Космический рейдер "Нибелунг" (СИ)
В час, который они определили, как время высадки первой волны, «Нибелунг» оказался по другую сторону планеты, что не помешало отслеживать ситуацию.
— Сэр! — объявила по громкой связи графиня. — Мы получаем данные с орбитальных сенсоров через спутник-ретранслятор. Судя по ним от Портоса отошла десантная группа.
— Сколько?
— Пять или шесть бортов. И россыпь сигнатур, возможно арсенальные контейнеры или десантные капсулы. Думаю, это только передовая группа.
Если у противника на вооружении десантные боты аналогичные союзному флоту, то каждый мог разместить взвод тяжеловооруженных пехотинцев. Значит полторы-две роты. Впрочем некоторые из ботов могли оказаться штурмовыми. Так что скорее всего рота. А десантный корабль обычно брал на борт батальон.
С ротой, даже если это крутые парни элитного подразделения, гвардия и конная милиция как-нибудь справятся. Странно, что противник не высадил сразу весь батальон. Подобные задачи обычно решают одним ударом.
Прошло ещё минут пятнадцать. Вражеский десант уже наверняка достиг Милады, но сообщений с поверхности о боях пока не поступало.
— Сэр, — голос графини был немного взволнован. — Портос выпустил еще одну группу. Три борта. Россыпь мелких сигнатур. Назначение неизвестно.
А вот и разгадка. Вернее ещё одна загадка. Ивор взглянул на схему. Вражеский корабль находился на самой вершине «синусоиды» трассы. Гораздо дальше к северу, чем требовалось для высадки десанта на столицу.
— Продолжайте отслеживать ситуацию, — произнес он совершенно необязательную фразу, призванную, однако, дать понять подчиненным, что капитан контролирует обстановку.
— Штаб планетарных операций! — вызвал Ивор.
— Майор Исбреен, слушаю, сэр.
— Вы можете отследить посадку вражеских ботов своими средствами?
— Увы, сэр, — ответил тот. — Наши сенсоры расположены вдоль южного борта, а вы повернули корабль к планете западным. К тому же у нас нет оператора на радары, а тепловую сигнатуру мы сможем засечь только в надире.
Обычно рейдеры и десантные корабли ставились к планете южным бортом. Но Ивор положил корабль за западный борт, спрятав от врага радиатор. Менять положение ради получения второстепенной информации, не имеющий значения для его миссии, он не собирался.
— Ладно, майор, отбой.
— Штаб вызывает по закрытой линии, сэр, — сообщила несколькими минутами позже Паула из секции связи.
— Слушаю.
— Это старший техник Дейч, — раздался знакомый голос. — Ну, то есть советник Дейч.
— Слушаю вас, советник.
— У нас проблема с противодействием десанту, сэр. Принц…
— Экстренный вызов от барона Лойтхарда, — вмешался Дастис. — Четвертый канал, сэр.
Линию связи с дворцом начальник секции связи контролировал лично.
— Советник, одну минуту, — Ивор переключил канал. — Барон, я вас слушаю.
— Докладываю. Передовой отряд противника высадился возле убежища «Версаль». Гвардия приняла бой. Дворцовый отряд не может поднять в воздух машины, их сразу сбивают. На аэрокарах ходу полтора часа. Они в пути, с ними и конная милиция, но столько нам не продержаться. Нужна помощь.
— Одну минуту, — он снова переключил канал. — Советник, если вы о проблеме на объекте «Версаль» то я сейчас на связи с бароном Лойтхардом.
— Отлично. Нас тоже атакуют, но его высочество в приоритете. Не буду мешать, сэр. Конец связи.
Штаб флота отключился. Ивор задумался. Откуда враг мог узнать, где находится принц, если окончательное решение о его эвакуации приняли меньше суток назад? Конечно, многие и на корабле, и на поверхности знали, что дворец пуст, что его охраняют больше для видимости, а принц выехал в охотничий домик в пяти сотнях километрах выше по течению Ауры, что с принцем находится самая элита гвардии, отборные телохранители… но как об этом узнал враг? И не просто узнал, а выбросил достаточно сильный десант, который способен справиться с небольшим отрядом, заточенным под противодействие террористам.
