Дело об убийстве маркиза де Лианкура (СИ)

Аргент прошёл к дверям, на ходу поставив недопитый кубок на стол и, приоткрыв дверь, вышел в коридор. Он дошёл до галереи второго этажа и остановился в сумраке, наблюдая за происходящим внизу. Как он и полагал, этот человек представился частным сыщикам и заявил, что у него есть новости для господина коннетабля.
— Что за новости? — хмуро спросил вышедший ему навстречу капитан Брикар.
— Мне хотелось бы поговорить с самим графом, ваша милость, — заискивающе произнёс сыщик. — Поскольку речь идёт об обещанной награде.
— Ты нашёл его? — насторожился капитан.
— Именно так, — кивнут тот. — Я нашёл графа де Лорма и знаю, где он прячется.
— Это точно он? Ты видел его лицо?
— Нет, он был в атласной маске, но я слишком хорошо его знаю, чтоб ошибиться. Я, видите ли, раньше служил в тайной полиции, но потом ушёл оттуда.
— Скорее, тебя выгнали, проныра!
— Может и так, сударь, но это к делу не относится, поскольку я здесь по делу графа де Лорма, которого более знаю, как барона де Сегюра. Во время службы в полиции я видел его едва ли не каждый день в разных условиях. Я имею в виду, сударь, что привык узнавать его в полумраке коридоров Серой башни, чтоб вовремя поклониться, когда он проходит мимо. И я ни разу не ошибся! Я профессиональный сыщик и запоминаю не только лицо, но и другие приметы. И уверяю вас, это был он. Я довольно долго рассматривал его в храме святого Себастьяна. Он стоял перед главной статуей, подняв голову, и то, что верхняя половина его лица была скрыта, ничего для меня не значит. Потом он хотел подойти к жрецу, но вдруг передумал и быстро вышел, а я последовал за ним. Я — мастер слежки и могу выследить кого угодно так, что он и не заметит. Я прошёл за ним весь путь и видел, как он вошёл в некий дом…
— Что за дом? — перебил его Брикар.
— Я не скажу вам, пока мне не будет выдана награда.
— А если ты лжёшь, мошенник? Или ошибся? Мы придём туда, и там будет пусто, или окажется совсем другой человек, а ты исчезнешь с деньгами?
— Я — честный человек! — возмутился сыщик.
— И за это тебя выгнали из тайной полиции? — осклабился Брикар.
Сыщик обижено надулся.
— Ладно, давай так, — усмехнулся капитан. — Ты сейчас отведёшь нас туда, и если мы по твоей наводке схватим де Лорма, ты получишь свои деньги. Слово рыцаря!
Тот немного поколебался и кивнул, а Брикар, оставив его, быстро взбежал на второй этаж и направился к графу.
Аргент, как ни в чём не бывало, вышел из сумрака и спустился в холл, где повелительным жестом приказал лакею подать ему меч и плащ. Поглядывая на изнывающего от тревоги сыщика, он не торопясь прицепил ножны к поясу и повернулся к лакею спиной, чтоб тот накинул ему на плечи плащ. Застегнув на груди серебряную фибулу, он натянул перчатки и вышел в распахнутую перед ним дверь.
Спустившись по ступеням лестницы, он дошёл до ближайшего переулка и свернул за угол. Накинув на голову капюшон, он прислонился к стене, наблюдая за дверями дома де Полиньяка. Ждать ему пришлось недолго. Вскоре они распахнулись, и на улицу вышел тот сыщик, а следом спустились несколько человек. Брикара с ними не было, но это уже не имело значения. Наёмники вслед за сыщиком направились куда-то на окраину, и Аргент, выскользнув из своего укрытия, последовал за ними.
Феликс подошёл к задней двери городского замка баронессы де Флери поздней ночью. В соседних домах уже погасли огни, только маленькие фонарики едва светились на задних фасадах. Дом баронессы был всё так же безмолвен и в сумраке ночи возвышался над головами пришедших тёмной суровой массой. Феликс взял с собой не только слуг и наёмников. По пути он собрал своих друзей, с которыми не прочь был поделиться добычей, а в случае, если баронесса обидится и нажалуется в полицию, и разделить ответственность. Если объясняться перед королём придётся не только коннетаблю, но и ещё нескольким богатым и влиятельным отцам, то дело будет проще уладить.
