Дело об убийстве маркиза де Лианкура (СИ)

— Что за балаган вы здесь устроили, коннетабль? — крикнул король, обратившись к де Полиньяку. — Почему вы посягаете на чужое имущество и королевскую дань?
— Я утверждаю, что там вовсе не дань! — прокричал ему в ответ де Полиньяк. — Там древние реликвии, которые могут пошатнуть ваш трон, Жоан де Монморанси, и потому вы лично явились сюда, чтоб воспрепятствовать мне! Покажите собравшимся здесь подданным Сен-Марко то, что находится в этих ящиках! Трусите? Вы знаете, что ваш предок обманом занял трон, который должен был принадлежать другому королю, и теперь любой ценой пытаетесь сохранить свою постыдную тайну.
— Да, покажите нам! — раздались голоса из толпы. — Мы имеем право знать! Люди Сен-Марко, нас обманывают! Требуйте, чтоб нам показали, что в ящиках!
Однако по тому, что эти голоса были разрозненными и не вызвали отклика у остальных собравшихся, стало ясно, что это, скорее всего, нанятые кем-то провокаторы, пытающиеся распалить толпу. Зеваки не торопились принять чью-то сторону, с жадным любопытством наблюдая за происходящим, и в этот момент в разгорающийся конфликт вмешался ещё один участник.
Горожане, толпившиеся на другой стороне улицы Плюща, вдруг забеспокоились, и собравшаяся там толпа начала быстро редеть. Люди в панике разбегались кто куда, и вскоре стало видно, что в распахнутые двери стоявших окнами на Королевскую улицу домов вбегают какие-то люди в чёрном. Спустя минуту эти окна распахнулись и возле них появились лучники, облачённые в чёрные плащи с капюшонами, лица которых скрывали маски. Ещё трое вскоре вынырнули из слухового окна и замерли на краю крыши, направив вниз заряженные арбалеты.
— Что за!.. — воскликнул Адемар, оборачиваясь к своим стражникам, но король поспешно схватил его за руку.
— Не надо, прево! — воскликнул он и с тревогой взглянул туда, где по опустевшей улице ехал на высоком чёрном коне одинокий всадник в чёрных плаще и маске, покрытых серебряными узорами.
Он остановился напротив коннетабля, мрачно глядя на него через прорези в чёрном бархате.
— Это ещё кто? — воскликнул явно обескураженный де Полиньяк. — Кем бы вы ни были, не вмешивайтесь, иначе я не пощажу и вас! Я намерен разоблачить самозванца, обманом получившего корону Сен-Марко, и я сделаю это! Мне нужно лишь продемонстрировать присутствующим здесь горожанам то, что спрятано в этих ящиках.
— Тогда никто из них не уйдёт с этой улицы, — ответил ему Чёрный лорд, и его голос прозвучал, как эхо в горном ущелье.
Он поднял голову и посмотрел на окна дома, противоположного тому, где разместились его лучники, и в тот же миг и там начали распахиваться окна, в них появлялись новые тёмные фигуры с луками. Повинуясь жесту своего господина, они нацелили наложенные на тетивы стрелы на толпу. Оттуда послышались испуганные крики и стоявшие впереди зеваки начали поспешно протискиваться назад.
— Послушайте, де Полиньяк! — выехал вперёд Марк, тревожно поглядывая то на главного алхимика, то на его лучников. — Здесь никто не хочет смотреть ваш дешёвый спектакль. Вы устроили волнения в столице, что уже является изменой и карается смертью, а теперь ещё посягаете на королевскую дань. Как коннетабль, вы должны знать, какая кара предусмотрена за это законами Сен-Марко!
— Твоя попытка спасти пошатнувшийся трон этого мальчишки не удастся! — крикнул ему де Полиньяк. — Мне известна эта тайна, и я хочу, чтоб её узнал добрый народ Сен-Марко! Я требую, чтоб вы показали нам реликвии! Даже если вы сейчас убьёте меня, — он свирепо взглянул на Чёрного лорда, — народ будет знать, что на самом деле король Анри…
— Стой! — крикнул Марк, увидев, как Чёрный лорд вскинул руку, готовясь отдать приказ лучникам. Он смотрел на него и, поймав его взгляд, покачал головой. — Не нужно лишних слов и кровопролития! Если этот человек хочет увидеть, что внутри, пусть посмотрит, но пусть он сделает это сам. И я призываю всех присутствующих смотреть внимательно, с тем, чтоб каждый из вас впоследствии мог подтвердить под присягой, что коннетабль был предупреждён о последствиях своих действий, и всё же совершил их, а значит, заслужил свою смерть. Давай, де Полиньяк, коснись королевской дани своими руками и знай, что после этого ты лишишься их!
