки из подручных материалов, чтобы доставить бедолагу-заклинателя к Чуньлань. Обычно, если пострадавший не умер сразу, то ему можно было помочь. Если не восстановиться полностью, то хотя бы вернуть человеческий облик. Правда, возможны всякие осложнения и побочные эффекты. Например, Лань Веньхуа тоже перенес искажение, правда, не пережил его, хотя об этом никто так и не узнал. Вика думала, что ее неспособность пользоваться Ци — тоже одно из последствий недуга, хотя все и говорили, что ее меридианы не пострадали.
  
Жуткая морда
 
Сестра Слива не особо обрадовалась, когда ей притащили странного монстра, но лечить его не отказалась. Восстановление после искажения — дело не быстрое, так что этим посменно занимались все доступные целители. Чуньлань решила извлечь из этого хоть какую-то пользу и устроила своим ученикам практический урок. Все равно пациенту уже нельзя было навредить сильнее, чем есть. Поэтому он и стал, так сказать, тренировочным манекеном, на котором начинающие медики учились передавать Ци больному.
На следующие сутки неизвестный заклинатель начал приобретать все больше гуманоидных черт, а еще через пару дней наконец-то полностью вернул себе человеческий облик. И оказалось, что он довольно симпатичный, а уж когда полностью оправится, то, наверное, вообще станет красавцем. Впрочем, некрасивых бессмертных Вика пока не встречала. Все они, как минимум, были хорошенькими. А как максимум — такими смазливыми, что не поймешь, девочка перед тобой или мальчик. Пока же пациент был в коме, но шимей обещала, что тот вскоре придет в себя. Вика периодически заходила поглазеть на него и поболтать с сестрой Сливой за чашкой чая. За это время большинство их учеников исцелились от травм и тоже иногда забегали хоть одним глазком глянуть на странного совершенствующегося.
Причем быстро выяснилось, что это был не просто какой-то бродячий заклинатель, а печально известный бастард главы клана Чжан. С этим совершенствующимся было связано множество громких скандалов, например, о том, как его за вопиющую непочтительность выгнали из ордена, где он проходил обучение, или о том, как он явился на юбилей к отцу и разоблачил его многочисленные интрижки перед всеми гостями. Так же имелось множество других историй, судя по которым, язык у этого заклинателя оказался вообще без костей, и придерживать его за зубами парень не умел патологически. Однако и талантами он был не обделен, раз сумел даже после изгнания из ордена достичь бессмертия. Во всеуслышание объявил, что собирается лично очистить этот мир от темных созданий, а потом неожиданно пропал. И почти десять лет о нем не было ни слуху, ни духу.
— Ну надо же… Немного похоже на мою историю, только поскандальнее, — протянула Вика, разглядывая осунувшееся бледное лицо парня.
— Ничего подобного! — тут же возразила Чуньлань.
— Меня ведь считали злодеем, хотя все, что я сделал — лишь давал волю языку. Как я понял, этого Чжан Веня тоже терпеть не могут потому, что тот говорит правду в лицо. Особенно тем, кто слышать ее вообще не хочет.
После этих слов девушка тут же получила уведомление о повышении шкалы отношений с «жуткой мордой». Глупая кличка, оставшаяся после первого нелестного впечатления, почему-то так и прилипла, и Вика даже опасалась, что может ляпнуть ее вслух. Почему-то Система так и не сменила аватарку этого Чжан Веня, хотя имя внизу дописала. Девушка спрятала улыбку под веером, все же контраст выходил довольно забавным, а Система явно за что-то невзлюбила этого заклинателя. Но на прямые вопросы та отвечала уклончиво, и получить от нее нужную информацию так и не удалось.
— Мне кажется, он нас слышит, — сказала Вика сестре Сливе, указывая веером на пациента.
Та проверила его пульс и согласилась.
— Да. Думаю, через пару часов окончательно придет в себя.
И действительно, спустя некоторое время Вику нашел один из учеников Чуньлань и сообщил, что пациент пришел в сознание и жаждет пообщаться. Едва девушка вошла к нему в комнату, он тут же начал благодарить ее за спасение. И хоть голос его от долгого неиспользования был ужасно хриплым, но желание поговорить явно перевешивало все неудобства. Наверное, для такого болтуна молчание в течение десяти лет было самой жуткой пыткой. Но вскоре пациент утомился, и сестра Слива сказала, что ему надо поспать. Так что они с Викой покинули импровизированную палату, оставив заклинателя в одиночестве.
 