Что мог предпринять Ивор? Он мог выслать пару техников наружу и снять с пары торпед ядерный боезаряд, чтобы использовать их как кинетическое оружие. Это означало бы полное раскрытие своего местоположения и отнюдь не гарантировало успех. Стрельба по поверхности требовала ювелирной точности, а он даже не знал, где свои, где чужие. Кроме того, объект «Версаль» ещё не скоро окажется в зоне поражения с корабля.
Ещё у него в распоряжении имелась морская пехота. Немного, зато эти парни были вооружены куда лучше гвардейцев. К сожалению, у морской пехоты имелся только один пилот. Всё тот же Рик Сэлмон. Он мог управлять как штурмовым, так и десантным ботом. Но лишь каким-то одним из них.
— Майор Исбреен! — вызвал Ивор по внутренней связи.
— Мы не успеем, сэр, — ответил баронет, который уже владел ситуацией. — Сам спуск займет десять минут, можно даже выиграть минуту-две, но вот окно откроется только через сорок одну минуту. Примерно десять минут потребуется, чтобы выйти на трассу снижения. И минут пять, чтобы подойти к объекту на бреющем Всего час с небольшим. Быстрее никак.
Штурмовые и десантные боты были заточены под боевые операции, полеты в атмосфере и сквозь атмосферу. Их двигатели использовали воздух, как рабочее тело. Бронированный корпус без проблем переносил попадание лазерным оружием мощностью до трехсот киловатт, как выдерживал и малокалиберные снаряды до тридцати миллиметров. Даже попадание легкой ракеты он мог вполне пережить. Транспирационное охлаждение позволяло входить в атмосферу по крутой траектории и снижаться с огромной скоростью, что для морской пехоты часто являлось решающим фактором успеха и выживания. Но это ещё больше утяжеляло конструкцию. А за все надо платить. И морская пехота расплачивалась малой маневренностью на орбите. Тяжелые боты просто не могли дать приличное ускорение, чтобы быстро сменить высоту, наклонение орбиты, оперативно оказаться над нужным местом входа и уже оттуда пробивать атмосферу. Они имели ограниченный запас рабочего тела на борту.
Решение нашли давно. Оно заключалось в установке под крыльями дополнительных одноразовых бустеров, которые позволяли маневрировать на орбите, а перед входом в плотные слои просто сбрасывались. Вот только в наличии их не имелось. Ни на корабле, ни на складах. Во время учений адмиралы и бригадные генералы не заморачивались с лишним плечом подлета, а начинали десант в точно назначенном месте.
С другой стороны, флотские шаттлы имели комбинированный тип двигателя и могли перемещаться в космосе дольше и с большим ускорением. Но использовать их для высадки было опасно из-за слабой брони и недостаточных возможностей по прорыву ПВО. А у врага, судя по донесению, имелись универсальные тактические ракеты, которые закрыли небо. Кроме того спуск в атмосфере занимал у флотских машин больше времени из-за температурных ограничений защиты корпуса.
— А капсулы баллистического спуска? — спросил Ивор.
— Для них окно вхождения ещё уже, — ответил баронет. — Не на этом витке. Если… если только рейдер не изменит орбиту.
Изменение наклонения и высоты орбиты потребует всю мощь маршевых двигателей, а это всё равно, что зажечь факел в темноте. Хотя вражеский крейсер находился довольно далеко, с высоты своего положения он прекрасно контролировал пространство и запуск маршевых двигателей засечет сразу.
— Исключено, — ответил Ивор после секундной паузы. — Мы не можем раскрыть себя раньше времени. Даже ради помощи принцу.
Некоторое время как на мостике, так и в штабе планетарных операций повисла тишина. Каждый понимал, чем обернется для планеты потеря единственного уцелевшего члена королевской фамилии. Но и раскрытие «Нибелунга» приведет к тому же результату. Причем принца могут просто захватить, а рейдер обязательно уничтожат. И тогда ничего не будет препятствовать высадке с транспорта орд уголовников или кого там отправил на них генерал Марбас?
— Мостик! — раздался звонкий голос по общей связи. — Это Ломка. Я привезу их вдвое быстрее. Если дадите мне капитанскую гичку.