Один из наёмников склонился к замку и вскоре тот громко щёлкнул, и дверь поддалась. Они вошли гурьбой, на ходу зажигая припасённые факелы, и рассыпались по дому. С первых же шагов Феликс понял, что никакого графа де Лорма в доме нет. Здесь было слишком тихо и чисто, словно тут давно никто не жил, но в нём регулярно прибирали, вытирая пыль. Камины были вычищены, в подсвечниках и шандалах стояли давно застывшие огарки белых свечей, а плотные портьеры на окнах старательно задёрнуты. И тишина, которая казалась неживой, и теперь нарушалась шагами бродивших по дому людей и грубыми голосами.
 
Феликс вовсе не был огорчён таким поворотом. Ещё по пути сюда он догадывался, что графа де Лорма в этом доме, скорее всего, нет, и даже если он прятался здесь, то шум поднятый глупцом Брикаром среди бела дня заставил бы его покинуть это убежище. Но его интересовал вовсе не беглый граф, а те сокровища, которые, по общему мнению, скрывал этот небольшой замок. Уже несколько месяцев все говорили о том, что баронесса скупает и свозит в свой городской особняк самые дорогие и самые красивые предметы. Из уст в уста передавались слухи о баснословной стоимости её приобретений, назывались имена известных художников и скульпторов, перечислялись знаменитые мануфактуры, которым она заказывала гобелены, посуду и подсвечники.
— Здесь ничего нет, — разочаровано проговорил Роюзл Буке, сын богатого торговца шёлком. — Только картины и статуи. Как мы вытащим их отсюда?
— И гобелены, и шпалеры, — добавил сын виконта Ксавьера Леопольд. — Сбыть их будет сложно. Я надеялся на золото.
— Вот! — воскликнул Лотер Жуанвиль, племянник банкира из Лейдена. — Эта штука, наверно, золотая!
Он подбежал к камину и снял с полки тяжёлую статуэтку, изображавшую вставшего на задние лапы льва.
— Скорее, бронзовая с позолотой, — с сомнением произнёс Леопольд. — Но я уверен, что она дорогая, может, даже сделана каким-то знаменитым художником. У моего отца в кабинете стоит похожий медведь с секирой.
— А я беру это! — заявил Роюзл, схватив со стола красивую расписную вазу.
— Ты будешь таскать её, пока не разобьёшь? — усмехнулся Феликс. — А мы за это время наберём множество более дорогих безделушек, которые легко рассовать по карманам.
— Мы только зашли, — рассудительно произнёс Леопольд. — Говорят, что самые красивые и дорогие вещи спрятаны в глубине дома. Так что не хватайте что попало. Обойдём всё и выберем лучшее.
Лотер, немного подумав, вернул тяжёлую статуэтку на полку, и ваза тоже заняла своё место на столе. А приятели продолжили своё путешествие по залам, рассматривая висевшие на стенах картины, расписные алкорские статуи и небольшие изящные вещички из самых разных материалов, стоявшие на столах, секретерах, каминных полках и подставках возле окон. Некоторые из них, что были поменьше и ярче блестели, вскоре перекочёвывали в их карманы и подсумки, а когда места там не оставалось, они выкладывали уже сложенные туда вещички и заменяли другими, которые казались им более ценными.
Неожиданно издалека раздался странный звук, и они замерли, прислушиваясь.
— Что это? — испуганно спросил Лотер. — Кто-то кричал?
— Может, показалось? — тревожно спросил Роюзл.
— Наверно какой-то дурак в темноте сверзься с лестницы, — небрежно отмахнулся Феликс, разглядывая при свете факела блестящую лягушку, украшенную мелкими кристаллами. Немного подумав, он сунул её в подсумок, и она звучно звякнула о серебряную шкатулку, спрятанную туда раньше.
Они двинулись дальше, но спустя минуту снова услышали крик, на сей раз, он был полон ужаса и вскоре смолк. Молодые люди переглянулись.
— Может, нам лучше уйти? — спросил Лотер. — Мы уже набрали достаточно.
— Я хочу найти её драгоценности, — заупрямился Феликс. — Если она выставляет серебро и золото на столы, то, что припрятано в её заветной шкатулке!
— Ну, да, король наверняка дарил ей драгоценности, — заметил Леопольд.
— Зря ты это сказал, — проворчал Лотер. — Если король узнает, что мы прикарманили его подарки…