 
— Ещё одна неуклюжая уловка! — зло усмехнулся де Полиньяк и подъехал к телеге.
Марк кивнул капитану Ормону и тот отъехал прочь. Де Полиньяк спешился и залез в повозку. Марк тем временем настороженно посматривал на Чёрного Лорда, но тот бесстрастно наблюдал за действиями коннетабля, пока ничего не предпринимая.
Наконец де Полиньяк появился снова, таща за собой тяжёлый ящик. Взвыв от напряжения, он поднял его и обрушил на мостовую. Ящик раскололся о брусчатку и из него посыпались золотые и серебряные слитки. Новенькие и гладкие, они блестели в свете дня, рассыпавшись вокруг. Так же из ящика вылетела шкатулка, от удара её крышка отскочила, и на камни мостовой выкатились матово поблескивающие шары из селенита, оправленные в золото и отделанные самоцветами.
— Ну, и где ваши реликвии? — поинтересовался Марк, с некоторым злорадством глядя на де Полиньяка. — Вы уже наговорили здесь на смертную казнь, а, взяв из повозки этот ящик и разбив его, фактически совершили попытку ограбить короля. Прево! — он обернулся к Адемару и тот с облегчением кивнул.
— Арестовать графа де Полиньяка и всех его сообщников и зачинщиков бунта против короля! — громогласно приказал он.
Его рыцари и солдаты кинулись в толпу, она заволновалась, виновники беспорядков пытались скрыться за спинами ни в чём не повинных зевак, но их уже приметили люди прево и кинулись вдогонку, расталкивая остальных. Вокруг поднялся шум, слышались крики, потом с дальних улиц прозвучала команда и оттуда появилась городская стража, заранее занявшая посты на пути отступления бунтовщиков.
Рыцари свиты собрались вокруг короля, заслоняя его от возможных врагов собственными телами. Марк не собирался принимать участие в охоте на смутьянов. Подняв глаза, он убедился, что возле распахнутых окон стоявших друг против друга домов уже никого нет. Обернувшись, он увидел удалявшегося в сторону южной окраины всадника в чёрном плаще и поспешил за ним. Он мчался по почти пустой улице, потому что горожане, в другие дни заполнявшие её, попрятались в домах и переулках, услышав шум и опасаясь попасть под горячую руку каким-нибудь разбойникам или городской страже. Появление мрачного всадника в маске на угольно-чёрном коне и вовсе показалось многим зловещим предзнаменованием, и суеверный страх вымел с улицы самых смелых. Потому Марк мог беспрепятственно гнаться за удаляющимся наездником.
Выехав на окраину, он остановился, осматриваясь по сторонам. Чёрный лорд исчез вместе со своим конём. Понимая, что он не мог раствориться в воздухе, Марк прислушался, но не услышал ничего, кроме отдалённого шума на Королевской улице. Он не слышал стука копыт, и только в ближайшем переулке вдруг раздался тихий щелчок, словно кто-то бросил на грязную брусчатку камень. Спешившись и ведя коня за повод, Марк двинулся туда и, завернув за угол, обнаружил, что переулок пуст. И вдруг сильная рука схватила его сзади за плечо и толкнула на сырую от плесени стену старого дома. Он ударился об неё спиной и тут же чей-то локоть надавил ему на шею, и он замер, увидев прямо перед собой бледное лицо Чёрного лорда и его полные гнева глаза в прорезях маски.
— Ты переплавил усыпальницу моего брата! — прорычал он, нажимая локтем на горло Марка.
— Да, чёрт возьми! — прохрипел тот. — Я собственными руками скидал её обломки в плавильную печь и не жалею об этом! Я последний, кто видел, что было написано на тех золотых пластинах. Убейте меня, и пусть со мной умрёт эта роковая тайна, веками висевшая над головами королей, как топор палача.
— Мерзавец! — рявкнул Чёрный лорд и убрал руку с его горла лишь для того, чтоб стиснуть кулак и занести его для удара.
Марк невольно зажмурился, но кулак врезался в стену рядом с его лицом. Задыхаясь от злости, алхимик отошёл, а Марк закашлялся, потирая горло.