— К сожалению, его меридианы оказались так сильно повреждены, что он больше не сможет управлять своей внутренней энергией, — произнесла Чуньлань, когда они отошли достаточно далеко.
— А его море Ци в порядке? Он все еще остается бессмертным? — уточнила Вика.
— Да. Бессмертное тело он сохранил.
— Тогда не вижу особой проблемы, — пожала плечами девушка. — С этим вполне можно жить.
На это сестра Слива ничего не ответила. Честно говоря, на ее памяти шисюн был единственным человеком, кто так спокойно отнесся к потере способностей к заклинательству. Обычно после таких новостей пациенты впадали в отчаяние, а некоторые даже сводили счеты с жизнью. И порой многие медики даже не особо стремились их спасти после этого, понимая, что попытки повторятся. Все же для совершенствующихся не существовало вердикта более ужасного, чем потеря магических сил.
К тому времени, как все раненые ученики окончательно поправились, Вика уже успела сводить остальных по всем адресам, где жители жаловались на потустороннюю активность. Благодаря духовным способностям Синченя девушка могла не заморачиваться с изгнанием призраков и просто разрубать их, чтобы окончательно упокоить. Однако клинки начинающих заклинателей еще не были настолько продвинутыми, поэтому им приходилось справляться другими способами. Так что Вика обучала их, как рисовать изгоняющие знаки и складывать ручные печати. И если рисовать с помощью волшебной кисти она могла талисманы любой сложности, то вот ручные печати у нее оказывались всего лишь затейливым складыванием пальцев. Но тут девушка применила хитрый учительский прием, выбрав одного из прилежных учеников и позволив ему рассказать и показать все, что он знает о ручных печатях. Система тоже оценила ее смекалку и начислила очередные двести баллов за успешное наставничество.
В целом, Вика сочла эту поездку на полевую практику очень успешной. За несколько дней в этом городе она смогла заработать баллов больше, чем за все время своего попаданчества. Даже история с темными заклинателями сложилась вполне удачно. Почти все остались живы и взамен приобрели бесценный жизненный опыт. Правда, одержимость Жулань все еще немного ее пугала, но Вика оптимистично надеялась, что в самый критический момент все-таки сможет ускользнуть от настырной главной героини.
  
Великий Учитель
 
Когда пришло время наконец-то покинуть этот не особенно гостеприимный город, Чжан Вень в очередной раз пришел поболтать с Викой. За последние несколько дней он начислил ей столько пунктов отношений, что его шкала заполнилась больше чем на половину. Этому немало поспособствовал тот факт, что заклинатель считал Лань Веньхуа своим спасителем.
С тех пор, как пришел в себя, парень словно бы пытался наверстать все годы молчания и постоянно болтал. С заклинателями, с учениками, даже во сне что-то бормотал. Так что он быстро узнал о всех событиях в мире, которые пропустил за десять лет. Но больше всего он, конечно же, интересовался Лань Веньхуа. Кажется, он даже выпытал у кого-то слова одной из песен про хрупкий лотос, по крайней мере, Вике показалось, что он иногда напевает нечто похожее себе под нос.
— Так чем ты собираешься заняться? — во время прощания полюбопытствовала Вика.
— Чем может заняться калека вроде меня? — горько усмехнулся тот.
Девушка вздохнула и стукнула его веером по голове, на что парень только удивленно ойкнул, но уклоняться не стал.