Нейтралы (СИ)

Разглядывать я его не собирался, хватило встрепенувшегося чутья. Повинуясь вбитому рефлексу, энергия побежала по телу, делая его сильнее, быстрее, крепче, придавая скорости мышлению и рефлексам. Позволяя заметить, как изменились походка и движения мужчины, стоило ему заметить шагающего чуть позади Вильяма, маг сосредоточил на нём внимание, стремительно засовывая руку в карман.
Я выхватил палочку. Он швырнул какой-то предмет в мальчишку.
Понимая, что выставить Протего уже не успеваю, я только и смог выбросить руку назад, отталкивая пацана с траектории броска. Поздно! Угловатая фигурка летела слишком быстро! Моя рука схватила Вильяма за плечо и толкнула в сторону, одновременно в грудь мальчишке ударил предмет, полыхнув в восприятии стремительно разворачивающимся заклинанием.
Кожу будто окунули в жидкий огонь, невидимый крюк вцепился под ребра и рванул вперед. Чувства взбесились, оранжевый звук ввинтился в уши, глаза зажмурились из-за слишком шершавого цвета, и я рефлекторно прижал руки и колени к груди, сворачиваясь в клубок. Резко, щелчком вернулись обычные ощущения, осознать которые я не успел – падение с небольшой высоты заставило мячиком проскакать по чему-то каменному и гладкому, чтобы в конце короткого пути с шумом врезаться в нечто твердое.
Болела спина, болели отбитые ребра. Я быстро перевернулся на живот, упираясь ногами и руками в каменный пол, и осмотрелся, игнорируя головокружение. Комната, в которую нас забросил портключ (а как бы мы сюда ещё попали?) небольшого размера, в ней четверо – я, Вильям и ещё два человека. Один стоял возле выхода, мерзко ухмыляясь, второй склонился над мальчишкой. Он смотрел на меня, повернув голову, затем тоже хищно усмехнулся, блеснув неестественно крупными клыками, отчего стало понятно – оборотень. Б…ть.
- Двое сразу! – Оборотень выпрямился и шагнул ко мне. – Повезло!
Снова толкнув силу по организму, я ещё больше взвинтил восприятие, одновременно выбрасывая вперед руку с чудом уцелевшей палочкой:
- Секо!
Еле видимый бледный лучик сорвался с кончика палочки и бессильно разбился о тело темной твари. Оборотень, сделав ещё шаг, довольно засмеялся:
- А не поможет, не действует твоя магия!
Выражение лица говорило, что он наслаждается своим положением.
- Секо!
Безуспешно. Повреждение палочки, артефакты? Судя по стылому чувству холода вокруг, похожему на то, что я испытывал в мире простецов, комната изолирована и не позволяет колдовать. Силы осталось немного, ещё пара воздействий, и запас кончится.
Оборотень подходил медленно, широко улыбаясь.
- Хоп! – хлестко взмахнув рукой, он выбил палочку.
Вместо того, чтобы отшатнуться, я шагнул вперед. Не задумываясь сделал то, чему учил дед Джарвис на тренировках, до автоматизма отрабатывая связку. Лишили палочки – входи в ближний бой, атакуй! Тело, повинуясь вбитой схеме, бросило последние крохи энергии в правую кисть, заостряя кончики пальцев и отращивая ногти, делая их длинными и твердыми. Стопа упирается в землю, рука от бедра выстреливает врагу в живот. Нна!
Превратившаяся в копьё кисть проходит сквозь кожу и кишки, я подступаю ещё ближе, в пародии на объятие второй рукой притягиваю тело к себе, продолжая давить. Наконец, пальцы нащупывают позвоночный столб, который я крепко обхватываю ладонью. Тут боковое зрение натыкается на позабытого второго мужчину, ничего не успевшего понять и по-прежнему стоящего с расслабленным видом и я, вместо того, чтобы дернуть на себя, слегка доворачиваю корпус и со всех оставшихся силенок толкаю оборотня.
Он хватает меня за плечи, и мы летим вместе. Чувствую, как крошится позвоночный столб в ладони.
Падение получилось очень удачным. Оборотень перед тем, как свалиться с ног, сумел сделать несколько шажков, поэтому здоровенная туша врезалась в его дружка. К тому же, он непроизвольно отпустил меня, позволив вырвать руку ему из брюха и скатиться с упавшего тела в сторону. Ориентируясь на крики и мат, я прямо на четвереньках пополз вперед, ко второму, чутьём понимая, что он сейчас опаснее.
 
Мне безумно повезло – в тот момент, когда маг или сквиб, не знаю уж, кто он, поднял голову и заметил меня, его ближайшая рука опиралась в пол. Он барахтался, наполовину придавленный дружком, и пытался подняться. Наши глаза встретились.
Я вцепился напряженными пальцами ему в шею.
Острые ногти, почти когти вошли в плоть, словно в масло, пропоров кожу и вырвав приличный кусок мяса. Он захрипел, вскинул руки, пытаясь зажать рану.
Сильный удар в бок откинул меня в сторону. Оборотень просто махнул рукой, но мне хватило. Враг бился в конвульсиях, его колотило от болевого шока и регенерации, вполне возможно, что даже вырванный позвоночник его бы не прикончил. Я вскочил на ноги, лихорадочно огляделся. На единственном в комнате столе стоял то ли подсвечник, то ли канделябр, не различаю их, да и плевать – главное, что выглядит массивным и тяжелым. Его-то я и схватил.
Оборотень умудрился перевернуться на живот и подтягивался руками, пытаясь встать. Тем лучше. Первый удар, самый сильный, в затылок, бросил его вниз. Второй. Третий. Четвертый расколол череп, но я бил, бил, бил, пока вытекший мозг не забрызгал грязный пол.
Шорох сбоку заставил оторваться от трупа. Человек пытался встать, держась обеими руками за горло и с ужасом глядя на меня, его ноги скользили по полу, кровь сочилась сквозь крепко сжатые на горле пальцы. Я бросился к нему, врезался плечом. Снова удары по голове, до тех пор, пока мужчина не затих, а его тело не перестало содрогаться.
Всё. Закончилось.
От внезапно навалившейся слабости повело в сторону, я сполз с трупа, отбросив в сторону подсвечник. Сведенные пальцы отказывались разгибаться. Упал на пол, огляделся вокруг бешеными глазами – сознание плыло, отказывалось соображать. Оборотень. Раз. Его подельник. Два. Вильям. Забился в угол. На лице ужас. Три.
Больше никого. Пока – никого. Надо уходить?
Пошатываясь, встал, проковылял к двери, не столько даже рухнул, сколько сполз по стене, прижавшись ухом к плотному дереву. Звуков не слышно. Хорошо. С трудом отодвинул засов и перевалился через порог. Хлынувшая в тонкое тело энергия обдала теплом, организм, получивший доступ к вожделенной силе, сразу принялся лечить полученные во время драки ушибы, микротравмы и растяжения. Я невольно застонал от боли и накатившей эйфории. Безумно хотелось заснуть, но, несмотря на шок и помрачение сознания, я понимал - нельзя. Сюда могут прийти.
Немного полежал на грязном полу, прислушиваясь к еле заметным звукам, идущим из дальнего конца коридора. Вернее, из-за двери в дальнем конце. Ощущения говорили, что мы находились в подвале под землей. С трудом встал, прошелся до лестницы из трех каменных ступенек, чуть приоткрыл ведущую наружу дверь. Звуки стали слышны четче. Чьи-то голоса, не менее двух людей. Осторожно выглянув, никого не увидел, зато понял, что собеседники находятся на улице, то есть идти туда нельзя. Второй путь – наверх, на чердак или на следующий этаж. Не хочется, но снова испытывать удачу, нападая на двух, судя по голосам, мужчин, я не стану. Придется прятаться и надеяться на помощь родни. Наверняка нас уже ищут.
Надо возвращаться. Туда, где Вильям и те, кого я… Так, не думать.
Пошатываясь, цепляясь за стенку, вернулся в комнату. Отвел взгляд от тел, вернее, от того, во что превратились их головы. Подошел к забившемуся в угол Вильяму, присел на корточки.
- Ты как?
Дебильный вопрос. Всегда его в кино ненавидел. Пацан сглотнул, облизал пересохшие губы и, глядя на мою правую руку, прошептал:
- Нормально.
Я кивнул, с трудом поднялся, поискал взглядом свою палочку. Нашел.
- Оставаться нам здесь нельзя. На улице люди, их много. Сейчас тихо выйдем, пройдём по лестнице, поднимемся наверх и будем ждать наших. Тихо, Вилл, понял меня?
Он кивнул.
- Пошли.
Как ни странно, по пути нам никто не попался. Если бы я понимал, куда идти, то бежал бы из этого дома, сверкая пятками, но пути было всего два – на улицу либо наверх. Оставаться на месте? Не вариант. В любой момент кто-нибудь может захотеть посмотреть, чем заняты те двое. Если нам повезет, туда никто не войдёт, но рассчитывать на голое везение нельзя. Наверху я хотя бы колдовать смогу.